Дорога 2 (СИ)
— Погодьте, гости дорогие. Пытать вас потребно.
Я оглянулся. Вооруженные громилы, подошедшие к нам, могли быть лишь местной стражей. Сдал нас Лют или таковы были здешние правила? Стоящий впереди здоровяк с вислыми усами носил на шее большую серебряную бляху — знак власти. Потому свой вопрос я обратил к нему:
— Что ты хотел пытать у нас, стражник?
— Тирон, они приплыли со мной, я их сам отведу.
Лют стоял на пристани уже не один, а с похожим на него молодым человеком.
Главный страж скривился и нехотя ответил нашему спасителю:
— Лодейщик, ты знаешь правила. Эти двое гостей пойдут с нами.
— Тирон, это все-таки мои гости.
Усатый кисло кивнул:
— Тогда идем все вместе. Не стоит препираться по пустякам, Лют. Чужаки, заверните ваши ружья и помните, что вы не имеете права обнажать любое оружие в пределах погоста.
— Добре.
В принципе правила простые, да и не видел я пока здесь людей лихих или просто бездельников. Рыбаки споро разгружали со стругов утренний улов, далее с пристани на большие набойные лодьи грузили тюки, бочки и мешки. Да и на самом берегу и вдоль складов беспрестанно тек людской ручей, катились ручные тачки и телеги на конной тяге. Пахло соленой и копченой рыбой. Со стороны рынка не прекращался мерный гул множества голосов. Мирная, трудовая жизнь.
Поэтому я и Радей завернули свои ружья в поданую рыбаками плотную ткань, удостоившись одобрительного кивка стражи. Обычно в больших селениях чужакам не разрешалось носить оружие. И если бы не мрачноватый взгляд Люта, то я бы и вовсе понапрасну не дергался.
«Что они от нас скрывают?»
Нас повели по торной дороге, что поднималась наверх. Не дойдя до большого храма, мы вошли в приземистое здание, на крыльце которого расположилось еще несколько стражей, а перед ним стояла машина, похожая на «Самовар». По указке Тирона мы оставили все оружие в дежурной, что шла сразу после сеней. Затем в присутствии Люта и Тирона мы, вернее, я рассказали урезанную версию происшествия.
— Охотники, значит? И что искали, конечно, нам не поведаете?
Тирон, судя по всему, был не простым стражем, а каким-то большим начальником. Свой кабинет, важный вид и дорогое оружие.
— Это вы у моего хозяина спрашивайте.
— А кто он у нас?
Вот тут я решил сказать правду. Про наш рейд мало кто знал, но хозяин закупного товарищества много куда посылал свои корабли по реке.
— Болян из Вортюги.
— Вот оно что, — задумчиво проговорил Тирон. — Слышал о нем. Большой человек. Не в моей власти вам что-то указывать, я порядки знаю. Захваченное вами оружие и вещи степняков да рассказ Люта подтверждает вашу версию. Выходит, что вы кроме тех еще убили поганых?
— Шесть степняков.
В небольшой комнате на некоторое время воцарилось молчание. В глазах второго стража появилось несдержанное восхищение, его старший товарищ чесал ус, а Лют широко улыбался. Видимо, крепко насолили им степняки.
— Так, Тирон, треба ногродити гостей за справу.
— Ну, допустим, за тех шестерых подтвердить некому.
— Ага, степняки сами добрым молодцам ружья отдали. Берите и ни в чем себе не отказывайте.
Второй страж не удержался и захохотал, тут же осекшись под взглядом старшего.
— Твоя правда. Это лучшее доказательство, — Тирон кивнул на лежащее на столе оружие, котелок и нехитрую утварь. — Что с боя взято, то свято. Забирайте! — страж поднял глаза на меня. — Вы знатные вои, раз смогли перебить их дозор и сбежать. С охоткой верю, что служите егерям.
— Тогда разбирательство с вами закончено?
— Со мной да. Скажу больше, вам за степняков полагается награда. Всего за десять убитых. Таковы у нас правила.
Я посмотрел на Тирона:
— Мешают?
— Жизни от них в последние годы не стало, — Тирон задумчиво пожевал ус и бросил странный взгляд в сторону Люта. — Как считаешь, варяг, мы сможем договориться с вашими старейшинами о большом походе на ту сторону.
Я задумался ненадолго. От моего взгляда не утаилось то, как вспыхнули при этих словах глаза у нашего спасителя. Да и его друг, как и второй страж, скорее ждали от меня одобрения.
— Уважаемый Тирон, я не могу сказать за всех, но у многих в нашей волости возражений не последует.
Старший страж одобряюще кивнул:
— Тогда Лют вас проводит и вечером состоится разговор у старшины погоста. Потом будем думать, как отправить вас до дома.
Тень неудовольствия промелькнула на лице лодейщика при упоминании старейшин, но он промолчал. Тирон встал с кресла, дав понять, что разговор закончен. Все оружие кроме моего револьвера мы сдали в дежурную стражей. Нам клятвенно пообещали отдать его по выезду из города. Вещи мы получили, а серебро было заранее спрятано в пояса. У каждого опытного охотника были сделаны там потаенные карманы.
— Знатное ружье у твоего помощника. Самострел? — спросил меня на улице спутник Люта и протянул руку для знакомства. — Якша.
Лют заметил, кивая на своего друга:
— Он у нас охотник до всего интересного. Иногда уезжает надолго и далеко.
Я перевел взгляд с Люта на Якшу.
— Вроде егера?
— У нас нет постоянных ватаг. Собираемся, когда жареный петух в зад клюнет. Но вы, наверное, сейчас помыться и перекусить хотите?
Мне понравился практицизм местного охотника.
— Желаем. Еще бы одёжу новую прикупить. Можно сторговаться на рынке?
— Обижаешь, варяг. Чтобы мы прослыли навек скрягами?
Такой подход мне и Радею пришелся по нраву. Настроение сразу улучшилось, появилась надежда, что вскоре мы будем дома. Как все-таки переменчива судьба! Позавчера не чаял остаться живым, а сегодня все вроде неплохо.
Нас м проводили в мыльню, принадлежащую рыбацкой артели. Оказывается, Лют был не простым владельцем рыболовного струга, а кем-то рангом выше. Горячий пар, теплая вода, ледяной квас. Что еще надо для счастья? Как приятно ощущать себя живым и даже здоровым. Рана на предплечье полностью зажила, и лишь легкий рубец напоминал о том, что я был совсем недавно одной ногой в могиле. А в предбаннике мы нашли аккуратно разложенную новую одежду. Может, и не новую, но чистую и целую. Свободные штаны, нательную рубаху и что-то вроде куртки без рукавов из крепкой ткани. Радей заметил:
— Слышал, что в некоторых местах выращивают длинную дурман-траву. Из нее в смеси со льном получается особо крепкая одежда.
Я еле удержался от пошлой шутки. Родная конопля! Рядом лежали наши котомки, обувь и старая одежда. Ну, обувь пусть и намокла, но еще крепка и добротна. Свои ботинки из старого мира ни на что не променяю, а вот с цветастой фланелевой рубахой, к сожалению, придется расстаться. Порвана безнадежно. Отрезал от нее несколько чистых полосок и положил в сумку, затем надел боевой пояс, проверил револьвер и подсумок. Все на месте.
На улице нас ждали две девушки, видимо, для уборки. Радей бросил любопытный взгляд в их сторону. Ну там было на что посмотреть. Обе рослые, с шикарными пшеничного цвета косами. Под тонкими рубашками рвались наружу высокие грудки. Девчата сверкнули в ответ глазками, засмеялись и исчезли в двери. А мне в голову нежданно полезли разные плотские помышления. Например, о том, что вместе с девчатами мыться было бы веселей…и приятней!
Мы сидели в небольшой таверне неподалеку от порта. Люта здесь знали и обслуживали по высшему разряду. Стол заставлен яствами, основу которых, конечно же, составляла рыба.
— У тебя дорогое оружие, варяг.
Я внимательно оглядел собеседников. Им явно было что-то от меня нужно. Кроме того, чтобы уговорить своего хозяина собрать войско супротив степняков. Но это дело не одного дня и, возможно, даже года. В союзники набиваются. И, кстати, интересно, что они вкладывают в слово «Варяг»?
— Люблю самое лучшее.