Дорога 2 (СИ)
— Рисунок неправильный, варяг, ничего не пойму, — внезапно честно ответил наш начальник.
Он стоял на пригорке не один. С ним всегда находился кряжистый чернобородый гридень. Сейчас я заметил у него в руках любопытное ружьецо. Сильно смахивающее на то, что я видел в оружейном магазине у Драгомира. Та автоматическая винтовка на патрон 7×30 мм называлась «Гвоздобой». А у этой был более длинный ствол и непривычно толстый магазин. Еще несколько таковых оказались напиханы в поясные кожаные сумки.
— Можно мне глянуть?
Орат с сомнением покосился, но все-таки мне передал кусок выделанной и явно старой кожи.
«Так, что у нас тут? Ну, конечно, же!»
— Что-то заметил?
Этот угрюмый человек умел читать по лицу!
— Сколько лет назад люди покинули это место? Говори, если хочешь, чтобы наши поиски закончились успешно. Неужели ты сомневаешься в моей лояльности к Товариществу?
Орат недовольно засопел, но нехотя ответил:
— Лет сорок назад. Степи начали пересыхать, как и высохли напрочь старицы.
«Ого! Так это одно из первых мест, где обосновались люди после попадания в здешний мир!»
— Тогда смотри сюда. За это время река сумела отгрызть порядочный кусок северного берега. Видишь, какие там обрывы образовались. В каждый ледоход вода забирает немного земли. А с юга, наоборот, за эти десятилетия прибыло.
— Вот как…
Орат задумался, а я начал выискивать на местности точку-репер, за которую можно зацепиться. Так-так, вот там что у нас торчит? Да это никак остатки Донжона, главного бастиона крепости.
— Командир, мне нужен твой рисунок для хорошего поиска.
Орат опасливо глянул на меня. Наверное, по его мнению, я слишком нагло для нанятого специалиста себя веду. Ну так мне надо за лето на дом заработать, чтобы в последний месяц тепла фундамент успеть залить. Сумма на его постройку примерно подсчитана. Ипотек в этом мире нет. Болян также на такую сумму в долг не раскошелится. Так что все самому и лучше разом.
— У меня лишь один свиток.
— Давай сюда, перерисую. Заодно покажешь примерно, что и где мы ищем.
Начальник с неохотой передает мне пергамент. Я уже нашел подходящее бревно, достал кожаный планшет, ручку и тонкую бумагу типа кальки. Оказией из Портюги доставили. Попросил егерей зайти в Типографию и достать мне несколько кусков. В прошлый приезд такую тонкую бумагу у них видел.
Орат с любопытством наблюдает, как я ловко копирую старинную карту. Ставлю отметки и пунктиром намечаю современные очертания берега.
— Вот это главная башня, отсюда и плясать можно.
— Правильно глаголешь.
Замечаю, что Орат осклабился и даже как-то повеселел. Значит, он не всегда такой мрачный?
— Так что мы все-таки ищем?
Начальник отсылает телохранителей и садится рядом, водя стилом по пергаменту.
— Баратынцы строили крепости одинаково. Где-то в пределах ста шагов на рассвет или закат должны находиться их оружейные. И в самой большой постройке поблизости сидел воевода.
— Так-так, — я уставился на Ората. — Ничего рассказать подробней не хочешь? Если люди оставили это место, то, скорее всего, забрали все ценное с собой.
Заросший по самые глаза густой бородой мужик озадаченно засопел. Он понимал, что без моего прямого участия искать они могут долго. А времени и сил мало. Мы разведка. Если что-нибудь найдем, то сюда прибудет целый караван от Товарищества со своей стражей и командами егерей. И в то же время делиться секретами ему очень не хотелось. Пришлось нажать на больное.
— Мы что Боляну скажем, если ничего не найдем?
Орат с недовольством засопел, крепко задумался, почесал бороду и нехотя решился пойти на сотрудничество.
— Только, парень, чур, это между нами. И то потому что ты с егерями кой-куда ездил. А там ребята самые серьезные из тех, что я видел. Дело такое, в тот год в Лебяжью пришла желтая лихорадка. Кто и как её принес неизвестно, но люд начал умирать внезапно и скоропостижно. Так что сборы тут случились быстрыми. Через год родичи из соседних ставок приходили, мертвых похоронили, и кое-что вывезли. Но все не успели. В то лето на этом берегу случился первый набег степняков. Много ставок пожгли или поломали. Потому очень может быть, что куча всего тут так и осталось.
Я глубокомысленно молчал. Почему? Да потому что заметил на развалинах сторожевой башни то, что видеть здесь не должен. Кроме поисковой фары там висели остатки того, что здорово напоминало видеокамеру. Думаю, что и Орат был в курсе, что здесь много чего интересного можно найти.
— Тогда работаем!
Металлоискатель все-таки штука для подобного поиска классная! Разве что здешний аккумулятор весит до хрена. Потому его терпеливо таскал за мной Радей. Драган и тень Ората устроились на песчаных возвышениях, которые раньше скорее всего были зданиями, и следили за окружающим пространством.
А не такой это маленький форт, как мне думалось ранее. На месте подмытого берега, видимо, располагалась пристань. Осталась выложенная камнем дорога и несколько приземистых холмов, смахивающих на пакгаузы. Окружающие поля использовались под огороды. Бояться в те времена стоило лишь диких зверей и речных татей. Для этого и были установлены сторожевые вышки. Хотя со стороны воды обороны не обнаружилось. Значит, пиратов тогда или не было, или против них существовала иная защита.
Я не искал легких путей и начал работать квадратно-гнездовым методом. То есть с помощью бечевки и нарубленных колышков разбил искомую площадь на квадраты. Орат фырчал, ворчал на зря потраченное время, но открыто против моих действий не выступал. Сразу увидел во мне настоящего специалиста. А я понял, что мне нужен еще один помощник со вторым металлоискателем. И вот он стоит рядом. Радей — парень любопытный и далеко не дурак. И опять же, надежный. Я прозондировал местные традиции. Названное братство и сестринство связывали людей почище кровных уз. Предать, значит, навеки стать изгоем.
«Есть!».
Над одним из округлых курганов сработал мощный сигнал. Здесь много металла! Я забил в центр колышек с красной лентой и двинулся дальше. Запрелый под жарким солнцем Радей тут же оживился, как очнулся и Орат, доселе устроившийся под сенью развесистого ясеня. Через час у меня уже было забито пять колышков, и оставался один неразведанный квадрат. Солнце поднялось высоко и стало довольно жарко. Вода во флягах кончилась.
Начальник, видимо, принял некое решение и вынул из кармана короткую ракетницу. В воздух взвилась желтая ракета.
— Айда, робята, обедать!
Мы устроились под сенью того же ясеня. Оказывается, Орат не просто так тусовался, а успел расчистить площадку и соорудить из бревен сиденья. Он указал в сторону оврага.
— Там течет родник.
В самом деле, из-под корней огромного дерева текла тонкая струйка холодной воды. Сразу жить стало веселей. Умывшись и вдоволь напившись, мы сели обедать. Принесший еду Чагодай уставился на некогда процветавшую ставню и сразу заметил несколько ярких колышков.
— Когда копать начнем?
— После сна, как жар спадет. У вас все готово?
— Что могли, починили. На лодье останется лишь дежурная смена.
— Тогда жду. И инструмент не забудьте.
Как у Ората все ладно, когда все ясно. Я же пребывал в некоторых сомнениях. Как-то подозрительно легко у нас все выходит. Или я на воду дую? Нервы, брат, нервы! Откушавши сытный гуляш, разваливаюсь прямо на траве, постелив под себя пыльник. Мысли тут же утекли в город, вспомнилось улыбающееся лицо сына и зеленые колдовские глаза Улады. Новая жизнь мне по нраву.
— Обрушится — копаться будем пять дён. Нет, тут надо по-иному сработать. Варяг, говоришь, порядком там железа лежит?
— Больше всего. Дюже сильный сигнал.