Бояръ-Аниме. Романов. Том 11 (СИ)
Они сидели в ресторане корпуса, где как раз обедали сотрудники. Одними только горячими напитками не обошлось. Святослав Святославович во время работы часто вообще забывал о еде, а сейчас выпал шанс нормально поесть. Ростислав Владимирович же помнил сказанное князем Романовым и за питанием по мере сил следил.
Грязную посуду у них уже забрали, и во время приема пищи ни один, ни другой разговоров не вели. Хотя Волков видел, что Иващенко что-то волнует.
— Почему вас это так удивляет, Ростислав Владимирович? — вскинул бровь Святослав Святославович. — Блокираторы являются неотъемлемой частью снаряжения не только опричников. Давайте просто прикинем, — предложил он, отодвинув чай в сторону. — По уставу каждый боец диверсионно-разведывательной группы царской армии обязан иметь при себе три пары блокираторов. Предположим, в группе десять человек, это уже тридцать единиц.
— Кажется, я понимаю, к чему вы ведете, — вздохнул майор.
— Таких групп, каждой из которых требуется по тридцать единиц блокираторов на смену — десятки тысяч. Это триста тысяч единиц на каждые десять тысяч групп бойцов. Но это мы с вами посчитали только тех, кто находится на дежурстве, а ведь у них есть смены напарников, у каждого из которых должны быть свои блокираторы. При этом армия и тем более ЦСБ обязаны иметь на своих внутренних складах несколько сотен тысяч запасных единиц. Кроме того, их используют при тренировках, так что смело вычеркивайте сорок пять процентов как сломанные на полигонах. Дальше — срок работы у блокираторов ограничен. Как и любой техномагический инструмент, они не живут вечно. Через два года это, считайте, простые наручники, которые никто к тому же не купит. Вот и выходит, что всем нужно регулярно восполнять запасы, и это происходит в огромных количествах.
Боярич замолчал, чтобы сделать глоток чая. Свободной рукой при этом Святослав Святославович отдал команду «Оракулу», и когда на линзе отобразились цифры, он заговорил вновь.
— Вот у меня данные по прошлому году, Ростислав Владимирович, — сказал Волков негромко. — Называть адресатов я не стану по понятным причинам, озвучу только итоговые цифры. Итак, в прошлом году нами — подчеркиваю, только Уральским княжеством! — он наставительно поднял палец, — было продано Русскому царству двенадцать миллионов шестьсот пятьдесят тысяч экземпляров. А ведь тогда у нас ни мятежей, ни войн не велось, только локальные стычки на границах.
— Спасибо, мне все понятно, — кивнул Ростислав Владимирович. — А почему их нужно обновлять каждые два года?
— Технология производства, — улыбнулся Святослав Святославович. — Понимаю, Ростислав Владимирович, что вы не специалист в этом вопросе. Потому, с вашего позволения, обрисую простыми словами, как работают все техномагические устройства.
По началу боярич заподозрил, что Дмитрий Алексеевич прислал еще одного гения, каким оказался раскусивший магическую систему Игорь Павлович Стремнев, впоследствии ставший цесаревичем Русского царства. Но нет, Ростислав Владимирович просто получил озарение.
Дело не слишком редкое в научной среде, однако зачастую никуда не приводящее. И хотя на листах, что лежали перед Волковым, все было изложено четко и ясно, и обязательно сработает, но в простейших вопросах майор Царской Службы Безопасности не разбирается совершенно.
И Святослав Святославович испытывал от этого некоторое чувство облегчения. Это было не слишком честно по отношению к Иващенко, но после знакомства с Дмитрием Алексеевичем Волков начал терять веру в собственные способности. Сперва сам Романов оказался непревзойденным гением, затем привел свою будущую невесту, которая на коленке разработала универсальную плазму. Следом в команду пришел Стремнев.
На их фоне Святослав Святославович казался самому себе глупее, чем был в действительности. И ничего не мог с собой поделать — как бы ни старался, а все равно чувствовал себя на десятых ролях в коллективе благородных гениев.
Так что сейчас, убедившись, что Иващенко не составляет ему конкуренции, расслабился. Но это не означало, что Волков отнесся к гостю пренебрежительно. Наоборот, почувствовав собственное превосходство, решил, что может помочь Ростиславу Владимировичу разобраться.
— Есть два способа создать техномагическое устройство, — произнес он, взяв салфетку и начертив на ней полосу. — Самое простое — иметь под рукой одаренного, который будет применять технику и специальным образом запаковывать ее в материал. В таком случае она будет действовать мощнее, но очень короткое время — в зависимости от собственной силы мага.
Майор кивнул, демонстрируя, что следит за разговором и вопросов у него нет.
— Проблема такого производства, — продолжил лекцию Волков, — в том, что резерв дара у мага ограничен. И клепать за один день много устройств ему не удастся. При вложении техники в устройство, дай Бог, если сохраняется четверть от вложенной мощности. Это в лучшем случае, Ростислав Владимирович, начинающие одаренные, которые не занимались производством на регулярной основе, добьются еще меньших результатов.
— Я слышал об этой проблеме, — подтвердил Иващенко. — Но не думал, что все настолько тяжело.
Святослав Святославович кивнул и продолжил:
— И так мы приходим ко второму способу, — объявил он. — Его использует вся планета. Создается устройство с заранее подготовленными и специальным образом обработанными материалами. Для простоты представим, что мы наносим некие магические символы — руны. Сам процесс сейчас не так важен для нашего разговора, имеет массу нюансов. Но главное, что такая подготовка облегчает задачу.
Прервавшись, Волков набросал на салфетке несколько произвольных рисунков и показал их Ростиславу Владимировичу.
— Итак, на руках у вас есть, допустим, блокиратор, в который никто не вкладывал своего дара, — боярич потряс салфеткой. — Затем маг — заметьте, абсолютно любой одаренный — вкладывает частичку своей силы, чтобы запустить встроенную на сам носитель технику. За счет подготовки материалов такое устройство действует без привязки к конкретному одаренному, но сам материал под непрерывным магическим воздействием начинает разрушаться. Если говорить совсем просто, как только магия сотрет нанесенные руны, техника развеется. Но на самом деле, конечно, это куда более сложный процесс, и объяснить его человеку со стороны крайне затруднительно.
Майор от последних слов собеседника не расстроился. Иващенко прекрасно понимал, что в этой области вообще ничего не понимает. А потому слушал со всем вниманием. И Волков заметил, что Ростислав Владимирович смотрит на него с уважением.
Это польстило изобретателю, но не более того.
— Благодарю за пояснение, Святослав Святославович, — глубоко поклонился Иващенко. — Вы очень просто объясняете, нам инструктора не смогли донести, как это делается, а у вас все так легко и просто. Вам бы лектором работать.
Волков улыбнулся.
Он прекрасно знал, что в царской армии все объяснения сводятся к короткому слову «магия». Это был не слишком верный подход, с точки зрения боярича, однако говорить об этом майору Царской Службы Безопасности было бы опрометчиво.
— Но, полагаю, для того, что я вам принес, менять материалы не придется? — спросил Ростислав Владимирович.
Волков бросил взгляд на листы боярина и покачал головой.
— Нет, материальную базу переделать все же придется, — сказал он. — Мы их штампуем, так что кое-какие изменения внести все же необходимо. Предлагаю закончить с обедом и посетить производство, там вы, Ростислав Владимирович, своими глазами посмотрите на процесс.
— Согласен, Святослав Святославович, — кивнул майор ЦСБ и залпом допил свой кофе.
Волков не стал отставать, осушил уже порядком остывшую кружку и, прихватив с собой листы Иващенко, первым поднялся из-за стола.
— Прошу за мной.
* * *
Уральский аэропорт. Князь Романов Дмитрий Алексеевич.
«ВАЖНЫЕ НОВОСТИ!