Ангельские перья (СИ)
- А в чем еще ты раскаиваешься, Грешник?
- Грешен, я убивал, но только тех, кто хотел убить меня! Я никогда не стрелял первым, только в ответ! Я крал, но только в минуту отчаяния и если не оставалось другого выхода, чтобы выжить! Я прелюбодействовал, но не ради блуда, а по нужде или в благодарность. Танцевал стриптиз, вызывая в других сердцах похоть, но только, чтобы потом наказать их! Ведь грех в глазах смотрящего, а не на том, кто несет в мир красоту. И потом, те деньги, что я забирал у них, я пускал на доброе дело, покупая топливо для корабля или на ремонт!
Грешен, порой вел себя горделиво, но не в душе, а напоказ, чтобы избежать нападок. К гордецу побоятся подойти, посчитав его сильным. Но я никогда не впадал в уныние! Даже когда дела шли наперекосяк и приходилось искать заработки, я не унывал. Да, я грешен, играл в азартные игры и пил алкоголь в барах, но без этого я не получил бы ни одного заказа на работу, но я всегда был умерен, а значит, греха чревоугодия и излишества у меня тоже нет!
Да, я грешен, я не всегда жил по закону, но это были законы людей, а не Господа. И, бывало, торговал время от времени оружием и боеприпасами, но я никогда не занимался работорговлей! Так что, так ли велик мой грех, если из двух зол я выбирал меньшее?
- Грешник, какого ответа ты ждешь от меня, если ты уже сам все решил? Если ты крепок в вере, то к чему был весь этот разговор?
- Да! Об этом и речь! - оживился Грешник, - я верю в Господа и его промысел. Я верю, что Господь любит всех и дает возможность искупить свои грехи. Я целую неделю пытался найти смысл в том, что я здесь оказался. Почему дорога привела меня сюда? В чем промысел Господний? А потом увидел Ангела и чистую душу возле него, - Грешник ткнул пальцем в сторону Свена, который самозабвенно подхрапывал, лежа на спине. - И тогда я понял его промысел! Аллилуйя! Я помогу тебе, Ангел, стать десницей Господа и карать нечестивых!
- Ш-ш-ш-ш… - Джей тяжело выдохнул воздух и посмотрел в горящие глаза фанатика, - Грешник, я не Ангел, я омега. У меня есть родители, братья, я ходил в школу, был замужем. Я до сих пор замужний омега, и мой муж, возможно, разыскивает меня, чтобы вернуть в семью… Не придумывай про меня небылиц. Я простой омега.
- Ангел – это не существо с нимбом и крыльями, это человек с чистой душой и добрым сердцем. Но не мямля, сидящая у окна с вышивкой, а тот, кто не боится пройти через огонь, чтобы нести справедливость и наказать зло. Ты – Ангел!
Джей посмотрел в глаза фанатика и понял, что спорить бесполезно, тот уже все решил… М-да уж, тут не знаешь, что лучше, озабоченные альфы или человек, у которого в голове вместо шурупов заколочены гвозди – не подкрутить и не исправить. Резьба сорвана напрочь…
- Мне надо подумать… - Джей подтянул колени к груди и задумался. Грешник кивнул головой и опять открыл книгу, - а что ты читаешь?
- Шекспира в оригинале, - Грешник показал обложку книги, - здесь есть книги на разных языках. А в медпункте есть такой специальный прибор, который помогает выучить язык, любой! Это восхитительно! Я пытался учить английский со словарем, пару лет, но тут надеваешь шапочку с иголочками, она пожужжит, а потом ты отрываешь рот и говоришь на старинном языке, как на родном. Открываешь книгу и понимаешь, что там написано! Это просто чудо Господне! Я могу тебе сказать, что Шекспир в оригинале значительно отличается от адаптированного перевода! Здесь такие герои! Такие страсти! Это Гамлет!
Грешник потряс книгой, а Джей прикинул сюжет – отец призрак, мать изменщица, братоубийца, предательство, сумасшедшая невеста, зло наказано, но все гибнут… Что там еще? Король Лир, Ромео и Джульетта, Отелло… но есть же и Двенадцатая ночь, и Укрощение строптивой, Сон в летнюю ночь, наконец.
- А почему именно Гамлет? - Джей не смог промолчать, - например, Укрощение строптивой мне нравится больше.
- Шекспир – это была первая книга, которая мне попалась в стихах. Хотя это был перевод на общепланетарный, и весьма обрезанный, но я тогда впервые столкнулся с рифмой и был очарован. Я даже одно время говорил в рифму, очень потешая всех вокруг. В Ромео и Джульетте была выкинута кормилица, а она та еще шалунья, а в Гамлете были выкинуты друзья-предатели, но все равно, тогда мне это казалось венцом человеческой мысли. Не просто рассказанная история, а соблюдение правил рифмы, размера, стиля. Но когда читаешь работу на том языке, на котором она была изначально написана, с этой пунктуацией, юмором, и ссылками на исторические нюансы поведения и нравов. Это восхитительно. Мне понравилось прочитать произведение, потом найти разбор современных критиков со всеми пояснениями, а потом перечитать еще раз и просмаковать все нюансы.
- Да ты гурман, как я погляжу, - улыбнулся Джей и вспомнил, как Свен подсел в прошлой учебке на жареные мозги в сухариках, - на Шаре не было стихов?
- На Шаре грамоте учили только альф, а из книг были только Книга Мормона и священные писания. Только альфы могли читать рассылки новостей и объявления на Ярмарке. А еще священные тексты общине по вечерам на общем собрании. Некоторые псалмы заучивались наизусть, но читать их могли только хозяева кланов. Отец научил меня читать, пока считал альфой и готовил к наследованию, но свою первую книгу я прочитал на корабле торговцев. Это был дешевый бульварный романчик, сплошные сопли, вздохи и сюсюканье. Но для меня это стало потрясением устоев. Представить только, книга не о Господе и его последователях, а какие-то совершенно непонятные мысли и переживания. Штурман долго смеялся, когда я полез к нему с расспросами, кто из команды написал такие личные вещи и почему такая ценная вещь валяется за ящиками с товаром как мусор. Он открыл сундук и показал свои любимые книги. Он тогда открыл для меня литературу, и я до сих пор вспоминаю о нем с благодарностью.
- Но ты убил его? - уточнил Джей.
- Да, - пожал плечами Грешник, - он был добр ко мне, пока ему это было выгодно. И я благодарил его своим телом и желанием за каждую книгу, что он давал мне почитать, за те мысли, что он объяснял мне. Но когда он предал меня, я с ним поступил так же. Он так спокойно заявил мне: прости, малыш, но ты был явно неправ и должен ответить за свои поступки, а нам очень пригодятся деньги, обещанные за тебя. И поэтому я так же спокойно ударил его в печень его же любимым ножом. Они вынесли мне приговор, даже не попытавшись разобраться в моей вине, их соблазнил звон золотых монет, как Иуду тридцать сребреников. И разве я был не прав, что наказал предателей?
- Я не судья тебе, - Джей пожал плечами, - но я тебя попрошу на будущее. Если так случится, и мы все же будем вместе, то прежде чем выносить мне приговор, поговори со мной. Выскажись сам и выслушай меня. Я не могу представить ситуацию, чтобы я выбирал между жизнью человека и деньгами или еще чем. Но порой ситуация со стороны может выглядеть именно так. Ты ведь читал Отелло? Драмы могло и не случиться, если бы ревнивец просто поговорил и решил разобраться с ситуацией без истерики.
- Я тебя услышал, - Грешник закрыл книгу, - что-нибудь еще?
- И еще одно… - Джей замялся, - никакого секса между нами.
- Брезгуешь?
- Нет, дело не в этом, и не в тебе лично, просто у меня был крайне неприятный опыт, и я не хотел бы его повторения.
- Тогда я попрошу у тебя разрешения вернуться к этому вопросу позже. Когда мы узнаем друг друга больше, и ты начнешь доверять мне так, как я тебе… возможно, ты сам захочешь узнать, в чем разница между долгом и желанием. Я не оскверню твое тело недостойным желанием и не буду соблазнять тебя, но нельзя прожить, так и не познав радости плоти.
- Как говаривал мой папенька: никогда не говори «никогда», жизнь та еще шалунья, стоит пообещать, и все развернется шиворот-навыворот и задом-наперед.
- Вот и договорились! - Грешник отложил книгу и встал с кресла, - чтобы нам выбраться из этого круга ада, нам надо найти еще двух попутчиков и пройти испытание. И я, кажется, знаю, кто нам подойдет просто идеально. Попробую найти их. Они прячутся от этого зверинца. Подождешь нас здесь?