Отражение (СИ)

Судя по его тону, у меня появилось стойкое убеждение, что не один раз у него всплывали проблемы с удержанием псайкеров в своей «коллекции». Вот только как бы не было забавно наблюдать за столь чудным поведением ксеноса, дело на первом месте.
А потому я, сдерживая усмешки, рассказал ксеносу большую часть всего, что знал про Серенаду и древнюю гробницу на ней, содержащей единственные в своём роде артефакты. И чтобы старый археолог поверил мне, снабжал свой рассказ и некоторыми фактами, которые он уже должен был знать за время своего многотысячелетного расследования. И с каждым словом в глазах машины всё сильнее росло желание заполучить всё и вся в свои руки.
— … И единственный проход внутрь, к великому сожалению, пока что закрыт и откроется примерно через несколько веков. Сколько именно, где конкретно он находиться и какие опасности поджидают внутри? Ну что же, это вопрос для совершенно другого разговора. Прежде всего, я хочу увидеть кое-что, подаренное вам одним печально известным генным мастером несколько тысяч лет назад. Мне нужен клон Примарха Фулгрима.
Судя по вспыхнувшему огню в глазах Тразина, того, несмотря на отсутствие души, сильно взбесило моё нежелание рассказывать самое важное, однако он всё-таки был профессионалом, отчего спокойно продолжил выполнять свою часть сделки. Он повернулся, взмахнул рукой, и словно бы из ниоткуда, посреди коридора появилась дверь, ведущая в новую часть галереи. И вот уже она впечатляла куда сильнее…
Пройдя по замысловатому ярусу, состоящему из сотен соединённых вместе платформ, застывших прямо в воздухе, передо мной предстали настоящие чудеса великой коллекции. Кругом покоились останки миллиона невозможных цивилизаций, расставленные и описанные с немыслимой для человека точностью и изящностью. Непредставимые шедевры искусства и архитектуры делили пространство со сценами неописуемого ужаса и в то же время радости. Всё это располагалось в соответствии с какой-то непонятной симметрией, известной лишь разуму одного безумного ксеноса.
Красно-алый свет кровавого заката навеки сиял на резных изображениях душераздирающей красоты битвы легиона солдат Милитарума и неизвестных многоруких ксеносов с лысыми головами и полными клыков пастями. Орда орков в вечной тишине изливала нескончаемую ярость на незнакомый вид с синей кожей, блеклыми глазами и щелью прямо посреди лба.
Поодаль высилась угловатая громада, взирающая на незваных посетителей с неиссякаемой яростью в бесчисленных и неподвижных глазах, каждый из которых смотрел в разные стороны. А вот один единственный рогатый человек в черно-серебряном балахоне замер посреди пустыни, тремя глазами смотря вперёд… Мне показалось, или он подмигнул?
Пройдя мимо очередного экспоната, я, неожиданно даже для себя, остановился. Серокожая фигура под два с половиной метра ростом, с неестественно длинными конечностями, бездонной пастью и маленький знаком Ю’ват на груди замерло в насмехающейся улыбке. Воспоминания, казалось, уже бесконечно далёкого прошлого молнией пронеслись в моей голове, но столь же быстро пропали. После них осталось лишь ледяное спокойствие и уверенность в себе.
Вокруг меня находились самые удивительные экспонаты, которые только мог представить себе человеческий мозг: Крорки и Аэльдары, застывшие со времён войны в Небесах стояли рядом с пленёнными слугами Смеющегося бога, сражающихся сразу с несколькими Кустодесами. Работоспособные железные люди находились в секции с, подозреваю, полностью целым СШК, ставшим лишь приятным дополнением секции про Тёмную эпоху технологий…
И ведь это всё была лишь часть коллекции! Потому что мы пропустили множество разветвлений, двигаясь к одной конкретной точке. Месту, где находилась моя цель, навечно скованная в стазисной камере.
  
— … Кодировки пилонов не отдам, пока не принесёшь мне оригинального Примарха. И нужен он мне в сжатый срок, чтобы не портить всю композицию! Сто лет максимум, — прокряхтел Тразин, вновь махнув рукой.
Из пола мигом вырос пульт управления, в который некрон сразу же стал вводить какие-то данные. Весь процесс занял немало времени, отчего у меня было время насмотреться на Примарха Третьего Легиона.
Феникс, ожидаемое, словно бы воплощал в себе само совершенство. Длинные белые волосы, слегка сверкающие голубые глаза и светлая кожа — по крайней мере, Фулгрим выглядел лучше постаревшего Льва. На нём также находились пурпурно-золотые доспехи, которые, однако, скорее походили на попытку скопировать великий доспех, чем что-то стоящее. Хорошая попытка, но всё равно не совершенная.
Меч на его поясе вызывал схожие эмоции, вот только у меня также имелось чувство, что Примарх Третьего Легиона способен хоть деревянной палкой сражаться, и всё равно мало кто с ним сравнится.
Однако вся эта замершая во времени картина всё-таки треснула, стоило Тразину ввести последнее кодовое число. Всего несколько мгновений и замерший Примарх начал медленно приходить в себя, начиная постепенно двигаться. С каждой секундой его движения, до этого походившие на мельтешение мухи в мёде, наполнились силой и скоростью, с которой каждый должен был считаться.
Тразин вовремя отошёл, а я наоборот, сделал шаг. Очевидно, что несколько тысяч лет в подобном временном стазисе пусть и не повлияют на тело, но вот разуму ещё потребуется время на отдых. А потому и неудивительно, что Примарх не стал нас атаковать или расспрашивать — он просто упал на землю, лишённый и намёка на сознание. Вот только я видел его душу, сияющую подобно могучей звезде, и не сомневался в истинной мощи Примарха.
Подхватив того и положив на плечо, я с усмешкой кивнул Тразину, после чего направился на выход из галереи. Что-то мне подсказывает, его настрой после пробуждения будет далеко не лучшим.
 Глава 106 
 Феникс 
— Десять тысяч лет… Я ведь помню, что всё было не так плохо ещё несколько тысяч лет назад, когда только открыл глаза. Но теперь, если всё сказанное вами правда… Инквизиция, Экклезиархия, Механикус — всё это лишь насмешка над делом, ради которого я с братьями проливал свою кровь. Однако вполне возможно, что именно это мы и заслужили своими действиями? Пытались подняться так высоко, что и удар от падения был соответствующе сокрушительным, — опечаленный Фулгрим перевёл взгляд и начал смотреть в пустоту, стоило узнать о нынешнем положении человечества.
Вот только я всё равно предпочитал эту реакцию тому, как агрессивно он повёл себя, стоило ему только прийти в себя. Не сильно отличаясь от своего брата, Фулгрим сразу же начал вырываться, атакуя всё, что видит. Преданный собственными сынами и буквально проданный ими ксеносу, у него имелись некоторые проблемы с доверием к окружающим. А те, кто фактически «выкупил» его у мутного робота, не вызывали особо тёплых эмоций у Феникса.
К счастью, шок и падшее моральное состояние значительно ослабили Примарха, отчего нам с Атреем удалось кое-как скрутить его и успокоить, придавив к полу. А спустя ещё пару минут разговора, во время которого мы доказывали свою абсолютную верность к Империуму и всему человечеству, он наконец-то прекратил сопротивляться и просто начал слушать нас.
Примарх Третьего легиона оказался довольно забавной личностью. Как и Лев, он вызывал какое-то инстинктивное желание склонить голову, но в разы менее сильное. Зато он всё ещё выглядел относительно молодо, а внешность его действительно казалась совершенной, пусть и специфической. Так мог выглядеть легендарный король или гордый лидер аристократов, воплощающей собой все идеалы чести и достоинства, воспевающиеся в мифах.