Королевский Совет (ЛП)

Серафина резко втянула в себя воздух. Мне хотелось сказать ей, что Асела ошибается, и Асканнон не умер, но не сейчас. Кроме того, мне было трудно полностью доверять Аселе. Если она считала императора мёртвым, это не повредит. Меня скорее беспокоил другой вопрос.
― Скажите, вы знаете, почему на Громовом перевале Бальтазар снова направил поток миров в Аскир? Ведь когда-то именно он убрал его оттуда, верно?
― Да. Но сейчас Коларон готовил последнюю атаку против своего ненавистного врага через образовавшийся портал в Палате гильдии. Для этого портала ему был нужен поток миров, потому что чтобы вот так просто открыть портал через полмира, даже сил Коларона недостаточно. ― Она покачала головой и вымученно улыбнулась. ― То, что вам почти удалось помешать Бальтазару восстановить когда-то им разрушенное, кажется мне иронией. Но одно я могу сказать вам наверняка, сэр генерал Копья: Бальтазар был глубоко благодарен вам за то, что вы освободили его из рук императора-некроманта, потому что в момент его смерти проклятый наконец-то отпустил его душу. Он умер, освободившись от ига.
― Откуда ты все это знаешь? ― спросила Серафина.
― Коларон хвастался, главным образом, чтобы ранить Фелтора, который всё ещё надеялся, что его наставник Бальтазар найдёт способ сбежать. Асела, напротив… она настолько была одержима некромантом, что от неё почти ничего не осталось.
Она сделала последний большой глоток из полного кубка, поставила его на стол, и он исчез, как будто его никогда там и не было. Я посмотрел на свой полный кубок и подумал, что мог бы попробовать сделать глоток, потому что после этой истории мне действительно очень этого хотелось. Вино было восхитительным ― и исчезло с моего языка, как и кубок из моей руки.
― Если когда-нибудь захотите сполна удалить жажду, но не платить за это цену, обращайтесь ко мне, ― заметила Асела, поднимаясь.
― Останься, ― попросила Серафина. ― У нас есть ещё так много вопросов!
― В другой раз, ― сказала Асела, поправляя мантию. ― Теперь сделайте кое-что и для меня. Выясните, кто был тот наездник душ. Бальтазар был примусом Сов, но и он не знал, что под храмом находился связанный проклятый. Однако очевидно одно: не прошло и года после того, как мы изгнали Эринстора из цитадели, как на Талаке поднялся бунт. Через несколько лет мы потеряли легион и поток миров, и, наконец, нашего императора. Под храмом лежал некромант, о котором говорят, что он был достаточно силён, чтобы противостоять Асканнону… Возможно, он обладал силой победить и Бальтазара.
― Это был не Коларон? ― спросил я, и она покачала головой.
― Нет. Мы поймали эту бестию сто семьдесят лет ранее. Выдающимися качеством Коларона, помимо его красоты, были только хитрость и коварство, но всех талантов, кода-либо украденных им, было недостаточно, чтобы конкурировать с Бальтазаром. Это должен быть кто-то другой, кто-то, кто ему помог. ― Её грудь поднялась от глубокого вздоха, прежде чем она продолжила. ― Теперь вы знаете больше. Скажите, генерал Копья, действительно ли эти знания будут вам полезны?
― Поживём, увидим, ― ответил я.
Она внимательно посмотрела на нас обоих.
― Не знаю, можно ли ещё выиграть это сражение, но есть старая поговорка: сражаясь с тем, кого не знаешь, ты проиграешь. Узнайте, кто был тот проклятый. Возможно, тогда мы узнаем врага. Как и Эринстор, Коларон ― не тот человек, который смог бы добиться всего своими силами. То, что он теперь возжелал мантию мёртвого бога ― это абсурдно, но ещё более абсурдно то, что он может преуспеть. ― Она слегка поклонилась и отвернулась, собираясь уйти, но потом остановилась и оглянулась. ― Кстати, портал, который я показала вам… Дезина знает последовательность выложенных там камней с новой целью назначения?
― Да, ― ответил я. ― Мы записали комбинацию.
― Сделайте мне одолжение, не позволяйте ей отправиться туда. Этот портал ведёт прямо в сердце врага. Он находится на холме, на котором когда-то стоял храм Нертона и возвышается над городом под названием Коларисте ― столицей нашего врага. Ни Дезина, ни ваша спутница Лиандра не должны проходить через этот портал. Он почувствует их, если они окажутся там. ― Она позволила себе жёсткую улыбку. ― Было бы жаль, выдать портал врагу, поскольку он не знает о его существовании. Я посчитала уместным показать дорогу на его задний двор, в конце концов, он рыщет и на нашем.
 
― Это нам пригодиться, ― согласилась Серафина. ― Тебе действительно нужно идти? Это…
― Я знаю, каково это, ― сказала Асела мягче, чем обычно. ― Но у меня есть ещё дела. Ещё есть некоторые планы врага, о которых мне известно, и я хочу сорвать их, пока это возможно. Мы ещё встретимся, я обещаю.
Жестом она нарисовала в воздухе светящийся круг, за которым виднелись залитые солнцем поля и чужой город на заднем плане. Она кивнула нам, шагнула через круг, и он исчез вместе с ней, как будто её никогда здесь и не было.
― Это был портал? — в изумлении спросил я.
― Похоже на то, не так ли?
― Я думал, что для этого нужен поток миров и установленный портал?
― Очевидно только в том случае, если ты не Асела…
Она в изумлении покачала головой.
― Должно быть, за эти годы её силы выросли. Почему, ради всех богов, она полностью не встанет на нашу сторону?
― Она уже сказала. Потому что преследует свои цели. ― Я посмотрел на неё. ― Ты пила вино?
Она вздохнула.
― Нет. Я ещё недостаточно ей доверяю.
― Очень жаль, ― заметил я. ― Оно было очень хорошим. Скажи, ты знаешь, где находится Императорский мост?
― В нижнем городе у гавани. Он перекинут через устье Аскира непосредственно перед его впадением в гавань. Почему спрашиваешь?
― Хочу на него посмотреть, ― ответил я. ― Орикес рассказывал о нём.
― Но не сегодня.
Я посмотрел на полотно Сольтара.
― Нет. Не сегодня.
Когда мы дошли до моих апартаментов, я замешкал, но она лишь улыбнулась и поцеловала меня в щёку. Охранники строго смотрели перед собой, лишь один позволил себя лёгкую улыбку. Мы пожелали друг другу спокойной ночи, затем я вошёл, движимый лишь мыслью о том, чтобы поскорее плюхнуться в постель.
Она была занята.
Рагнар лежал в полный рост, всё ещё в доспехах и своих мехах, раскинувшись поперёк и заняв всё пространство, и храпел достаточно громко, чтобы разбудить мёртвого.
Мне едва удалось сдвинуть его с места, поэтому я взял в одну руку его топор, другой схватил его за шиворот и выволок из спальни. Вместе с топором я оставил лежать его на полу в другой комнате. Накрыв его одеялом, я вернулся в спальню. После этого я был благодарен богам и старым мастерам-строителям за то, что дверь закрывалась достаточно плотно, чтобы хоть немного заглушить его храп.
23. О коронах и сёстрах
Следующее утро началось с фарлендской песни, которую громко и весело горланил Рагнар. Я недостаточно понимал язык, но знал содержание песни. В ней речь шла о деве, злых великанах и герое, который убил их, чтобы спасти деву. Затем следовала более длинная часть, подробно рассказывающая о том, как она доказывала свою благодарность герою в постели. Но великаны были её братьями, так что она всего лишь разыграла перед ним шоу, а когда он заснул, она его заколола. Вырвав ему сердце, она сожгла его на углях очага, чтобы с помощью его крови воскресить своих злых братьев-великанов.
Это было то, что в северных землях считалось веселой мелодией, которую пели, находясь в хорошем настроении. Я даже не хотел знать, что выкрикивали северяне, когда их постигало горе.
Я заткнул уши, но это не помогло. Весёлая утренняя песня фарлендца могла бы разбудить целый легион.
Солнце ещё не взошло, и сегодня утром мне не нужно было являться к Реллин. Я радовался возможности поспать подольше. В полусне я сел и принялся тереть глаза, чтобы окончательно проснуться. Дверь распахнулась, и в проёме появился голый Рагнар, с него капала вода, и он широко улыбался.