Королевский Совет (ЛП)

На следующее утро меня подкараулил комендант.
― Сегодня вы должны сопровождать нас, ― сказал он. ― Если что-то и произойдёт, это произойдёт сегодня. Присутствовать также будут Асела и брат Джон, чтобы следить, говорят ли они правду.
Так что в это последнее утро мы вошли в тронный зал вместе с остальными.
Включая Серафину, Дезину и Сантера.
― Вчера вы тоже были здесь? ― спросил я Сантера, входя в зал.
Он только покачал головой.
― Комендант только сегодня попросил нас присоединиться.
Когда мы заняли свои места в ложе за троном, я увидел, что состав других лож тоже немного поменялся. Комендант покачал головой, когда Серафина попыталась сесть рядом со мной.
― Иди туда, ― прошептал он, указывая на ложу, где, к моему удивлению, стояла Тарида. ― К эльфам.
Глаза Серафины расширились, затем она кивнула и поспешила к Тариде, которая дружески её приветствовала, пока другие гости глазели на них.
Брат Джон был не единственным священником в зале, первосвященник Борона также был в сборе. Он стоял в ложе алданцев, в то время как жрица Астарты заняла место в ложе Тариды.
47. Королевский совет
Не знаю, каким было настроение раньше, но в это утро оно казалось сильно напряжённым, когда всё больше и больше участников понимали, что сегодня что-то изменилось. Большинство взглядов достались Тариде и Серафине, но и в нашу сторону смотрели с тревогой. Последним в зал вошёл король Кеслер, почти нерешительно, как мне показалось, и когда тяжёлая дверь закрылась, выглядело так, будто она хотела втолкнуть его в зал.
Когда она захлопнулась, зал зазвенел, как колокол, и я почувствовал давление, о котором говорила Лиандра.
― Да благословят вас всех боги, ― начал комендант. ― Мы собрались сегодня, чтобы провести этот заключительный день королевского совета.
― Что он делает? ― прошептал король Кеслер, который, видимо, забыл, что все его слышат. ― А как же пошлина на медь?
― Сейчас она не важна, ― холодно ответил Кералос. ― Потому что для империи существует только одна проблема: война против Талака и его императора Коларона.
― Это касается не только империи, ― заметил маршал. ― Но я понимаю, что вы чувствуете. Остамарк уже достаточно давно испытывает тоже самое.
― Мы не в состоянии войны, ― возразил король Пердис из Сертины ― тот самый, с нелепой короной, которую он носил в день казни, но которую не надел сегодня. Казалось, будто он хотел убедить самого себя в правильности своего заявления. ― До сих пор насчёт неё не было принято никаких решений!
― Нет? ― спросил комендант. ― А что насчёт мёртвых, которых мы оплакиваем? На нас напали прямо здесь, в городе, были совершены убийства и планировались вторжения. Семь королевств ― это союз, и всё же никто не спешит на помощь нам или Алдану.
― Как вы смеете ожидать помощи, когда сами обескровили нас? ― холодно спросил маршал. ― Когда Остмарк получал от вас необходимую помощь?
Кеслер набрался решимости и вскочил на ноги.
― Вы сдерживали свои легионы. А восточным землям приходилось проливать кровь за вас!
― Поэтому вы сговорились с проклятым? ― холодно спросил принц Тамин.
― Не доказано, что Коларон ― проклятый, ― ответил Кеслер, вызывающе подняв подбородок. ― Не втягивайте нас в свою войну.
― Браво, ― язвительно промолвил комендант. ― Наконец-то кто-то заговорил об этом, хотя я удивлён, что это вы, Кеслер. Не подумал бы, что вам хватит для этого храбрости!
― Он просто говорит то, что думаем все мы, ― сказал маршал. ― Это ваша война, комендант, и всегда была. Мы не имеем к ней никакого отношения!
― Поэтому вы отозвали свои войска от восточных границ? ― спросил Кералос. ― Не слишком ли смело поворачиваться спиной к варварам?
― Смело? ― воскликнул Хергрим. ― Мы достаточно долго страдали от рук варваров. Когда мир находится в пределах досягаемости, мы используем эту возможность.
― Здесь гораздо оживлённее, чем вчера, ― услышал я голос Ангуса.
 
― Подожди, пока всё не начнётся по-настоящему, ― заметил Рагнар, откинувшись назад.
― Мир? ― насмешливо спросила Файлид, поднимаясь. ― Вы хотите сказать, что заключили мир с варварами? С каждым из племенных князей? Сколько их всего? Сто или больше? Несомненно, вы должны знать, что мир можно заключить лишь индивидуально с каждым из них, и он будет длиться только пока князь жив.
― Что может знать об этом ребенок? ― насмешливо воскликнул Хергрим. ― Вы сидите в своей пустыне и жаритесь на солнце. Что вы знаете о ежедневной войне? Варвары присоединились к императору и теперь объединены под его началом.
― Началом какого императора? ― вежливо спросил Кералос. ― Вы говорите об Асканноне или о проклятом?
― Колароне, ― ответил маршал. ― Он сдержал своё слово. Варвары мирно расположились лагерем за нашими границами, а его войска следят за порядком.
― Уже как шесть дней, не так ли? ― спросил комендант. ― Когда вы собиралась доложить нам об этом? Завтра, когда закончится королевский совет?
― Нет, ― спокойно ответил маршал. — Я уже скоро собирался предоставить это для обсуждения, комендант. Вопреки вашему мнению, мы не хотим гибели Аскира. ― Он поднял плечи и снова опустил их. ― В Остмарке впервые за тысячу лет наступил мир, и мои войска сидят в фортах и празднуют. Вскоре Марк станет процветающей землёй. Мы достаточно долго истекали кровью. Как уже сказал король Кеслер, это не наша война и никогда не была ею. Теперь покончено с тем, что мы страдаем за Аскир. Всё же мы не желаем зла Аскиру. Мы просто выйдем из союза.
― Значит вы позволили войскам императора-некроманта беспрепятственно пройти по королевству? ― спросил ошеломлённый Тамин. ― После столетий жертв?
― Мы приносили себя в жертву! ― гневно воскликнул маршал. ― Это мы проливали свою кровь, чтобы вы все могли жиреть и богатеть. Алдан всё это время обирал нас до нитки!
― Это не правда, ― возмутился Тамин. ― Мы платили свою долю.
― Да, золотом, но не кровью. Знаете почему у вас было золото? Потому что в вашей зелёной стране был мир, который Остмарк купил своей кровью. С этим покончено! ― Он набрал в лёгкие воздух и повернулся к коменданту. ― Это не значит, что мы теперь враги. Слишком многое нас объединяет. Но вы должны понимать, что несправедливо, оставлять истекать нас кровью, пока вы зарабатываете золото на побережье!
― Это легионы императора защищали Остмарк, ― спокойно ответил Кералос. ― Первый маршал потребовал Остмарк в качестве ленного поместья и получил его в награду за защиту Семи королевств.
― Это было тогда, ― ответил Хергрим, сделав глубокий вдох. ― Я повторюсь, комендант: мы не хотим иметь ничего общего с вашей войной, но мы вам и не враги.
― А что скажите на это вы, Варлет? ― спросил Кералос короля Ибсиса, который всё это время молча сидел на своём стуле.
― Ничего, как обычно, ― ответил за мужчину маршал. ― Он хочет держаться в стороне, но он знал обо всём.
― Вы можете позволить говорить мне за себя, Хергрим, ― сказал старик, носивший титул короля Ибсиса. ― Мы ― маленькая страна, привыкшая к трудностям и лишениям, как фарлендцы. И вы знаете, почему это так ― потому что мы уступили наши лучшие земли Остмарку. И до сих пор мои войска стоят на северных границах против варваров. Вы не одни защищаете Остмарк, Хергрим.
― И вы не беспокоитесь из-за того, что Аскир бросил вас? ― спросил тот. ― Разве вы не радуетесь, что теперь этому пришёл конец?
― Меня беспокоит необходимость смертей, ― тихо ответил Варлет. ― Но оно того стоит. Без Аскира мы уже давно потеряли бы свою независимость.
― Если вы так думаете, почему не сказали об этом? ― мрачно спросил маршал.
― Потому что я надеялся, что безумие закончится. И я предупреждал вас. Я говорил, что было бы ошибкой недооценивать силу Аскира.
― Какую силу? ― с горечью спросил Хергрим. ― Они спрятались за нашими щитами. Легион был слишком благороден для грязной работы. У них есть пять легионов, пять тысяч человек, а у меня двадцать четыре тысячи, и теперь они свободны, им больше не нужно убивать варваров.