Королевский Совет (ЛП)
― Я рад, что вы ещё живы, ― промолвил я.
― Вы ― Сова Асела, верно? ― спросила Лиандра.
― Видимо так и есть, маэстра.
― Как такое случилось? ― Лиандра выглядела озадаченной. ― Я всегда только слышала о вашей великой силе. Как он смог так сильно навредить вам?
― Клятва также повелевает мне защищать людей, маэстра, ― сжав зубы выдавила Асела. ― Что сделали бы вы, если бы проклятый развязал пожар? Оставили умирать людей? Он поджёг сразу десятки домов, и у меня не было выбора, кроме как привлечь огонь на себя.
― Боги! ― вырвалось у меня, когда я постепенно начал понимать, что здесь произошло. Теперь и почерневшие фасады домов вдали приобрели смысл. ― Весь район?
― Да. Он был демонически силён, и я не смогла спасти всех. И это моя вина, я была неосторожна!
― Что случилось, Асела? ― спросила Серафина, обеспокоенно опустившись на колени и положив руку ей на колено. ― Как ты? С тобой всё будет в порядке?
― Спасибо, Фина, что беспокоишься обо мне… ― сказала Асела гораздо более мягким голосом. ― Проклятье! Почему я всё время плачу! Такие вещи случаются… не из-за чего устраивать водопад… ― Её плечи дрожали, и Серафина обнимала её, пока та плакала.
Я посмотрел на неё, ту, что была Бальтазаром, и понял, что серьёзно беспокоюсь за неё.
― Я ошибалась, ― тихо призналась Асела. ― У него была другая миссия, чем я думала. Видимо, Коларону не нравится, когда одна из его игрушек ускользает от него. Проклятый получил новое задание: поймать и уничтожить меня. ― Она в недоумении покачала головой. ― Я угодила прямо в его ловушку, как какой-то юнец!
― Но вы уничтожили его, ― заметил я.
― Нет, ― сказала она, подняв обожжённое лицо. ― Я заключила его в камень, но не могу победить, он слишком силён! Вот почему я послала за вами. Нам нужен изгоняющий меч, чтобы уничтожить его. ― Она подняла дрожащую руку. ― Там, где стоят солдаты… Вы найдёте его там.
Мы его нашли: он был заключён в расплавленный камень, слепой и обугленный, но всё ещё живой.
Увлечённая беседой, Асела шла здесь с одним из Перьев, когда Тивстирк атаковал её ― копьём из огня и дыма, убившим с первого штурма дюжину людей.
Битва длилась долго, очевидцы едва могли описать её, говорили о молниях, огненных образах, сияющем свете и тёмном дыме, о льде и блестящих сферах, о проникающих сквозь каменные стены домов серебристых осколках, словно те были сделаны из шёлка. Но Асела неустанно оттесняла некроманта всё дальше и дальше, окутывая его в мерцающий барьер, затем в шар, пока Тивстирк не призвал пламя, которое охватило всё в большом радиусе, но лишь на мгновение, затем пожар исчез, вонзившись в проклятого как копьё из света и огня.
Наездник душ застрял на дне застеклённой ложбины, глубиной в один шаг и шириной в восемь. Он был по левое плечо в стекле, которое зловеще светилось красным светом под поверхностью ― и Тивстирк был ещё жив.
Я вытащил Искоренителя Душ, но Зокора остановила меня. Взяв обугленный кусок дерева, она воткнула его в землю. Он медленно погружался, и когда она вытащила его, за ним тянулись стеклянные нити.
― Это расплавленное стекло, Хавальд, ― сказала она. ― Даже ты не сможешь здесь выжить.
Пока наездник душ страдал, души отделялись от него, поднимаясь к Сольтару. И пока мы стояли там, его кожа продолжала обновляться, а в следующий момент отслаиваться из-за жара.
Он кричал от боли, но ненадолго умолкал, когда жар лишал его голоса.
― Не одолжите ли вы мне свой меч, генерал Копья? ― устало спросила Асела. Она, хромая, с трудом подошла к нам.
― Только если вы в свою очередь используете его дар, ― тихо ответил я. ― Вы выглядите ужасно.
― Вряд ли я откажусь от вашего предложения.
Она улыбнулась почерневшими губами, которые потрескались, обнажив живое мясо.
Я вытащил Искоренителя Душ и во второй раз за этот день одолжил меч.
Асела взяла его, сделала жест рукой и вышла на стекло. Её тёмные сапоги оставляли следы и дымились, но, казалось, это не беспокоило её. Она подошла к проклятому и опустилась на колени.
― Надеюсь, ты страдал достаточно. Как тебе то, что она оказалась не беззащитной? Неожиданно, верно? Когда она ещё обладала собственной волей, она мечтала об этом.
Наездник душ издал булькающий звук.
― Побереги свои слова, ― холодно промолвила Асела. ― Она их не слышит, и они больше не могут причинить ей боль.
Она подняла Искоренителя душ и вонзила клинок в череп проклятого. Перед моими изумлёнными глазами вверх поднялись души. Их было так много и они следовали подряд друг за другом, что образовалась мерцающая колонна, свет который видели и все остальные.
― Да будет так, ― звучно сказала Асела и встала. Она сделала шаг назад, пока проклятый все ещё извергал души, а затем в мгновение ока рассыпался в прах.
Яркий свет заиграл вокруг Аселы и распространился, как волна, окутав нас и всех присутствующих далеко вокруг. Она открыла рот в крике и задёргалась, чуть не уронив Искоренителя Душ, прежде чем всё закончилось, и она пошатываясь, подошла к краю наполненной стеклом ложбины где, тяжело дыша, остановилась перед нами.
Когда она подняла голову, с её лица были стёрты не только раны от огня. Она посмотрела на меня с выражением удивления и улыбнулась.
― Надеюсь, вы знаете, каким обладаете мечом, ― выдохнула она и рухнула на пол.
«Нет», ― подумал я, поднимая клинок, видимо, не знал, потому что повсюду вокруг нас люди удивлялись и смеялись, заметив чудо: раны большинства стоящих вокруг людей зажили. Только мёртвые, они всё ещё лежали неподвижно.
― Помогите мне отнести её в башню, ― попросила Серафина.
Я кивнул и поднял Сову. Она была настолько хрупкой, что весила почти как перышко.
― Я даже не хочу знать, что ещё принесёт нам этот день, ― задумчиво произнёс Рагнар, когда мы покидали это место смерти, разрушение и чуда.
― Значит ваш меч исцелил не только её, ― заметил Орикес, глядя на неподвижную фигуру. Асела лежала на кровати. Она была бледной, и только её тихое дыхание свидетельствовало о том, что она ещё не умерла.
― Похоже на то, ― ответил я. ― Я не знал, что он способен на такое.
― Как она? ― спросила Серафина.
― Она не особо заботится о себе, ― заметил Орикес. ― Она почти ничего не ела и сильно истощена, но на данный момент она спит крепким и здоровым сном. У неё нет никаких болезней, которых не исправили бы хороший бульон и много сна. Какие бы раны у неё не были раньше, их исцелил меч генерала Копья. А что с проклятым?
― От него не осталось даже черепа; он рассыпался в прах. Должно быть, он был древним, ― заметил я.
― Говорите, он уничтожил больше дюжины домов?
― До основания, и есть еще много поврежденных.
― Тогда я только рад, что это не Дезина пыталась его задержать. Или вы, ― добавил он, глядя на нас. ― Или вы смогли бы выстоять против такой силы?
Я представил перед собой разрушенные дома, пожары, погибших, обгоревших и ложбину из стекла и покачал головой.
― Вряд ли.
― Что теперь? ― спросила Серафина, когда мы вышли из лазарета. Я глубоко задумался, размышляя о чудесных путях богов. О том, как так получилось, что величайшая из Сов смогла найти путь сюда по прошествии стольких веков. Бальтазар не только чуть не убил меня, он самым жестоким образом пытал Наталию, держал ее как собаку и демонстрировал другим. И все же он больше был не тем, кто это сделал. Я не думал, что смогу простить его, и все же простил.
― Ты что-то сказала? ― спросил я Серафину, которая шла рядом со мной.
― Что нам следует лечь спать.
― Сейчас ещё даже не пробил шестой колокол, ― заметил я.
― На сегодня мы сделали достаточно. Просто пошли спать.
Я всё понял, только когда она зашла в мои апартаменты и закрыла за собой дверь. Она посмотрела на меня своими тёмными глазами и улыбнулась.
― Мы ждали достаточно долго, ― тихо сказала она, расстёгивая пуговицу на моём воротнике. ― Столетия… Время пришло.
В какой-то момент я полусонный понял, что на этот раз кошмар пощадил меня, повернулся на бок, понюхал ее волосы и снова заснул.