А + Д =? История еще одной первой любви

– Ты очень хороший сын, – аккуратно подбираю слова.
– Нет, – оскаливается Арс. – Не жалей меня, окей? Никогда. – В его голосе появляются раздражение и злость. – Я рассказал тебе об этом, чтобы ты понимала, что происходит. И я иногда буду пропадать в столице, возможно надолго.
– Спасибо, – поглаживаю тыльную сторону его ладони, как еще вчера делал он. – А знаешь, чего я хочу? – нахожу в себе силы улыбнуться и немного переключить его настроение.
  
– И чего же? – Скосив взгляд, Арс смотрит на меня, плавно возвращаясь в нашу прогулку.
– Мороженое. Классическое эскимо. Давай поищем?
– Пойдем. Знаю я тут одно место…
 
Глава 12
 
Арс
Выходные давно стали лишь еще парой дней в неделе со своими названиями. До начала занятий в универе осталось всего ничего, и я подумываю, а не перенять ли мне привычку Дили вести ежедневник. Я соскучился. Мы еще не виделись с ней после картинга. Переписывались всего один раз. Последние дни я возвращаюсь домой и отрубаюсь, едва успев снять кроссовки.
Останавливаюсь возле дачного участка Дана. Еще недавно это место с небольшим вагончиком, минимумом удобств и сделанной своими руками спортивной площадкой было ему домом. Теперь это наша основная тренировочная база.
Друг с довольной рожей поднимается со ступенек и выходит меня встречать. Ударяемся кулаками и хлопаем друг друга по плечу.
– Готов? – хрустнув шеей, тоном палача, обожающего свою работу, спрашивает Дан.
– Да, – уверенно отвечаю ему.
– Сегодня постарайся удержать в себе все, что съел за день. Весь режим питания насмарку, – издевается гаденыш.
– Да пошел ты, – беззлобно огрызаюсь. Переодеваюсь прямо у капота и разогреваюсь вместе с другом.
Из Дана мог бы выйти отличный тренер. Он разбирается во всех составляющих работы со своим телом, не боится быть жестким и требовательным, отлично зная цену жизни, которую платят в «Клетке». Еще полгода назад его задачей было сделать так, чтобы платили ему, а не за него. Теперь он делает то же самое со мной, и маме еще не раз придется увидеть синяки и ссадины на моем теле. Но уж лучше я буду получать их на тренировках с Данте, чем на ринге.
А стебется он не просто так. Вчера меня реально стошнило – наказание от организма за то, что не успел вовремя поесть. Про падение глюкозы во время интенсива нам еще мой бывший тренер рассказывал. Ну и плюс аукается моя вредная привычка.
Сегодня я уже в нормальном режиме спал, ел, пил. Все должно пройти хорошо.
Надеваю жилет-утяжелитель. Несколько раз подпрыгиваю, привыкая к новой массе. Так как в спорт я пришел не вчера, мы добавили десять килограмм к моим семидесяти пяти.
Данте включает музыку, выводит ее на большую колонку и швыряет в меня скакалкой.
Начинаем с двадцати пяти секунд на упражнение. Друг дает отмашку, и я прыгаю, отталкиваясь от земли двумя ногами. Заканчиваю. Перехожу к большой упругой покрышке. Скрестив предплечья на груди, тем самым усложняя себе задачу, прыгаю в центр, выпрыгиваю наружу, разворачиваюсь и повторяю, чувствуя и вес жилета, и нагрузку на мышцы.
Следующее упражнение еще сложнее. Оно похоже на интенсивный бег в гору. И по вискам начинает стекать пот. Легкие забивает, хочется отдышаться, но Дан строго следит за тем, чтобы я не отдыхал больше десяти секунд.
Что-то похожее на планку с упором ладоней на колесо. Интенсивно поочередно завожу руки за спину. Пресс превращается в камень, а лишние десять килограмм ощущаются еще сильнее.
Затем у нас выпрыгивания из положения стоя обеими ногами на этой же покрышке. Следом двадцать пять секунд на приседы и удары ногами в воздух.
Десяток упражнений, каждое сложнее предыдущего. Они работают на все тело и являются частью большого комплекса, развивающего выносливость.
К концу тренировки меня снова немного мутит, но это быстро проходит, стоит отдышаться и попить воды. Сажусь на ступеньки, прислоняюсь потной спиной к двери вагончика и закрываю глаза. Пульс все еще мощно отстукивает на шее. Присасываюсь к бутылке с водой, громко дыша через нос. От пота щиплет глаза. Наливаю немного воды в ладонь, умываюсь. Вставать пока влом. Дан ржет, стаскивая с меня жилет.
– Ка-а-айф. – Вытягиваю ноги, чувствуя, как холодный металл нижней ступеньки обжигает разгоряченную кожу, и тело кажется легче не на десять кг, а на всю двадцатку.
Данте берет меня за запястье, сам проверяет пульс и удовлетворенно кивает.
– Завтра утром у тебя пробежка в умеренном темпе и обязательный отдых. Что там с таблицей? Вывесили бои на следующую неделю?
– Днем не было. Давай посмотрим, может, сейчас что изменилось.
Мой телефон в машине. Данте открывает со своего.
– Неплохо, – комментирует он, пока я вчитываюсь в незнакомые мне имена. – С одним я встречался, второго не знаю. Но дни отличные. Пятница, воскресенье. Денег в клуб принесут море.
– Дело за малым, – дергаю правым уголком губ. – Победить.
– Пока вообще об этом не думай, Арс. Время на подготовку у нас еще есть.
– Я не могу об этом не думать, – стучу затылком об дверь. Мне бы, может, и хотелось, но не мо-гу!
– Надо, – жестко отрезает Дан. – Накачаешь себя не теми эмоциями, перегоришь раньше времени и точно сольешь к чертям.
– Какая-то беспросветная задница, – кошусь на друга.
– Развейся. Только давай без ночных клубов и коктейлей, окей?
– Что, даже молочный нельзя? – давлюсь смехом.
– Вали уже в душ! – Он с улыбкой толкает меня в плечо. Шутливо заваливаясь на бок, слезаю со ступенек и захожу в вагончик, чтобы ополоснуться.
Минут через двадцать мы уже разъезжаемся каждый по своим делам. Я останавливаюсь возле дома Диляры и набираю ее номер.
– Привет, – отзывается мелодичным голосом, от которого все время тянет улыбаться.
– Я снова пропал…
– Ты же предупреждал. Как дела?
– Выходи, расскажу. – Моя улыбка становится шире. – Заодно решим, когда пойдем знакомиться с родителями.
– Как всегда, внезапный, – смеется она.
Мне так хорошо становится от ее смеха и голоса. Еще острее ощущаю, как сильно я скучал эти несколько дней. Дурак. Надо писать и звонить ей чаще.
– Спустишься? – кусаю губу, глядя в зеркало, как пульсирует зрачок.
– Жди.
Она сбрасывает, а я продолжаю держать телефон возле уха. Точно дурак. Закатываю глаза сам на себя и убираю трубку на подставку. Съезжаю в расслабленную позу, смотрю в лобовое и стучу пальцами по колену.
Пассажирская дверь открывается. Моя машина наполняется запахом цветов и солнца, а челюсть неприлично падает. Пульс разгоняется, слюна становится вязкой.
Охренеть, какая она сегодня красивая! Опять…
Диля в ультрачерных брюках, белой рубашке с завернутыми манжетами, стильной жилетке в тонкую полоску и в шляпе с узкими полями. Волосы распущены, ни грамма косметики. Ей не надо. У нее свои длинные ресницы и губы розовые, и… Она еще и смущается от моего слишком пристального взгляда.
Какой у меня друг… подруга… А-а-а, фак!
– Куда поедем? – нарушаю затянувшуюся тишину.
– Играть в мафию, – смотрит на маленькие часики на своем запястье. – Еще вполне можем успеть.
Это суперидея для перезагрузки моей дурной головы. Тем более я обещал. Отдаю Диле свой телефон. Она вбивает адрес в навигаторе и сама ставит его на место.
– Так как дела? – напоминает мне о том, что собирался рассказать.
– Пока без изменений. Не знаю, хорошо это или плохо.
– Раз не случилось ничего плохого, значит, скорее, хорошо. – Диля теребит тонкий ремешок своих часов.
– Наверное, ты права. Чем занималась без меня?
– Сезонную одежду в шкафу перебрала и выучила одну песню на гитаре, – довольно улыбается она.
– Круто. Сыграешь мне?
– Ага, – кивает, заправляя волосы за уши. – Будешь первым слушателем. Я ее даже преподавателю не показывала.
– Два раза круто!
– А чем занимался ты?
– Тренировался с Даном, работал у дяди в мастерской, ездил с мамой по врачам. Ноутбук живет? – тут же перевожу тему, чтобы не заострять внимания на моих проблемах.