Благородный вор (СИ)

Это смежный с гостиной кабинет. Нечто вроде подробной комнаты. Хотя по сути превращена в маленькую гостиную. Здесь тоже стоял стол. Только у стены.
Паркетный пол, по которому ходил, топал и стучал Томский, покрыт плитами. У другой стены кушетка и кресла, обитые тканью. Все импозантно.
В противоположной стене тоже дверь. Видимо, туда заговорщики и вытащили тело Томского.
Я хотел зайти внутрь. Но услышал снаружи быстрые шаги. Как раз за той дверью, где скрылись Митяй и Лавруша.
Я отскочил назад. Обратно в большую гостиную. Еле успел закрыть за собой дверь.
Тут же хлопнула дверь в соседней комнате. Послышались чьи-то торопливые шаги. Я ждал, прислушиваясь, как таракан под половицей.
Шаги в другой комнате прошуршали туда-сюда. Там кто-то обыскал комнату. Потом убежал. Так же быстро, как пришел. Я подождал немного.
Опять вышел в другой кабинет. Не теряя времени, подобрался к двери в противоположной стене. Открыл и вышел в коридор.
Это коридор противоположный от лестницы. Тоже узкий и темный. Куда, интересно, ушли Митяй и Лавруша?
Порядок действий уже отработан. Надо просто проверить все комнаты. Наверняка обнаружатся в какой-нибудь.
Я рванул было в коридор. Прошел несколько дверей. В это же время сзади открылась одна.
Я опустил голову и пошел дальше. Притворялся, будто я слуга. Один из многочисленных слуг этого дома.
К счастью, тот, кто вышел из комнаты, отправился в другую сторону. Я обернулся.
Посмотрел, кто там. Шаги, между прочим, легкие и быстрые. Явно женские.
Да, это действительно женщина. Одета в длинное ситцевое платье и поверх белый передник и кружевной чепчик. Она быстро скрылась за поворотом.
Я отправился дальше. Какой большой дом. Так много комнат.
Думаю, что спальня Томского здесь недалеко. В задней части, где я и находился. Окнами выходит на тихий задний двор. Там, где разбит яблоневый сад.
Проходя мимо дверей, я прислушивался. Вдруг донесутся знакомые голоса. Я прошел половину коридора. И услышал голос хриплый Митяя.
— Ногу вон туда надо положить, над покрывалом, — сипел разбойник. — Чтобы видно было агонию. Будто он дергался.
Надо же, какой талантливый постановщик. Прямо жаль, что такой умелец пропадает.
Я не совался в спальню. Пошел дальше, в соседнюю комнату. Правда, они оказались заперты.
Тогда я нашел тесный и пыльный чулан в конце коридора. Устроился там. Тут хранились старые покрывала и ковры.
Приглядывал в щелку за коридором. Сухая пыль забилась в нос. Чуть было не чихнул. Но ничего, сдержался.
По ходу дела осмотрел замок. Он тут обычный, английский, из тех, что можно открыть булавкой. В случае чего, можно быстро закрыть.
Чтобы устроиться поудобнее, сложил пару тюков с тканями под задницу. Возле двери.
Еще приготовил убежище. Если сюда кто-нибудь все же залезет. В дальнем уголке поставил ковры. Можно спрятаться за ними.
После этого я уселся ждать. В щелочку виднелся весь коридор. Еще окошко поблизости. На улице уже начало вечереть.
Поначалу ничего не происходило. Все звуки слышались отдаленно. Я сидел и ждал.
Мне не привыкать. Терпение лучшее оружие вора. Как-то я пролежал под кроватью в доме два дня. Ни разу не выходил.
Время шло, ходики тикали. Наконец, из спальни вышел Митяй. Пошел по коридору в мою сторону. Прошел мимо чулана и ушел.
Ладно, он мне не нужен. Обойдусь без него. Сейчас главное Слесарь.
Поэтому я остался на месте. Впрочем, на улице ждут мои парни. Рит может проследить за Митяем. Узнать, куда тот отправился и где его убежище.
Через десять минут после ухода Митяя управляющий устроил шоу. Типа, обнаружил хозяина мертвым. Поднял шум и крики. Сбежались слуги. Послали за врачом.
Доктор прибыл через полчаса. Выгнал всех из комнаты. Только Лавруша остался внутри. Они долго разговаривали. Почти час.
Затем вышел доктор, сухонький невысокий старичок с седой бородкой. Сразу пошел домой. Слуги ждали у дверей спальни, болтали между собой. Обсуждали, что теперь будет.
Наконец, вышел Лавруша. Я впился в него взглядом.
 
Высокий тип с суровым лицом. Волосы черные, усатый, густые сдвинутые брови. Невероятно прямая осанка, как будто аршин проглотил. Голос громкий и резкий.
Он быстро разогнал слуг.
— Нечего торчать тут без дела! — раскричался он. — Никому ни слова пока про смерть хозяина. Вызовите священника. Женька, сочини письмо родственникам в Воронеж. Давайте, работайте. Я схожу в управу.
Я насторожился. Кажется, это то, что надо. Как бы теперь незаметно вылезти из чулана?
К счастью, слуги разошлись. Одна пожилая служанка пошла убираться в спальне Томского. Лавруша огляделся и тоже пошел по коридору в мою сторону.
Миновал чулан и скрылся за поворотом. Я осторожно встал, размял ноги, открыл дверь и выбрался наружу. Тоже пошел по коридору вслед за управляющим.
Когда выбрался на лестницу, то услышал внизу шаги. Кто-то поднимался навстречу. Я вернулся в коридор, открыл небольшое окошко, выходящее во внутренний двор и вылез наружу. Слез немного вниз, цепляясь за лепные украшения.
Посмотрел под ноги. Внизу уже земля. Растут кусты гвоздики. Хорошо, что не камни мостовой. Я повис на руках и спрыгнул вниз.
Приземление получилось мягким. Я тут же встал и прижался к стене. Поглядел по сторонам. Вроде бы мое падение никто не заметил.
Ну и отлично. Я отправился мимо стены в сторону главного входа. Пригибался под окнами.
Шел осторожно, чтобы меня не увидели из окна. Надеюсь, Лавруша не уйдет из дома через другой выход.
Выбрался к главной дорожке, спрятался за стволом дерева. Подождал и посмотрел, нет ли кого вокруг.
Потом быстро вышел на дорожку и отправился к воротам. Хватит уже ждать. Надо подготовиться к выходу Лавруши.
Выскользнул через калитку. Быстро осмотрелся, где наша повозка. Никого не нашел. Куда подевались мои люди?
Легкий свист. Я обернулся влево. Оказывается, они спрятались за деревом. За стволом дуба.
В «фаэтоне», как я и ожидал, сидели только Фролка и Якунчик. Рита нет, ушел по делам.
— Он что, увидел Митяя? — спросил я, усаживаясь в повозку. — Где Рит?
Якунчик кивнул.
— Так и есть, ваше благородие. Увидел душегуба. Говорит, господин его не захочет отпустить. Слез и пошел следом.
Ну, это как я и ожидал. Я снова спрятался за Якунчика и посмотрел на ворота. Потом постучал помощника по спине.
— А ну-ка, дружок, пробегись вокруг дома. Посмотри, где тут запасной выход. Там может выйти такой, бровастый и высокий. Он-то мне и нужен. Если увидишь, сразу зови.
Якунчик ответил, не оборачиваясь:
— А я уже тут все разузнал. Другие ворота там, на переулке Рощина. Выходят туда. Я тогда там буду. Если увижу его, буду лаять. Пять раз подряд.
Молодец, Якунчик. Все уже знает. Обо всем догадался. Надо же. Я хлопнул его по плечу.
— Давай, действуй. Смотри, не упусти, он очень нужен.
Парнишка поморщился, выпрыгивая из «фаэтона»:
— Ваше благородие, знаете же, что не упущу.
И побежал вдоль забора. Быстро исчез из виду.
Фролка закурил. Сидел спокойно, молчал.
— Ну что там стряслось, вашблагородь? Такой крик подняли, не дай бог. Небось, помер кто-то?
Я кивнул.
— Сам купец помер. Скоропостижно. Сердце не выдержало.
Фролка обернулся. Посмотрел на меня с прищуром.
— Как раз, когда вы там были, вашблагородь. Что за чудеса такие?
Я посмотрел на извозчика.
— А вот такие. Митяй ему помог, конечно же. Только там другой есть человек. Он как раз и…
Вдали послышался лай. Я насторожился, а Фролка замолчал.
Раз, два, три… Пять. И замолчал. Это наш клиент.
— Это Якуна! — Фрол хлестнул лошадей вожжами. — Но-о, залетные! Пошли, пошли!
Вот черт возьми, Слесарь решил выйти запасными воротами. Хорошо, что я отправил туда приказчика. Бывшего приказчика.
Повозка ходко пошла вперед. На повороте Фрол быстро свернул вправо. Помчался дальше по узком переулку. Справа за забором и деревьями мелькал дом Томского.