Правильный лекарь. Том 5 (СИ)

— У меня к вам ещё одно предложение, Иосиф Матвеевич, — сказал я перед тем, как мы выдвинулись к моей машине за коробками. — Я хотел бы сегодня отработать смену с одной бригадой или несколькими по очереди. Наверное, второй вариант более предпочтителен. Я и на особенности их работы посмотрю, и научу пользоваться системами. Мы с вами говорили об этом, по-моему, в прошлый раз.
  
— Отличная идея, — кивнул Гартман. — Можно ориентироваться на повод для вызова, чтобы выбрать, с какой бригадой выезжать. А пока будете здесь находиться, если вызовов на данный момент нет — расскажете им на месте, на вопросы ответите.
— Кажется у меня сегодня будет нескучный день, — улыбнулся я.
— Это точно, — хмыкнул Гартман. — У нас не соскучитесь.
Иосиф Матвеевич приказал санитару взять с собой грузовую тележку, и я проводил его до машины. Он осторожно погрузил коробки на платформу и повёз в сторону зала заседаний.
Я даже не думал, что на этой относительно небольшой станции скорой помощи работает столько людей. Хорошо, что для меня выступать на публику было уже делом привычным. Когда знахари закончили отчёт по смене, Иосиф Матвеевич представил меня и дал слово.
Я пожертвовал одной системой и одним флаконом солевого раствора и наглядно продемонстрировал, как это работает, как ускорять и замедлять внутривенное введение раствора. Не забыл подробно расписать показания для его введения. Вопросов после моей речи последовало не много и все по существу. Люди здесь судя по всему работают грамотные и сообразительные. Зря многие лекари и знахари клиник и лечебниц считают работников скорой помощи недомедиками и таксистами, это абсолютно не заслужено, в чём мне ещё неоднократно предстояло убедиться.
— Если я правильно понял, сегодня в клиники и лечебницы мы никого не привезём? — спросил меня Артём Константинович, молодой, но уже опытный знахарь, с которым я отправился на первый вызов. — Раз у нас в бригаде лекарь, то это не понадобится, так ведь?
— Вполне возможно, — улыбнулся я, выходя из машины. Мы уже приехали по адресу.
  
Глава 9
 
На первый вызов, на который мы приехали, вызывала женщина. Сказала, что её муж упал с высоты вместе со стремянкой и сломал ногу, очень много крови. Услышав про массивное кровотечение я и решил поехать с этой бригадой.
Мужчина лет сорока лежал на снегу в одном из дворов-колодцев, рядом валялась стремянка со сломанной ножкой. Из стремянки кровотечения не было. А вот рядом с мужчиной на снегу была внушительная алая лужа. Пациент был в сознании, но уже ослабел. А ещё он никому не давал себя трогать. Хорошо, что жена догадалась накрыть его несколькими одеялами, чтобы он не сильно переохладился.
Артём Константинович откинул одеяла и присвистнул. Я подошёл ближе и увидел, как через штанину на голени торчит острый осколок большеберцовой кости, а в середине голени словно образовалось второе колено.
— Ну что, Александр Петрович, справитесь? — спросил меня знахарь. — Или грузим?
— Без обезболивания сращивать такой перелом — чистое издевательство, — покачал я головой. — Обязательно нужен мастер души, чтобы пациент заснул и не чувствовал боли, иначе обязательно будет болевой шок, в котором гиповолемия сыграет не последнюю роль. Но я по крайней мере могу остановить кровотечение.
— Уже неплохо, — одобрительно кивнул Артём Константинович и отошёл немного в сторону, чтобы мне не мешать. — А если обколоть анестетиком, который вы нам выдали?
— Его сюда нужно слишком много и адекватно обезболить без риска навредить невозможно, — ответил я.
— Понял, кивнул знахарь. — А жаль.
Я присел возле пострадавшего, осторожно приложил руку к месту перелома, всё равно заставив его кряхтеть и зажмуриться. Продолжавший кровоточить сосуд я нашёл быстро, через минуту кровотечение прекратилось.
— Судя по объёму кровопотери, капельница здесь не помешает, — сказал я знахарю.
— Да я уже догадался, — кивнул он. — Давайте мы тогда его в машину погрузим и сделаем. Пока доедем — прокапаем.
Насколько возможно аккуратно мы водрузили пациента на носилки. Без крика к сожалению, не обошлось. Я сказал водителю пока никуда не ехать, пока мы не поставим капельницу. Артём Константинович довольно ловко спунктировал вену иглой и фиксировал её бинтовой повязкой, чтобы никуда не дёргалась. Флакон с раствором мы привязали к поручню под потолком. Теперь можно трогаться.
Надо предложить сделать на потолке специальное приспособление для подвешивания флакона. И стойка для капельницы в комплекте не помешает, чтобы не держать флакон в руках, если ставить капельницу на дому. Вот почему я об этом раньше не подумал? Потому что в прошлой жизни этим не я занимался. Стойками для капельниц надо обеспечить и манипуляционные, и палаты круглосуточного пребывания. Можно с этим вопросом обратиться к Кораблёву, да неудобно по таким пустякам, это инфузионные системы никто кроме него не захотел делать, а тут ничего особенного. Может обратиться на мануфактуру по изготовлению зонтов? Лучше с отцом посоветуюсь, наверняка у него есть какой-нибудь полезный знакомый.
Когда пострадавшего везли в ближайшую дежурную клинику, его состояние уже улучшилось. Он бы встал и ушёл, но при первом же неловком движении вскрикнул от боли.
— У вас кости голени раздроблены в лоскуты, куда вы собрались? — достаточно резко спросил Артём Константинович. — Лежите спокойно, иначе только хуже себе сделаете.
— Да я понял уже, — кряхтя от боли ответил пациент, больше он не пытался встать или повернуться на бок.
Автомобиль скорой помощи припарковался задом к специальному парапету у крыльца клиники. Каталку вместе с пациентом осторожно извлекли из машины и покатили внутрь. Я не стал выходить и сидел ждал в машине.
После вызова мы должны были вернуться на станцию, но позвонил диспетчер и сообщил, что недалеко от места, где мы находимся, пациентка с сильными болями в животе и многократным жидким стулом. Мы отправились сразу туда.
Пациенткой оказалась молодая женщина, не больше тридцати, хотя судить было сложно из-за очень болезненного вида. Лицо бледное, осунувшееся, испарина на лбу.
— Что вас беспокоит? — спросил знахарь. Я пока не вмешивался.
— Живот болит сильно и в туалет часто, — пробормотала пациентка. — А в туалет просто струёй воды.
— Тошнота, рвота была? — продолжил он сбор анамнеза.
— По началу рвало, теперь только тошнота, рвать нечем.
— А живот болит постоянно или схватками?
— Схватками, — кивнула пациентка. — периодически отпускает, потом как схватит, хоть на стену лезь.
— Температура была? — спросил знахарь.
— Тридцать семь и восемь, — не сразу ответила она, видимо вспоминала.
— Когда всё началось?
— Часов с трёх ночи. Проснулась от боли в животе, меня вырвало, стало немного легче, потом я снова заснула, а с шести утра всё хуже и хуже.
— Кожу посмотри, — тихонько сказал я знахарю. — У неё обезвоживание, капаем и я попробую разобраться с этим треклятым вирусом.
— Думаете, это инфекция? — спросил Артём Константинович.
— Уверен, — кивнул я.
— Скажите пожалуйста, — снова обратился он к ней. — А вы вчера кушали только дома?
— Да вот, бес попутал вчера купить пирожок у коробейника на улице, — вздохнула она. — Он их так вкусно нахваливал, а я как раз проголодалась, вот и купила. Пирожок так себе оказался, даже доесть не смогла.
— Теперь всё понятно, — ответил знахарь, готовя систему для вливаний. — Наверно он прошлогодний вам продал.
«Всё-таки надо сделать стойки для капельниц» — подумал я, усаживаясь на кровать рядом с пациенткой и кладя руку ей на живот. Знахарь стоял рядом и держал флакон в руках.
  
— Сделай побыстрее, — сказал я ему, капли падали слишком редко, потом он покрутил регулятор, и они забарабанили частой дробью. — Вот так оставь, нормально теперь.
Я начал как обычно со сканирования. Весь кишечник показывал сильное раздражение и выраженный воспалительный процесс. Ну это точно злой ротавирус. Не знаю, в курсе ли здесь лекари и знахари о его существовании. А может это и не он, а другая мелкая мерзость, но лечение всё равно одинаковое и я его знаю.