Правильный лекарь. Том 5 (СИ)

— Может всё-таки скажете мне, что здесь не так? — не выдержал я.
— То есть сам ты ничего не знаешь, да? — ответил он вопросом на вопрос.
— О призраке? — предположил я, так как пока других серьёзных препятствий больше не видел. Разве что предстоящий ремонт, но раз городская казна в этом будет участвовать, тогда не страшно.
— Ну вот, а притворяешься, что не в курсе, — хмыкнул дядя Витя и мы пошли на второй этаж.
  
— Если честно, я в призраков не верю, — сказал я, но на этот момент и сам уже не был уверен в своих словах.
— Можно не верить и в то, что у пламени высокая температура, но это тебя от ожога не спасёт, — сказал дядя Витя. — А призрак здесь реально существует. Как ты думаешь, почему за сорок лет это помещение так до сих пор никому не сдали или не продали?
— Почему? — спросил я. Уже как бы и догадался, но интересно было услышать, что он расскажет.
— Что почему? — немного раздражённо спросил он. — Потому что сталкивались с этим призраком и бежали отсюда, только пятки сверкали. Вот я и сказал тебе, что надеюсь, что ты на это помещение не согласишься.
— Уже согласился, — ухмыльнулся я. — О призраке Обухов мне ничего не сказал. Ждёт от меня смету и начнём делать ремонт.
— Раз уж ты на такое подписался, могу предложить только одно, — сказал он, внимательно глядя мне в глаза.
— И что же вы хотите предложить? — поинтересовался я. — Может всё не так уж безнадёжно?
— Может, — кивнул он. — Если ты сумеешь с ним договориться. Святая вода и крестное знамение здесь не помогут, сразу предупреждаю.
— Странно, — пожал я плечами. — Ведь призрак — это неупокоенная душа человека, а, следовательно, он должен бояться подобных церковных атрибутов.
— Это не неупокоенная душа, — грустно улыбнулся дядя Витя. — Это последствия неудачного магического эксперимента графа Варфоломеева. За это его и сослали в Сибирь на рудники сорок лет назад.
— Ха, а Обухов сказал, что тот разорился и уехал в своё загородное поместье.
— Это официальная версия, — буркнул дядя Витя, завершив осмотр помещений. — В целом неплохо по площади и по форме, хватит с запасом. Осталось только сделать ремонт, закупить оборудование и договориться с призраком.
— Без последнего пункта никак? — решил я уточнить.
— Никак, — кивнул дядя Витя. — Иначе он тебе тут проходу давать не будет, а тогда и ремонт делать незачем.
В подтверждение его слов в комнате, возле которой мы стояли, со стены на пол грохнулся солидный кусок штукатурки, хотя перед этим ничего беды не предвещало. Она конечно и сама могла рухнуть, всё-таки сорок лет дом стоит заброшенным, но где-то в глубине поселился червячок, который не давал покоя. Я открыл рот и хотел ещё кое-что спросить, но дядя Витя прижал палец к губам и дал знак идти на выход.
— Ну теперь ты убедился? — спросил дядя Витя, когда мы уже сидели в машине.
— Нет, если честно, — ответил я. — Штукатурка могла и сама отвалиться.
— А то, что он перед этим сказал, ты не слышал? — Панкратов подался вперёд и с удивлением посмотрел на меня.
— А он ещё что-то сказал? — настала моя пора удивляться.
— Отлично, — пробубнил дядя Витя, откинувшись на спинку сиденья. — Поехали правда где-нибудь посидим, перекусим. С утра маковой росинки во рту не было. Заодно обсудим дальнейшую стратегию и тактику.
Не так-то оно просто найти работающее кафе второго января в одиннадцатом часу утра. Нашли подходящее и работающее с десятой попытки. К нашему удивлению, мы там были далеко не одни, зал был заполнен минимум наполовину. Из присутствующих большая часть продолжала отмечать новый год. За двумя столиками сидели люди с менее жизнерадостными лицами и похоже разговаривали по делу.
Ещё от входа я присмотрел небольшой столик в углу возле окна слева, туда сразу и направился, на ходу расстёгивая пальто и снимая шляпу. Официант подошёл довольно быстро, мы заказали традиционный завтрак из меню и по лёгкому салатику.
— Так, дядь Вить, давайте ближе к делу и без всяких там недоговорок, — начал я, глядя ему в глаза. — Что это за призрак, расскажите подробнее.
— Совсем подробно не получится, я с ним лично не знаком, — усмехнулся Панкратов. — Из того, что я знаю, призрак появился в этом доме, когда граф Варфоломеев возомнил из себя призывателя и начал заниматься сомнительными экспериментами. Началось с появления у них в доме странных чужеродных животных размером не больше кошки, потом крупнее. Потом он решил призвать из другого мира разумное существо, наверно хотел, чтобы это был человек. А появилось это нечто, которое и нормальной плоти то не имеет, а характер и поведение оставляют желать лучшего. Граф пытался сначала договориться, потом неоднократно пытался вернуть обратно, но все его попытки были безуспешны и только быстрее привели к непримиримому конфликту. Этот дух настолько его достал, что тот вынужден был бросить всё и уехать, куда глаза глядят.
— Так вы же сказали, что его сослали в Сибирь, — напомнил я.
— Ну да, сослали, — махнул рукой дядя Витя. — какая теперь разница? Сам уже путаюсь, это было хрен знает когда. Главное результат. Этот призрак никому серьёзного физического вреда ни разу не нанёс, если не считать лёгкие ушибы и ссадины от внезапно упавших на них предметов, больше морально давит на тех, кто ему не нравится. И пока не нашёлся тот, кто ему понравится, он так и будет хулиганить и разгонять всех посетителей.
— Вы хотите сказать, что мне надо познакомиться с ним и постараться понравиться?
— Именно так, — кивнул дядя Витя и пододвинул к себе поближе горшочек с пшенной кашей из печи, который только что принёс официант.
Я тоже приступил к принесённому завтраку и начал с каши, а салатик так же, как дядя Витя, решил оставить на потом. Интересная у меня теперь задача, никогда бы не подумал, что буду планировать беседу с призраком, да ещё и из другого мира. Для начала надо узнать, что он хочет. Вполне возможно с ним договориться о взаимовыгодном сотрудничестве. Или как-то уговорить вернуться к себе на родину, что маловероятно без участия сильного медиума. Нет, это тоже не подходит. Если бы медиумы могли справиться с этой задачей, то давно бы уже это сделали.
— И всё-таки, дядь Вить, — решил я возобновить разговор, отодвигая от себя пустой горшочек. — Вы неоднократно упоминали, что призрак какой-то чудной, в чём это проявляется?
— Ну то, что он капризный и неуравновешенный, я уже сказал, — ответил дядя Витя, задумчиво жуя салат и глядя в окно на редких прохожих. — Какие-то слова употребляет странные, песни поёт непотребные. Шантрапа из подворотни короче. Вроде в основном говорит на нашем языке, как на родном, но вплетает неизвестные нам понятия.
— Пример можете привести? — не отставал я.
— Ну, не знаю даже, — дядя Витя пожал плечами, пытаясь воспроизвести в памяти хоть одну фразу. — ну вот, например, лозунг его любимый, на каждый непонятный случай, особенно, когда начинает беситься. «Слава КПСС» он орёт, что это такое, никто не знает.
Видели бы вы лицо Виктора Сергеевича, когда я начал ржать в закат, да настолько увлёкся процессом, что с трудом вспомнил, как дышать.
— Ты чего ржёшь то так? — спросил дядя Витя с крайним изумлением на лице. — Ты знаешь, о чём речь?
Я помотал головой из стороны в сторону, продолжая нервно хихикать, ещё не хватало сейчас рассказать, что такое коммунистическая партия. Виктор Сергеевич ещё с минуту пялился на меня, не понимая смысла моей загадочной улыбки, потом уткнулся в салат и продолжил завтрак.
Получается призрак в доме графа появился сорок лет назад, то есть в середине восьмидесятых. Молодёжь к тому моменту уже потихоньку начинала проникаться неприязнью к правящей партии, значит этому товарищу на момент переноса его души в этот мир было не меньше тридцати, а скорее всего больше, раз он славит коммунистов до сих пор. Я эту пору не очень хорошо помню, в начальных классах учился, но разговор поддержать по идее смогу.