Кома. Выжившие (СИ)
Мама и Георгич стали распределять людей, кто на самый нижний уровень, там, где заморозка. Кто на средний, где были консервы, мука, соль, сахар. Одни грузят на лифты внизу, вторые принимают груз наверху. Начали работать. С самого низа поднимали говяжьи туши, свиные, бараньи. Замороженное мясо птицы в больших плоских ящиках. Там были как целые куры, гуси, даже индюки, так и уже их разделанные части. Прямоугольные коробки с рыбой и морепродуктами — горбуша, кета, форель, нерка, камбала, сельдь, окунь-терпуг, скумбрия, кальмары. Всё грузили оперативно. Народ работал быстро и слажено. Рефрижератор забили под завязку. Отлично. Народа у нас прибавилось, так что продукты будут уходить только в путь, так как кормить людей нужно хорошо. Мне голодные доходяги не нужны. Со среднего уровня поднимали мешки с мукой — высшего, первого и второго сортов. Догрузили ими почти полный вагон с зерном. Потом стали грузить второй, пустой. Складировали туда муку, а также соль, сахар как песком, так и кусковой в мешках. Поднимали коробки с тушёнкой, кашами с мясом. Консервированные мясо птицы в собственном соку, паштеты, рыбные консервы с горбушей, сайрой, кетой, сельдью, шпротами. Консервированные овощи и фрукты. Забили вагон так же полностью, под завязку.
— Всё, закончили! — Скомандовал я. — Сворачиваемся.
Ко мне подошёл один из людей Василия.
— Глеб, там на нижнем уровне медикоменты найдены. Брать будем?
— Какие?
— Понятия не имею. Я не спец. Сам решай.
Всё верно, я же главный! Позвал Ольгу и Ленку. Они у нас главные по этой части, медики.
Лёля как всегда экипирована. Лена нет. Всё в своих джинсах и футболке. Девчонки спустились вниз. Стали отбирать то, что могли взять с собой. Набралось прилично. Всё подняли наверх и загрузили в медицинский вагон. Наконец двинулись дальше.
— Дядь Костя, перед грязной зоной тормознёшь. Люди должны перейти в броневагоны. Все перейти. Понимаешь?
— Марк, я всё понимаю. Я знаю. До грязной зоны хода двадцать минут.
— Понял. — Оглядел тех, кто был в вагоне и стоявших возле окон в коридоре. — Внимание! Сейчас все переходят в броневагон. Все! Начали.
Потом объявил по внутреннему рупору, чтобы личный и гражданский состав сконцентрировался в броневагонах. Перед Павловском и грязной зоной, Георгич остановил эшелон. Пробежался по вагонам. Весь личный состав укрылся. Связался с Георгичем.
— Георгич. Ты всё запенил? Скотина у нас не сдохнет?
— Всё запенил. Надо закрыть вентиляцию. Обещаю, зону проскочим быстро. Маршрут известен. Потом закрыли люки вентиляции. Скот должен был выдержать. Поступления воздуха им не было. Двинулись Я очень переживал. Даже не за людей, так как народ, пусть не всех, но наделили противогазами и костюмами ОЗК, которыми мы запаслись заранее. Вопрос, как перенесут этот экстрим животные???? Был как на иголках. Эшелон катил равномерно, через смертельную зону. Нет, я не боялся нападения. Нападать здесь, это сродни самоубийству. Вот промелькнул фасад вокзала Павловска. Эшелон, не останавливаясь, ушёл дальше. Только колеса постукивали по стыкам рельс. Мы сидели в броневагоне. Нормально сидели. Наконец, услышал в гарнитуре голос Георгича.
— Марк! Зона пройдена. Всё. Командуй!
Состав замедлил ход, наконец, остановился, лязгнув сцепками вагонов. Я и Стас выскочили. Пробежались вдоль состава к вагонам со скотом. Стали открывать вентиляционные окна. Заглянули, вроде вся живность живая. Ну и слава богу. Холодный моросящий дождь усилился. Это хорошо. Дрянь всякую смоет с вагонов, если она успела осесть. Заскочили в броневагон. По внутренней громкой связи дал команду:
— Боевые расчёты занять свои места. За исключением миномёта и гаубицы с зенитным орудием. Остальным быть готовыми. Женщины и дети остаются в броневагонах до особого распоряжения.
— Марк, а что случилось? — Спросил Стас.
— Дойдём сейчас до Усть Сибирского. Там остановимся. Штурмовая группа пойдёт на Белогорье. Отцепит пару вагонов для перевозки скота. Василия скот то прибавился. Вести его в простых вагонах, как сейчас везём не вариант. Потеряем. Ехать то долго.
Связался с Георгичем.
— Георгич давай до Усть Сибирского, там тормознёшь после отворота на Белогорье. Два вагона для скота вытаскивать будем.
— Понял.
Ни АК-12, ни АК-15 там не пойдёт. Надо что-то покрупнее. АШ-12 и карабин. Вот только штурмовой автомат был у меня в УАЗе.
До Усть Сибирского докатились быстро. Путь проверенный и свободный. Потом миновали сам город и станцию. Проехали ответвление на Белогорье и сразу же остановились.
— Марк. — По внутренней связи со мной связался Георгич. — Дальше что? Нужен маневренный тепловоз. Заскочить в Белогорье, подцепить пару вагонов и откатиться сюда. В Усть Сибирском на путях я видел такой тепловоз.
— Это надо возвращаться.
— Не вариант, двигать назад весь эшелон. Значит так, «Бардак» соскакивает с платформы. Грузимся и я тебя отвожу до тепловоза. Как только ты подъедешь сюда, к тебе сядет штурмовая группа из людей Василия и мы пойдём на Белогорье. Цепляем там вагоны, подгоняем их сюда, цепляем их уже к эшелону и уходим. Скот перегоним в них позже, в более безопасном месте.
— Понял.
— Илья, Коля на выход. С собой АК-15 и карабины. Илья заводи «Бардак», возвращаемся в Усть Сибирский за тепловозом.
— Марк, я с тобой. — Категорично заявила Ольга.
— Ты останешься здесь и это не обсуждается. Мы и так вчетвером пойдём. Снайпер там без надобности. Оля не спорь с мужем! Пожалуйста. Мы быстро. Туда и обратно. Давай, малыш. — Прижал к себе и поцеловал в макушку.
— Хорошо. Но будь всегда на связи.
— Спасибо. На связи это обязательно.
Опустили пандус с платформы, на которой стоял БРДМ. Он уже был заведён. Илья съехал на землю. Потом уступил водительское место подошедшему Георгичу. Сам перебрался в люльку управления башенными пулемётами. Я, пока спускали боевую машину с платформы, успел залезть в УАЗ и вытащил оттуда АШ-12 с боекомплектом — четыре магазина. Они были у меня уже снаряжены. Сел на кресло рядом с водителем. Николай на десантное место.
Выдвинулись назад к станции Усть Сибирское. Тепловоз стоял на втором пути от станции. Нужно было его перегонять на ближайший к нам, а потом уже идти до стрелки на Белогорье.
— Илья, садись в люльку. Мы пошли. Как Георгич заведёт тепловоз, пулемётами сопровождаешь нас до того, пока мы не перейдём на ближайший к нам путь. Потом прыгаешь за руль и уходишь к эшелону. Там в темпе ставите «Бардак» на платформу. Понятно?
— Понятно.
— Так, Коля, выходим первыми. Пошли! — Выскочил через десантный люк. Приклад штурмового автомата упёрся в плечо. Отбежал от боевой машины. Огляделся. Вроде всё тихо, как на кладбище… Вот именно, чуть зевнёшь и на кладбище. За мной выскочил Николай. У него АК-15. Он подбежал к тепловозу. Залез на него. — Георгич, пошёл! — Скомандовал в гарнитуру. Мужик шустро проскочил к тепловозу, тоже залез.
— Георгич, что там? — Спросил у него, спустя пару минут.
— Всё нормально, сейчас поедем. — Тепловоз зарычал двигателем. Выпустил в воздух клуб черного дизельного дыма. Я подбежал и залез тоже на тепловоз. Встал рядом с кабиной. Георгич стал сдавать назад, на начало пути, где шло разветвление и была стрелка. Илья, судя по всеми перелез на водительское кресло и «Бардак» двинулся за нами. Дошли до стрелки. Всё было тихо. Я соскочил на землю. Вручную перевёл стрелку на первый путь. Вновь залез на тепловоз. Илья сидел в БРДМ в люльке и крутил рукоятками наводки.
— Марк, на двенадцать часов! — Услышал в гарнитуре крик Ильи. Пулемёты были уже наведены в том направлении. Гулко ударил КПВТ короткой очередью. От грузового вагона, стоявшего на третьих от нас путях, пролетели щепки. Я уже видел, как минимум трёх диких. Двигались к нам быстро. Мать вашу! Илья продолжал короткими очередями бить по ним. Они хорошо маневрировали, прыгая из стороны в сторону. Увидел четвёртого, бежавшего по крышам вагонов. Дал по нему короткую очередь. Зацепил, так как тварь унесло с вагона.