Кома. Выжившие (СИ)
Ольга подошла и подняла кобуру с пистолетом, оставленную лысым качком. Так же взяла рядом лежащий автомат АК-74.
В этот момент я услышал детский плач. Ольга хотела что-то сказать. Но я поднял руку.
— Тихо! Слышишь?
— Что? — спросила она.
— Ребёнок плачет.
Мы все четверо прислушались. Теперь услышали плач более отчётливо.
— Там. — Показала Ольга на японский грузовик с будкой. Я подошёл, открыл двери будки. Вот чёрт! Там находились люди. Мужчина в годах, в грязной майке и джинсах. Сильно побитый. Всё лицо было в крови. Рядом с ним сидела молодая женщина с грудным ребёнком. Это он плакал. Причём женщина была толи таджичкой, толи узбечкой. Она смотрела на нас со страхом, прижимая ребёнка к себе. И там ещё был пацан, лет 10.
— Вы кто такие? — на автомате спросил их.
— Это их людоловы поймали. — Услышал я голос Ольги. Оглянулся. Она стояла чуть позади меня. Вновь посмотрел на пленников. — Выходите. Не бойтесь. Мы не причиним вам вреда.
Мужик посмотрел на молодую женщину.
— Пойдём дочка. Хуже уже не будет. И это другие люди, не те, что нас сюда запихали.
Мы помогли им выбраться из будки. Пацан смотрел на нас волчонком.
— Здорово боец! Ты чего так на меня смотришь, как на врага народа?
Мальчишка ничего не ответил, только набычился. Молодец! Упрямый малый!
— Хочешь на настоящей боевой машине прокатиться? — Он взглянул на меня удивлённо. Я улыбнулся. — Я даже дам тебе посидеть на боевом месте, за настоящими пулемётами. Ну так как?
— А ствол дашь? — Спросил пацан. Я засмеялся.
— А ты молодец! Куёшь железо, не отходя от кассы! Хорошо, дам. Но не сразу. Сначала научишься обращаться с ним. Оружие ведь не игрушка. Согласен?
— Согласен!
Я подставил ему свою ладонь, он ударил по ней своей ладошкой.
— А где боевая машина?
— А вон она, смотри. — Мы отошли от грузовика. Пацан восторженно смотрел на БРДМ.
— Ух ты! Это БТР?
— Почти. Только маленький. Четыре колеса всего, а не восемь. Но вооружение такое же, как и у БТР. Всё тоже самое. Илья покажи парню машину.
Илья кивнул мальчишке.
— Пошли.
Я посмотрел на мужчину и молодую мамочку.
— Вас как зовут?
— Константин Георгиевич.
— А Ваше имя, уважаемая? — спросил я женщину. Она смотрела со страхом на меня.
— Гулия. Пожалуйста, пощадите меня и моего ребёнка. Я всё сделаю, что вы хотите.
Она говорила с небольшим акцентом, но довольно хорошо по-русски.
— Успокойтесь. Никто вам Гуля, не сделает ничего плохого. Поверьте. Я старший лейтенант МВД. Илья, мой напарник, боец Росгвардии. Мы не бандиты. Гулия, у Вас остались кто-либо из родственников?
— Нет. Все умерли. Остались только мы с дочкой.
— Понятно. Знаете что, поедем ка все к нам. Там безопасно будет и Вам и Вашему ребёнку. Не бойтесь. — Посмотрел на мужчину. — Константин Георгиевич, а у Вас кто-то из близких есть?
— Нет. Моя семья тоже все умерли. Я их всех похоронил.
— То есть вам идти некуда.
— Да.
— Тогда может вы тоже с нами?
— Это куда к вам?
— За город? У нас там своего рода база.
— И много вас?
— Интересные Вы, Константин Георгиевич, вопросы задаёте. Но скрывать от вас не буду, нас всего трое. Я, Илья, мой напарник и моя мама. Вот и всё.
Мужчина улыбнулся.
— И вы вдвоём не побоялись против банды?
— Нет. А чего бояться? У нас бронемашина и вооружение помощнее. Плюс и я, и Илья всё же обучены обращаться с оружием. Оба уже побывали в переделках. Так что укатали бы синих в ноль.
— Синих?
— Ну да. Уголовники. Их вождь — вор в законе Гриша Кольцо. Знаю его по своей работе в оперативно-розыскном бюро. Наш клиент был.
— Понятно. Хорошо. Давайте поедем к вам.
Я посмотрел на Ольгу, стоявшую рядом с нами и всё это время слушавшую нас.
— Оля, а может и ты с Анной к нам поедешь?
— Зачем?
— Ну, скажем так, в гости. Понравиться, останетесь. А нет, так уйдёте.
К нам подошёл Илья.
— Аня и правда, поедемте. Вероника Антоновна такой вкусный хлеб печёт, просто язык проглотишь!
— Вероника Антоновна? — Анна удивлённо смотрела на Илью.
— Да, мама Марка.
— Вероника Антоновна, твоя мать? — Ольга смотрела на меня.
— Ну да.
— А ты значит Марк, её сын?
— Всё верно. Мы разве знакомы?
— С тобой нет, а с твоей матерью да. Хорошо, поехали.
— Ну и отлично! Значит так, возьмёте «Гелик» бандосов. Он им явно уже не нужен. Садитесь в него и пойдёте за нами. Водить кто-нибудь умеет?
— Я могу. — проговорил Константин Георгиевич.
— Я тоже могу. У меня права есть. — Вставила свои пять копеек Ольга. — Тем более Вам, мужчина, помощь нужна. У Вас всё лицо в крови.
— Кровь уже не идёт. Но Вы, барышня, правы. Садитесь за руль.
Оружие бандитов я собрал. Ничего, пригодиться. Ольга мне автомат и пистолет не отдала. Ну и бог с ним. Двинулись колонной. Я на БРДМ шёл первый. Со мной в машине ехал мальчишка. Его звали Андрейка. За нами на «Гелике» ехали жертвы бандитского беспредела. Последним замыкал колонну на «Тигре» Илья. Стремительно опускались сумерки.
Когда подъехали к воротам клиники, было темно. Ворота отъехали в сторону, открывая въезд на территорию нашей базы. На крыльце клиники стояла мама с карабином в руках.
Остановившись и заглушив двигатель вылез из БРДМ.
— Принимай мама! У нас мощное пополнение!
Вслед за мной из бронемашины вылез Андрейка. Мама улыбнулась и покачала головой.
— Да, сын. Нашёл всё же людей! И кто это у нас такой маленький и чумазый?
— Я не маленький! Я уже большой! — Возмутился шкет.
— Конечно большой. Извини, ошиблась. — Мама продолжала улыбаться. — так как зовут такого большого и взрослого мужчину?
— Андреем!
— Очень хорошо, Андрей. А меня зовут Вероника Антоновна. Я тут за старшую по хозяйству.
— А разве не он главный? — Андрейка показал на меня.
— Марк главный в войнушку поиграть. А во всём остальном я главная.
— Вероника Антоновна! — Позвала мою мать старшая из сестёр, выйдя из Гелендвагена. Мама внимательно посмотрела на девушку.
— Оленька? Боже мой. Ты жива. Слава тебе господи. А Анечка?
— Она тоже здесь.
— Здравствуйте Вероника Антоновна.
— Здравствуй Анечка. — Мама подошла к девушками, обняла их обеих. — А родители? — спросила она.
— Папа умер ещё в самом начале. А маму… — Ольга судорожно вздохнула. — Маму, месяц назад собаки загрызли. Мы похоронили то, что от неё осталось.
— Господи. Царство им обоих небесное.
Я с интересном наблюдал за этой сценой.
— Мам, ты знакома с этими мадемуазелями?
— Знакома и достаточно хорошо. Их отец работал у меня в фирме главным бухгалтером, или как это модно было говорить, финансовым директором.
Потом мама увидела Гулию с ребёнком на руках.
— Боже мой малышка! Совсем маленькая. Давайте-ка в дом заходите.
И наконец она увидела мужчину.
— Здравствуйте. Меня зовут Константин Георгиевич.
— Очень приятно. Я Вероника Антоновна. Что у Вас с лицом?
— Бандиты местные отрифтовали. Сволочи. Но спасибо Вашим молодым людям, отбили они нас у них.
— Бандиты? Этого ещё не хватало.
— Да, мама. Самая натуральная банда и судя по всему, не маленькая. Так что вопросы вооружения, самые сейчас приоритетные. Вооружения и связь. Об этом я позабочусь.
— Так, внимание! — Мама посмотрела на всех нас. — Титан нагретый, но народа у нас много, поэтому мыться будем в три, четыре захода. Первыми моём малышку и мама помоется. Я вымыть ребёнка помогу, Гуля. Вторым идёт Андрей. После него Ольга с Анной, идёте сразу вдвоём. Ну а после уже остальные мужчины. Греть придётся тоже в два-три захода. Ужин я приготовила. Но не рассчитывала на столько едоков. Приготовила гречневую кашу с тушёнкой. Но мы сейчас ещё сделаем. Девочка, мойте руки и за готовку ужина. Так всё поехали, дорогие мои. — мама хлопнула в ладоши. Народ засуетился. Пока мама помогала мыть ребёнка Гулии, а Ольга с Анной готовили дополнительную пищу к ужину, мы с Ильёй и Константином Георгиевичем перетаскали всё привезённое в корпус клиники. Два «Утёса» утащили на второй этаж. Решил заменить ими «печенег» и ПКМ. Всё же калибр имеет значение! Установили оба «Утёса» на втором этаже на станки. Пока занимались пулемётами и вообще всем что намародёрили, все успели помыться и поужинать. Мама определила всех по палатам, выдала постельное бельё. К тому моменту, как я, Илья и Константин Георгиевич помылись в душе, заодно мужчине мама обработала кровоподтёки и синяки, все нами привезённые уже уснули. Вскоре легли спать и Илья с Константином. Мы присели с мамой на крыльце.