Апрель в Лондоне
— Нет ничего более постоянного, чем временное, — ввернула Эйприл.
— О да, и я постараюсь это обеспечить! — Он посерьезнел. — На подготовку уйдет еще некоторое время. Все должно быть безупречно…
— О чем это вы?
— Скоро узнаете. И, мисс, мне снова потребуется ваша помощь. Вы, в конце концов, одно из главных действующих лиц в этой истории!
— Не вопрос, сэр, — пожала плечами Эйприл, — сделаю все, что в моих силах… за дополнительную плату, разумеется.
— Меркантильность — бич нашего времени, — печально произнес Люциус и тяжело поднялся. Его качнуло, но равновесие он удержал. — Спокойной ночи, мисс. Я намерен пить, пока не отключусь, а до этого еще далеко… Словом, постарайтесь не шуметь с утра.
— Хорошо, мы будем тише мыши, — усмехнулась она. — Вас, может, проводить?
— Нет уж, спасибо. У порога нет Фенелли, а кто знает, что взбредет вам в голову?
— Сэр, я предпочитаю трезвых мужчин, — ответила Эйприл и удалилась, успев еще расслышать, как изобретательно ругается Люциус, наткнувшись на какой-то предмет обстановки и что-то с грохотом уронив. — Значит, вышел на тропу войны? Как бы тебя самого вместо топора не закопали…
* * *Утром Эйприл разбудила Драко пораньше и после завтрака увела его в классную комнату, подальше от апартаментов хозяина. Тот как-то обмолвился, что существуют антипохмельные зелья, но девушка на собственном опыте знала, что помогают такие средства мало, и настроение у хозяина вряд ли будет радужным.
— У твоего папы болит голова, он очень просил не шуметь, — ответила она на невысказанный вопрос Драко. — Так что сейчас позанимаемся, а потом пойдем наружу, там снегу нападало, можно в снежки играть! Только подальше в парке и без визга, договорились?
— Конечно! — с энтузиазмом согласился он и ретиво взялся за выданное Эйприл задание, но скоро оторвался от тетради и спросил:
— Эйп, а ты скучаешь по ферме?
— Конечно, — ответила она. — А почему ты спрашиваешь?
— Ну так… Жалко, что нельзя туда сходить…
— Драко, перестань намекать, — сказала Эйприл. — Нам с тобой за пределы поместья и носа высунуть нельзя, не то что… Погоди, вот разберется твой отец с делами, даст мне заслуженный выходной, я и поеду домой!
— А я?!
— Если захочешь и папа позволит, и тебя с собой возьму.
— Захочу, — твердо произнес Драко. — Жалко, ты даже написать им не можешь…
— Я сказала, прекрати эти намеки, — велела девушка. — Говори прямо, что там у тебя за идеи?
— Папа сказал, что у волшебников почту носят совы, а у Огаста есть почтовые голуби… — выдал тот и таинственно умолк.
— Мило, — оценила Эйприл. — Только, Драко, это не сработает. Чтобы голубь летел, куда нужно, его надо обучать. То есть если взять одного с голубятни и выпустить его отсюда, он, скорее всего, вернется домой, но обратно к нам уже не полетит.
— А если его заколдовать?
— А ты умеешь?
— Нет… А Молли наверняка может!
— Может, проще тогда попросить Молли подбросить записочку? — спросила Эйприл, посмеиваясь, и Драко обиделся. — Не дуйся. Сейчас придумаем что-нибудь… Молли!
Домовуха явилась мгновенно.
— Чего изволите?
— Ты знаешь ферму неподалеку, что принадлежит семье Логг?
— Молли знает, — подумав, кивнула та.
— Там есть голубятня. Ты можешь принести сюда белого голубя?
— Молли может, — уверенно ответила домовуха.
— Тогда принеси его для Драко. Но, Молли, пожалуйста, только одного!!! Любого белого голубя!
Та кивнула и исчезла, а Драко уставился на Эйприл.
— Ты же сказала, что он обратно не полетит! Только домой!
— А нам обратно и не надо, мы же не собираемся завязывать переписку по голубиной почте… Напишем, что у нас все хорошо, и хватит. Понимаешь, если голубь один раз прилетит из поместья на ферму, это вряд ли заметят, мало ли тут птиц! Но если он будет летать туда-сюда постоянно, нас живо накроют!
— А что же ты просто не велела Молли оставить там записку? — поинтересовался Драко. — Сама же предложила!
— Но это ведь не так интересно, — серьезно ответила девушка. — Ты вот что, напиши что-нибудь, все будут рады. И я пока тоже накарябаю пару слов…
Когда спустя полчаса Люциус, придерживая раскалывающийся висок, вошел в классную комнату, глазам его предстало презабавное зрелище. Драко, напряженно сопя от усердия, выводил большими буквами: «тетя сара дядя стэн мэй джун джон джулия огаст все хорошо папа и эйп хорошие зопеску надо зжеч!», а на столе перед ним вертелся и ворковал белый мохноногий голубь, на левой лапке которого уже красовалась крохотная записочка, а хвост был перемазан чернилами.
— Это что? — негромко спросил он, потому что от громких звуков хотелось умереть на месте.
Драко выронил перо, подскочил и открыл было рот, но Эйприл шикнула на него, и он сел на место. Люциус вымученно улыбнулся сыну.
— Это почтовый голубь, сэр, — ответила ему девушка пианиссимо. — С голубятни моего брата. Драко очень хочет сообщить моим, что у нас всё в порядке, и изобрел такой вот экзотический способ. Я решила, что одного голубя вряд ли обратят внимание, даже если кто-то следит за поместьем круглосуточно.
— А как вы его раздобыли?
— Молли принесла.
— А не проще было велеть ей…
— Неинтересно! — хором ответили Эйприл и Драко, и Люциус капитулировал.
— Развлекайтесь, — сказал он коротко и вышел.
Драко проводил отца взглядом.
— Он рассердился, да?
— Нет, просто у него очень болит голова, — повторила Эйприл. — Пиши, я сейчас вернусь…
Она догнала Люциуса на лестнице.
— Сэр, постойте… Ну погодите вы…
— Что еще?
— Голубь никуда не понесет эти записки, — негромко произнесла девушка.
— В каком смысле?
— Ну, то есть, Драко его выпустит, помашет вслед… и все. Молли перехватит птицу. Рисковать я не желаю… Почтовых голубей в округе больше ни у кого нет, это раз, кто заметит — и все, — серьезно сказала Эйприл. — Два — Огаст живо сообразит, куда мог летать его голубок, они же наперечет, а скорость их полета он примерно представляет. А так… Конечно, он огорчится, когда эта птица не вернется, но такое уже бывало, и это лучше, чем ставить под удар ваши планы. Куплю ему потом парочку породистых…
Тот подумал и кивнул.
— Да. Это наилучший выход. Я бы не придумал лучше. Спасибо, мисс…
— Куда вам придумывать, с больной-то головой, — участливо сказала она. — Вы бы отлежались, а то вид у вас — краше в гроб кладут!
— Не могу, дел полно, — отмахнулся он. — И, кстати, я скоро вернусь к вам, только зелье выпью. Зря я вчера так набрался…
— Папаша мой, бывалоча, так же говорил, — буркнула Эйприл, — а потом продолжал, чтоб, значит, полегчало. А раз начал, то уже не остановится…
— Мисс, вы забываетесь, — высокомерно произнес Люциус. — Идите к Драко, я подойду через пару минут. И не выпускайте голубя без меня!
Девушка посмотреля ему вслед и тяжело вздохнула. Да, с этой семейкой не соскучишься!
Драко от идеи отпустить голубя вместе с отцом пришел в бурный восторг, и даже на отказ Люциуса наколдовать что-нибудь, чтобы голубь вернулся, ничуть не обиделся.
— Я говорил о деле, — произнес мужчина, когда мальчик немного поутих. — Мне нужна кровь Драко. Это… у вас это называется анализом по… не помню, но так устанавливают отцовство, если не ошибаюсь.
— Я поняла, о чем вы, — кивнула Эйприл. — Только зачем? Разве вы не можете просто признать его сыном… и все?
— В том-то и дело, что нет, мисс, — поморщился он. — Бюрократия — везде бюрократия, будь она неладна! Сперва одно, потом другое… но я намерен пройти все эти круги ада, чтобы ни одна сволочь не смогла опротестовать решение суда!
— Какое решение? — окончательно запуталась она.
— О том, что Драко — мой законнорожденный сын, — терпеливо пояснил Люциус. — Видите ли, магия моего поместья могла признать и бастарда, а я не хочу подобных сплетен. У меня сохранилась прядь волос Нарциссы и еще кое-что, этого будет достаточно… Но кровь Драко нужна все равно. Буквально несколько капель.