Основы флирта с обнаженным оборотнем (ЛП)

Сегодня я надела один из самых любимых комплектов белья: из лавандового шелка с кружевными вставками в форме тюльпанов. Верх состоял из двух конических чашечек, державшихся вместе на веревочках и молитвах. Прежде я этот комплект мужчинам не демонстрировала. Связанных с ним воспоминаний не было, что оказалось очень хорошо, поскольку Куперу хватило примерно пяти секунд, чтобы разорвать его в лоскутки.
Пока обрывки моих трусиков опускались на пол, язык Купера начал игру с моим телом. Оборотень покусывал, целовал, дразнил, заставляя мои бедра подниматься вверх, стремясь вновь скорее соприкоснуться с его ртом. Я выкрикнула его имя, когда он, самым кончиком языка лаская средоточие моей чувственности, довел меня до сокрушительного оргазма. Возможно, следовало бы постесняться того, что завелась с пол-оборота, но я сейчас просто не том в состоянии, чтобы смущаться. Единственная мысль, на которую мозг оказался способен — это «КРУТО!»
Купер засмеялся мне в живот, игриво зарычал, перевернул и прижал к ковру, целуя и покусывая изгиб моей спины. Меня вдруг захлестнула паника: я собираюсь заняться сексом с оборотнем. У меня никогда прежде не было секса со сверхъестественным существом — что, если он потеряет контроль над собой, ранит меня? Что, если он может все только в одной, самой известной для волков, позе?
Я решительно настроилась не попасть в статистику пострадавших от неудачного секса, как в фильмах ужасов, так что перекатилась, зацепила ступней Купера за икру и придавила его к полу. Купер улыбнулся как-то сумасбродно, притянул меня ближе и впился поцелуем в рот. Его тело прижималось к моему, и твердый член скользил по моей теплой вспотевшей коже. Я спохватилась: презервативы!
Нам их много понадобится, чрезвычайно много. Я добралась до своей сумочки, которую Купер бросил по дороге, и стала искать «набор для непредвиденных обстоятельств»: тампоны, запасные линзы и длинная ленточка презервативов. Я с восторженным воплем вытащила их из косметички и с кучей средств защиты поползла обратно к Куперу. Увидев количество кондомов, он в удивлении распахнул глаза.
— Что? — спросила я, надеясь, что он не станет возражать против безопасного секса.
— Даже не знаю, то ли бояться, то ли очень, очень радоваться.
Я ухмыльнулась и открыла первый маленький конвертик из многих.
— Давай все же радоваться. — Толкнула Купера на ковер, села сверху и зашептала ему в губы, надевая презерватив, — очень, очень радоваться.
Без дальнейших прелюдий я оседлала бедра Купера и обхватила пальцами его горячий гладкий ствол, направила его в свое тело и ликующе застонала. Легкий дискомфорт от первого проникновения, необходимости приспособиться к размеру уступил место куда более приятным ощущениям. Я замерла и закрыла глаза, чтобы насладиться этим волнующим, захватывающим чувством, а когда открыла их, увидела, что Купер внимательно смотрит на меня, оставаясь абсолютно неподвижным.
Я зарычала. Низкий, агрессивный звук, вырвавшийся у меня из груди, удивил даже меня саму. Глаза Купера распахнулись, когда он одновременно ощутил резкое движение моих бедер. Я тихо засмеялась.
— Ты по-крупному влип!
Купер, казалось, одновременно и очарован, и несколько напуган. Я снова прижалась к нему бедрами и изогнулась так, что спина образовала дугу. Поскольку основной вес приходился на колени, я брала от ситуации все возможное, продолжая медленно двигаться. Купер полностью утратил контроль над собой, мы двигались в унисон, и с его губ срывались резкие, молящие стоны.
Внезапно Купер сел, одной рукой осторожно поддерживая меня, пока я стояла на коленях, другой рукой взял мою ладонь и переплел наши пальцы. Он страстно целовал меня, на каждый выпад бедер отвечая движением языка. Я держалась за свои икры и задыхалась от ощущения его ладоней на моих обнаженных ягодицах. Он выгнулся, и я опустилась на пол, откинула голову назад и протяжно застонала, потому что Купер достал ту точку, которую мне редко удавалось находить.
Я больше не сдерживалась, каждая клеточка моего тела стала горячей пульсирующей звездой. Купер обхватил руками мои бедра, помогая двигаться с ним в одном ритме, и моя плоть конвульсивно сжималась вокруг его.
 
Он перекатился, уложил меня на бок поближе к огню и вышел из меня. Я слабо протестующе застонала, но тут он крепко прижал меня спиной к своей груди и скользнул в меня. И снова выскользнул, чтобы вновь войти, резко толкнувшись бедрами. Он дразнил чувствительное, тугое средоточие моей женственности, повторяя свои движения снова и снова. Мне нравилось, как он одной рукой прижимает мои бедра к своим. Второй рукой, нежно придерживая мою шею, Купер притягивал мое лицо ближе к своему. Ритм движений возрос, стал лихорадочным, Купер обхватил меня за талию и сильно обнял. Издав громкий горловой стон, он легонько куснул меня в изгиб шеи и кончил.
Оборотень затих, уткнувшись лицом в мое плечо и восстанавливая дыхание. Я закрыла глаза: от тепла камина и дыхания Купера состояние стало мечтательно-сонным. Он отстранился, дотянулся до одеяла, укрыл им нас, положил подбородок мне на плечо и носом потерся о мою шею. Наше дыхание замедлилось, мне показалось, Купер уже заснул, но он вдруг спросил:
— Слушай, а как у тебя это получается? Сохранять равновесие, так изгибаться…
Он сел, я засмеялась и повернулась.
— Единственное, что я усвоила из моего воспитания — это йога. Я научилась делать приветствие солнцу раньше, чем ходить. Теперь я занимаюсь по часу при любом удобном случае, чаще всего, когда жду, пока что-то приготовится в духовке. Так что у меня превосходное чувство равновесия.
Я прикусила его губу.
Он потряс головой, словно стряхивая с себя что-то.
— Все, что ты сказала после «йоги», я прослушал. Ты умеешь закидывать ногу себе за голову?
— Да, умею. А если ты будешь хорошим мальчиком, я закину ногу тебе за голову.
Купер провел рукой по губам.
— По-моему, у меня слюни потекли.
Маленький лоскуток легкой фиолетовой ткани прицепился к руке Купера, и моему переполненному гормонами мозгу потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что я вижу остатки своих трусиков. Я села и огляделась: по всей комнате валялись клочки фиолетового шелка, будто пастельное конфетти. Очень дорогое конфетти.
— Ты порвал мое бельё.
— Ну, знаешь, оно мне мешало, — как будто это могло служить оправданием для уничтожения комплекта от «Ла Перла».
— Ты только что порвал белье за четыреста долларов, — уточнила я.
Купер побледнел.
— Ты выложила за белье четыреста долларов?
— Да.
Купер задумчиво покусал губу.
— Я бы назвал это глупостью, но, честное слово, оно стоит каждого потраченного пенни. — Он ухмыльнулся, эээ… по-волчьи. — Тебе стоит начать записывать все на мой счет.
— О, нет, — отозвалась я, толкая его в грудь. — Ты будешь относиться к моему белью с должным почтением. В следующий раз ты остановишься и оценишь… черт, да ты восхитишься, как чудесно смотрится моя попа в шелке.
— Говоришь, в следующий раз?
— О, заткнись, ты же сам знаешь, что этот раз не последний, — пробормотала я. Тут мой взгляд упал на его бедра, и мои глаза распахнулись в удивлении. — Хм, несколько быстрее, чем я ожидала.
Купер перекатился, пригвоздив меня к полу.
— Я быстро восстанавливаюсь. Понимаешь, дополнительный бонус.
Я вздохнула, а он начал медленно скользить внутри меня.
Оборотни такие озабоченные кобели.
Утром, проснувшись в своей кровати, я поняла, что Купер обнимает меня руками и ногами, и мне очень тепло, хотя все одеяла валяется на полу. Я потянулась и обрадовалась, почувствовав приятное напряжение и легкую боль в мышцах. Они словно бы кричали: «У нас был секс! Много-много здорового секса!»
Купер засопел во сне и обнял меня крепче, когда почувствовал, что я пошевелилась. Я фыркнула и глубоко вдохнула аромат его кожи. Купер прижал меня спиной к своей груди и положил подбородок мне на плечо. Вскоре такой вид объятий станет моим любимым.