Вестник на Кавказе (СИ)

— Мы не смогли найти ее нотариуса и выкупили квартиру у банка, — объяснил Вадим.
— Я вызвал нотариуса из Пруссии, он приедет через несколько недель, — пруссак повернулся к Вадиму, — надеюсь, вы не будете против, если я заберу вещи.
— Конечно, мы ждали, когда объявятся наследники.
— Спасибо, правда, — улыбнулся Зоннен.
— Вам есть где остановиться? — Вадим решил проявить вежливость.
— Да, не стоит беспокойства. Если только…
— Если только?
— Да, я совсем не знаю города, даже квартиру собственной матери искал так долго. Я, кроме людей из посольства, никого и не знаю, — Зоннен покрутил котелок в руках.
— Вы надолго в России?
— О, теперь надолго, кайзер решил расширить посольство.
— Отлично, — откровенно обрадовался Вадим, — тогда, я смею вас пригласить на бал. Его устраивает один мой знакомый, собирается очень и очень приличное общество.
— Буду рад.
Вадим выпроводил гостя, обменявшись визитками, и проводил взглядом уходящий экипаж.
— Вот жук, ностальгия по матери, а фотокарточку не забрал.
Покрутив в руках трубку, Вадим плюнул и пошел на второй этаж. В большом зале для совещаний за длинным столом собрались все приближенные Вадима. На стенах к картам столиц и империи добавилась карта мира с уточненными материками. Вадим повесил черную шубу и сел во главе стола.
По правую руку сидел довольный Кондрат. У него из кармана жилета торчала золотая цепочка от часов. Слева сидел угрюмый Захарченко, правую руку он прятал под пиджаком, поэтому рукав свободно свисал. За Кондратом сидели Алексей и Микола, напротив них Ханна и помощник Максима. Сам же Максим сидел напротив Вадима, в другой голове стола. У двери в зал остались слуги, в углу комнаты тихо сидел Егерь и делал вид, что читает газету. Вадим улыбнулся и незаметно погрозил ему пальцем, прежде чем начать.
— Ханна, милая, как дела у Дмитрия? — осведомился Вадим и жестом приказал слуге у двери подать напитки.
— Вадим Борисович, рана оказалась пустяковой, но…
— Но?
— Федор Петрович предложил вылечить спину Дмитрию, — Ханна говорила осторожно, боясь сглазить.
— Это возможно?
— Он заверил, что да. С помощью доктора Пирогова, они смогут.
— Ханна, это же отличные новости, — обрадовался Алексей, который сидел напротив, — доктор Гааза первоклассный специалист, мы сами у него не раз бывали.
— Звучит, многообещающе? — Ханна не оценила договоренность доктора и "охранников" Вадима, — я не в восторге, что доктору приходится выковыривать из вас пули, но хорошо, что он есть.
— Ладно, — Вадим встал и пошел к карте империи, — нужно подвести итоги: вы хорошо поработали, но мы в дерьме! По уши!
По залу прошелся гул непонимания. Вадим же взял карандаш и на карте обвел Петербург.
— Вот до чего нас урезают.
— Вадим, есть корабли, — встрял Максим.
— Какие? Много три парусника натаскивают расписных кроватей, костюмов и чугунных печек? Клиенты сами на шею нам вешаются, кричат продайте еще! Еще! — Вадим обвел всех взглядом, — скажете "мелочь", наймем корабли! Я скажу, что сейчас мы будем платить десять копеек за фунт, через полгода будет двадцать, потом и до рубля дойдем.
Максим расстегнул пуговицу на воротнике рубашки.
— Максим, где мне чинить Вестника? Где чинить трофей? На берегу? — Вадим указал карандашом на делового партнера, потому что сейчас шло совещание компании, а не кучки друзей.
— Я разберусь, — заявил Максим и указал помощнику записать.
— Будь добр, — добродушную улыбку, Вадим превратил в оскал, — а что у нас с дорожным сообщением? На дорогах в Москву нет пробок?
— Каких пробок, — не понял Кондрат, которому и предназначалась улыбка.
— Проблем, осложнений, задержек.
— Аа, еще есть, — честно признался Кондрат, — но мы работаем.
— Да? И сколько груза прошло за прошлый месяц? Пятьсот пудов? А по железной дороге?
— А что с железной дорогой? Ее еще делают, — сказал Микола и прикусил язык.
— Ой, чей это я голос слышу, — Вадим подошел к его креслу и оперся на спинку, — друг мой сердечный, а к чьим воротам подходит новая железнодорожная ветка? Почему я должен узнавать, что Сергею Петровичу для дороги приходится покупать экскаваторы в Англии? Сука, у нас железнодорожная ветка подходит к механическому заводу, а Мальцев закупается у конкурента и везет машины через моря!
 
— Вадим Борисович, Дмитрий выздоровеет, разберемся, — хриплым голосом пообещал Микола, но Вадим ударил по столу так, что подпрыгнули все.
— У нас что в стране один понимающий инженер? А если Дмитрий того, тьфу — тьфу, — Вадим постучал по столу, — то все, встанет завод?
— Нет конечно, исправимся, — кивнул Микола.
— Микол, а что такое экскаватор? — тихо спросил у него Алексей.
— Потом, — прошипел Микола.
— Дорогая Ханна, ты больше полугода управляешь этим торговым домом, что у нас с ассортиментом?
Ханна подобралась.
— Все хорошо, товар поступает вовремя, на полках не задерживается.
— Хорошо, когда ожидать магазины в других городах?
— Но Вадим Борисович! Я же управляю магазином только здесь! — Ханна покраснела от возмущения.
— С таким отношением, ты через полгода и за этот не будешь отвечать. Я успел на войне побывать, а у нас народ как мальчишки зазывали, так и зазывают!
Вадим пошел вокруг стола, чтобы следить за ним стало некомфортно вообще всем.
— Вы думаете, что я злой, — он не спрашивал, а утверждал, — а я думаю, что мы здесь собрались, чтобы зарабатывать деньги. Как вы их хотите зарабатывать, если нас ужимают, до размеров городка?
Вадим подошел к карте и несколько раз обвел столицу.
— Большие дяди посмотрели на Вестника, посмеялись над нашими потугами и поставили стенки. Еще пара месяцев и нас пинком загонят в конуру, наденут ошейник и заставят грызть кость. Просто укажут место! И если этого не видите вы, то я помогу!
В дверь постучали, и в зал заглянул слуга с чаем и сладостями.
— А, угощения, — Вадим взял с подноса мятный пряник, — уноси, они не заработали.
Жуя пряник, Вадим вернулся к столу и из кожаного портфеля достал скрепленные листы.
— А теперь экзамен, передавайте дальше, — Вадим показал Михаилу на Ханну и помощника Максима.
— Вадим Борисович, еще есть проблемы с кварталом для бедных, — Кондрат передал листы и кашлянул, — народ нервничает, как бы полиция ни вмешалась, да и людей мы похватали немало.
— Знаю, все в процессе, — Заверил его Вадим, — и да, Седого теперь будет искать Михаил. Так ведь?
Он многозначительно посмотрел на Захарченко, который с готовностью кивнул.
— Ты разберись с кварталом и проблемами на дорогах.
— Все сделаю, — Кондрат ответил неуверенно, потому что начал читать вопросы теста.
— Егерь, тебе особое приглашение нужно? — от неожиданного вопроса, охотник подпрыгнул в углу.
— А где, вашблогородие?
— Здесь, — Вадим постучал по спинке своего кресла. Егерь медленно с высоко поднятым подбородком сел за стол со всеми и почесал щеку, разглядывая тест. Вадим же усмехнулся и достал из портфеля песочные часы.
— Время пошло! И не списывать! — он ударил карандашом Алексея по руке.
Целый час в зале слышался только скрип графита о бумагу, потом пошли тяжелые вздохи и тихий мат. Вадим ходил вокруг стола как строгий учитель и был уверен, что материлась именно Ханна. Захарченко тихонько постанывал, поправлял руку и дальше продолжал писать. Максим же больше хмурился и потел. Микола впал в прострацию и минут пять пялился на тест. Алексей же с высунутым языком что-то усердно рисовал.
— Время, — голос эхом пронесся по кабинету, как маятник часов перед казнью, — сдаем работы. В углу только подпишите.
Вадим собрал тесты и остановился за спиной у Егеря.
— Видя ваши серые, болезненные лица, мне прям становиться легче, — он улыбнулся и сверкнул пенсне, — так я понимаю, что вам не все равно! К концу следующей недели мы ОБЯЗАНЫ прорвать наземную и морскую блокады, или, — он развел руками и встал в дверях из зала, — нашим врагам все равно богатые вы, бедные, благородные или мещане, мужчины или женщины.