Беглец. Второй пояс
Клатир и впрямь согнулся в глубоком поклоне, ладонь с прижатым к ней кулаком замерли, вытянутые ко мне. Он простоял так два вдоха и только потом выпрямился. Глухо сказал, не опуская, впрочем, глаз:
– Я очень виноват перед тобой, младший и собрат Страж. Я… у меня никогда не было семьи, а последний близкий мне человек умер больше восьмидесяти лет назад.
Я едва не охнул от таких слов. Нет, я осознавал, что Клатир старше, чем выглядит, но восемьдесят лет?! Но, удержав в себе возглас, жадно слушал дальше:
– Не придал значения твоим тревогам, не сделал всего, что мог бы для своего собрата, не подстраховал в нужный момент. Чудом здесь действительно не погибли твои родные и ты сам. Если раньше, планируя твоё Возвышение, твой рост в рангах Стражей, я хотел вести тебя от задания к заданию, выдавая за каждое из них награду, то теперь не считаю вправе так поступать.
Сказав это, он повёл рукой. Колени у меня на миг ослабли, меня качнуло. Вокруг было не пространство кисета, а тот самый зал, где я с Сарефом Тамим сражался с Тёмным. Клатир же протягивал мне большой свиток. Явно не техника, их свитки меньше и на другой основе.
Я принял его, растянул. Карта. Подробная карта Второго пояса. Указаны города…
Свиток вдруг осветился. По его краю пробежала светящаяся линия, обращаясь в голубое обращение. Перед глазами появилась надпись:
Обнаружена доступная к изучению карта. Переместить в атлас?
Всё точно так же, как и со свитком Единения со Стихией.
На этот раз я попробовал коснуться надписи «да» не пальцем, а всего лишь пожелать этого. Вышло.
Карта в моих руках на глазах выцвела, края свитка потемнели, начали осыпаться. Я осторожно свернул его, не дожидаясь, когда он рассыпется окончательно. По привычке отправил его в кисет и склонился в приветствии идущих:
– Благодарю, собрат Клатир.
Вместо ответа в его руке появился ещё один свиток. На этот раз точно с техникой.
Я принял его, раскатал, читая описание:
Панцирь Роака
Техника защиты
Ранг: Духовный, Качество: высокое, Созвездие: полное, стихия Вода
Условие: Открытый узел…
Вливаемая в технику духовная энергия обращается преградой для всего, что угрожает идущему.
Первое созвездие духовной энергии.
Двадцать семь узлов.
…
Третье созвездие духовной энергии.
Сто двадцать узлов.
…
Первое созвездие стихии.
Пятнадцать узлов.
…
Третье созвездие стихии.
Семьдесят узлов.
Этот свиток мой жетон и не подумал добавить в библиотеку. Ну да, я сам перенесу его в свои записи. Я мельком проглядел список узлов, запоздало поняв, что мог бы уже давно составить и подробную схему, где будет подписана большая часть узлов. Правда, для этого мне пришлось бы дотошно сравнить все схемы созвездий моих техник. Пусть в них и перечислены узлы, но вот какой и как называется – придётся догадываться самому. Хотя, если уж мне идти в Орден Небесного Меча, где найдутся учителя, то оставлю всё это на них. К чему самому терять время на то, что уже давно наверняка сделано другими.
До меня только сейчас в полной мере дошёл ранг техники. Духовный! Как и у Единения, но… Двойные созвездия, названия узлов, которые мне поэтому совершенно незнакомы. Это техника, которую… Да могу ли я вообще использовать её на своём ранге Мастера? Но стал бы Клатир давать мне такую вещь, если бы она оказалась бесполезной для меня? Это было бы издевательство, а не извинение и не награда. Выходит, эту технику я смогу применять и Мастером, и Предводителем. Чем сильней я буду становиться, тем сильней будет становиться и эта защитная техника.
Ошеломлённый я позволил свитку скататься, не в силах подобрать слова, просто сказал:
– Благодарю тебя и за это, собрат Клатир.
На этот раз он ответил:
– Не стоит. Слабая защита – это одна из твоих слабостей. Сосредоточься на том, чтобы научиться сжимать Панцирь как можно сильней. Закрывайся полностью только от того, что угрожает тебе со всех сторон, против мощной и сжатой техники сосредотачивай энергию Панциря в одном месте.
– Спасибо и за совет, собрат Клатир.
Подняв глаза и отняв кулак от ладони, с удивлением поймал себя на том, что сутулюсь. Да и слабость в коленях… А вот пока я был погружен духовным взглядом в кисет, то забыл, что буквально несколько тысяч вдохов назад сжигал свою жизнь, чтобы противостоять тьме в меридианах.
Клатир махнул рукой:
– Перестань. Честно сказать, ты приятней, когда не столь приторно вежлив. Всё хорошо в меру. И вежливость, и наглость.
Я усмехнулся:
– Запомню.
Привычная улыбка снова неприятно потянула лицо. Дарсова маска…
Я замер.
Какая ещё маска? Она лежит в кисете второй день.
Спохватившись, я коснулся пальцами щеки, тут же наткнувшись на странный тяж. Словно там натянута верёвка, заставившая бугриться плоть.
Через миг я уже держал в руках зеркало, не узнавая того, кого видел перед собой.
Вроде всё то же лицо, но щеки и лоб покрывали плотные жгуты, тянущиеся под кожей, иногда даже выползающие из-под неё грубыми тяжами. Мне не нужно было гадать, что это. Самые толстые на лбу, ползущие по вискам вниз на шею, точь-в-точь повторяют линии меридианов. Следы тьмы, что ползла по ним. Тонкие, бегущие от них во все стороны – то, где тьма рвалась из узлов вовне, пробуя на прочность мою плоть.
Круг обращения нарисовался словно сам, символы в нём тоже возникли будто без моего участия. Я лишь довернул ладонь. Глаза ослепила вспышка Длани Возрождения. Но через миг в зеркало я видел всё то же бугристое лицо. Разве что тяжи стали чуть бледней, ещё резче выделяясь под кожей.
И тут меня качнуло: голова зазвенела, а в глазах потемнело.
Под локоть ухватила чужая рука, прозвучал голос Клатира:
– Поосторожней пока с сильными техниками. Даже мои зелья не могут сразу вернуть твоему телу прежнюю силу и выносливость. Давай пока вернёмся.
Мир на мгновение потемнел и мы снова очутились в пространстве кисета. Здесь я и впрямь ощущал себя лучше: исчезла большая часть слабости, а когда я попробовал скривиться, чтобы натянуть тяж на левой щеке, то ухмылка вышла обычной, не кривой.
Клатир стоял в шаге от меня, хотя в обычном мире наверняка так и замер, поддерживая меня. Убедившись, что я закончил ощупывать лицо, Клатир вздохнул:
– Знаешь, почему идущие так редко прибегают к сжиганию жизни или тем более духа?
Сил и желания задавать вопросы у меня не нашлось. Впрочем, как и отвечать. Поэтому я лишь пожал плечами, по-прежнему вспоминая лицо в зеркале.
Клатир всё верно понял, нахмурился на миг, но продолжил рассказ:
– Потому что юность – лучшие годы для Возвышения. Тело жаждет движения, действия, меч словно оживает в руке, техники легко откладываются в разуме, энергия Неба словно сама стремится наполнить тело, а звёзды даются одна за другой.
Пусть я был занят собой, но к словам Клатира прислушивался. Впрочем, что-то подобное я уже слышал. Кажется, в Школе Ордена. Это что, выходит, что мне теперь и подчинение стихии станет даваться трудней? Два года срока внезапно показались мне недостижимой целью. Успею ли я подняться на такую вершину?
Впрочем, следующие слова Клатира заставили меня вскинуться.
– Через три месяца я сумею отлучиться в Третий пояс. На аукционе часто бывают трофеи с Внешних Полей Битвы. А может быть, и в запасах братства найдётся пилюля Сущности Жизни, которую я сумею выменять. Тебе нужно будет две, чтобы восстановить потраченное.
Но я хрипло уточнил главное:
– Пилюля? Алхимия сектантов?
Похоже, что-то было в моём голосе, потому что ответил Клатир не сразу:
– Верно.
Я скривился:
– Сущность Жизни. Названо коротко и глубоко. Вокруг меня постоянно с ненавистью и страхом говорят о сектантах, а я сталкивался с ними всего-то дважды. И мне хватило всего одного, чтобы понять главное. Эти пилюли… Из скольких людей выдавили жизнь по капле, чтобы создать то, что вернёт мне двадцать лет? Я верно понял, сколько возвращает пилюля? – не услышав ответа, я потребовал. – Ответь, собрат Клатир!