Рыжая невеста Хаоса (СИ)
Тетушка расхохоталась. Смех её, если честно, чем-то напоминал воронье карканье, но… я была настолько счастлива возвращению в своё тело, что и воронье карканье мне мне казалось радостным и милым.
Попозже надо будет прочистить себе мозги, – сделала зарубку на память, но тут же о ней и забыла. Ощущение искрящегося водоворота всё ещё не покидало меня, а все вокруг казались такими родными, что хотелось обнять весь мир. Впрочем пока я обнимала только Жнеца – он был ближе всего – и хохотала.
– Котенька, я так волновался… – сжимал он меня в ответ ещё крепче, и всё новые искры вспыхивали в моей голове.
Всё, чего боялась я в Жнеце, сейчас казалось такой глупостью, что мне даже стыдно стало. Самую малость.
Глава 13
Когда мы все-таки выпутались друг из друга, и немного смущенно огляделись, я обалдела окончательно. Нет, я, конечно, знала, “фильтр счастья” значительно влияет на картинку мира, но не до такой же степени. Да и ребята удивленно озирались, а в том что фильтры у меня с ними разные, сомневаться не приходилось.
Гостиная закостенелой готки превратилсь в полную света и воздуха греческую залу с золочеными в капителях фальш-колоннами, витиеватыми драпировками, клетчатым мраморным полом, красной бархатной софой с уютными пуфиками, вместо черного кожаного дивана и монструозных кресел.
Но гвоздем программы стало преображение самой хозяйки – из жутковатой черной леди в изящную и милую домашнюю тётушку в шелковом белом халатике, из-под которого зефирками выглядывали розовые пушистые тапки. Растрепанные со сна черные космы уложились пышным караваем вокруг лба, бледные щёки зарумянились. А ещё я не могла отделаться от чувства, что женщина – тощая, как скелет, женщина – немного поправилась.
Честно говоря, милой она оказалась до оторопи. После её: “Ну хватит мурлыкать, котятки. Проголодались? Чаю? Тортик?” – возникла здравая идея: “Драпать надо отсюда срочно. Это жу-жу не спроста”.
И пожалуй, я бы удрала, но посмотрев на офигевшего от таких перемен Жнеца, рассмеялась и решила повременить с тактическим отступлением.
– Тётя? С тобой всё хорошо? – уточнил он, поднявшись и ненавязчиво меня приобнимая. Я смутилась, а хозяйка заулыбалась ещё шире.
– Милый мой, в кои веки девушка у тебя не втихую. Как мне не радоваться?
Угу. Значит, прежде девушек он водил через окно.
Я будто невзначай высвободилась из стрекозлиных объятий и присела на пуфик. Тётя лишь ухмыльнулась и взмахнув рукой приманила поближе небольшой белый столик на резных ножках с колесиками.
Хм, она не просто целитель, она и общего профиля маг.
– Называйте меня Дэффи, детки, – ворковала гостеприимная хозяйка прежде негостеприимного дома, – и присаживайтесь. После всех переживаний вам нужно хорошенько покушать, – тетя проплыла мимо нас в кухонную зону и, обернувшись, поманила пальцем.
Что? У неё белый лак на ногтях?!
– Тётя, можно тебя на минутку? – не выдержал Тим.
– Да, мой сладкий, я сейчас.
Она поставила чайник на газ, веселеньким хороводом отлевитировала на стол чашки с блюдцами, пиалу с вареньем и сахарницу. Извлекла из хладного шкафа тортик. Белый. Правда глазурь на шоколадном фоне изображала череп.
– Может чего-то посерьезнее? – прикинула тетя, прикусив губу и задорно расстреляв глазками потолок. – Да, точно! Бутерброды наше всё. – Она взмахнула руками, и нож сам накромсал хлебушка, а затем принялся намазывать на ломти масло и икру.
Тоже белую.
– Что не так? Очень полезная, щучья. Ну, идем. А вы угоща-айтесь, – пропела хозяюшка, выходя из гостиной и увлекая за собой племянника.
– Тетя! – яростно шипел он по дороге. – Что всё это значит?!
– Эх, ругается. А ведь таким милым мальчиком рос, – пропела она.
Жнец озадаченно почесал затылок, видимо, он такого не помнил, – и родственнички скрылись за дверью.
Митра тут же бесшумно подскочил к ней и прислонился ухом к замочной скважине. Карина закатила глаза. Через минуту друг присоединился к нам за столиком и схватил бутерброд.
– Что? – вернувший амплуа шута друг покосился на нас, притихших укоризненно и любопытно одновременно.
– Это мы тебя спрашиваем: Что?
– Где? – невинно вздернул он бровь и получил затрещину он Карины. Вздохнул обиженно и покаялся: – Ничего я не услышал. Они сразу полог тишины поставили видно. Но я конечно в полном афигее. В кои-то веки в наш городок приехали настоящие маги!
И не поспоришь. Тут и сам Жнец хорош – и лечит, и летает, и с хаосом ловко управляется, но его тётушка – полный универсал. Телекинез и левитация объектов, иллюзии, полог тишины вон. Черный целитель опять же, к тому же странный…
– Митр, а что ты знаешь о черных целителях?
Друг, воспевавший дифирамбы тёте Дэффи и её племяннику, замер. Маска шута с него слетела, он обернулся на дверь, за которой скрылись хозяева и шёпотом проговорил:
– Знаю немного. Все они очень мощные маги...
– Воскрешающие мертвых?
– М... и это тоже, но там свои нюансы.
– Ага, труп должен быть свежий, – я вспомнила зомби из книжки.
– Да-да, без душка, – Митра гыгыкнул. – Чаще всего покойничка просто не успевают доставить к черному целителю вовремя. За это, кстати, их и не любят – слишком часто отказывают в последнем шансе.
– Хм. Странная работёнка.
– Ну да. Если бы они кормились только за счет воскрешения, сдохли бы с голоду. Так что основная работа их – другая, – он заговорщически подался вперёд. Мы тоже приблизились, чтобы слышать его шёпот.
– Какая?
– Снятие смертных проклятий.
– Это что ещё за?..
– Да… гадкая штука. Маг, умирая, может вложить свои силы в проклятие своего убийцы. И тот, считай, – тоже покойник. Отсроченный – вроде как живет, но душа гниёт изнутри. И чем сильнее умирающий маг – тем быстрее и страшнее загнется его убийца.
У нас с Кариной вытянулись лица. Особенно у меня. Я встречала одного человека, который нуждался в помощи черного целителя, будучи живым на вид. И на ощупь когтями.
– Ну вот, целитель может очистить ауру проклятого. Обычно не за раз, нужно много сеансов. Ну а так как люди, получившие смертное проклятие, редко белые и пушистые, то и практика черных целителей – зачастую нелегальна. Ну и это – вторая причина, почему к таким специалистам люди относятся не очень... хорошо.
– Да уж, лекарь убийц… и ты притащил к такому нашу Котю, – засопела Карина, и отложила на тарелочку так и не надкусанный бутерброд.
– Убийца… – повторила я, вспомнив лучшего друга командора Аримани. По спине пробежали мурашки.
– Может и не убийца, а просто враг, – уточнил Митра, и мне немного полегчало.
Враг – это ведь не обязательно убийца?
Глава 14
– Слушай, а как тебя вообще угораздило?
– А? – вздрогнула я. Тон Митры снова стал дурашливым, а вот я ещё не отошла от озноба и воспоминаний о моём приключении в кошке.
– Как ты умудрилась так отключиться? Ты что реально стала котом?
– Скорее, я в него попала. А это разве кот?
– Ну, судя по мохнатым шарикам с тылу – да. А эт чё, тот самый Шарфик?
– Ну да.
– Значит он всё-таки был… – задумчиво протянула Карина.
– А вы сомневались? – мне стало не по себе – осознавать, что друзья считали тебя ку-ку, неприятно. Даже неприятнее, чем осознавать, что что-то не так со всем миром.
– Не, ну я ваще ни на минутку. Да даже мысли такой “А был ли шарфик?” – у меня не было, – принялся кривляться Митра.
Вообще-то, если подумать... Даже считая, что я ку-ку, – они всё равно остаются со мной.
И я улыбнулась.
– Ну так и как? – тут же напомнил вопрос наш гороховый шут.
– Не знаю… – пробормотала я, задумавшись теперь о другом. О поцелуе с Аримани я друзьям не рассказывала. Он случился вне времени и был слишком похож на бред. Так же, впрочем, как и залёт котом под стол в Черном доме. Так же, как и подслушанный там разговор Аримани с лучшим другом. Хотя… может я обозналась? Я же не видела самого командора, только слышала голос. Да, я, конечно, уверена, что не спутаю его голос ни с чьим другим, но вдруг…