Рыжая невеста Хаоса (СИ)

– Ребят, а кто  вызвал стражей, – спросила я хрипло. Эта мысль тоже была гадкой, но оставляла больше шансов на мою адекватность.
– М… не мы, – ответила Карина, почесав в затылке.
– Не мы, – согласился с ней Митра. – Мы с народом ещё совещались, не вызвать ли, но были уверены, что вы прикалываетесь, и просто пошли следом. 
Я дернула бровью, вспомнив, с каким ужасом убегала от злого Жнеца.
– Ага, – подтвердила Карина. – Твой Стрекозел выглядел слишком веселым и неопасным, когда бросился за тобой.
Даже так? Я поджала губы. Надо возвращаться к теме кота.
– Так что получается…
– Что стражей не вызывали, но они явились, – продолжил мысль Митра.
– А невидимый, как стражи, кот убежал к ним в башню, – подвела черту Карина.
– Получается так, – нехотя согласилась я.
– Пошли отсюда, – Митра решительно схватил нас за руки и потащил вслед уже успевшим покинуть площадь ребятам.
Карина тут же выдернула ладонь и пошла вперёд с независимым видом. Я же тормозила и оглядывалась на дверь Черной башни, но кота из неё так и не выбросили.
– Вот зараза. Кот оказался шпионский, – расстроенно вздохнула я. Втайне радуясь, что мне поверили, а не сочли… фантазёркой.
Теперь бы ещё самой себе поверить – какой-то просто безумный выдался день.
 Часть 3. Глава 9
“А в этой комнате будущее перетекает в прошлое,
протискиваясь сквозь узкий ободок настоящего”.
Терри Пратчетт «Мрачный Жнец»
Глава 9
Поспорив немного по дороге, мы решили прогулять и последнюю пару, так что вскоре сидели у меня дома и гоняли чаи, обсуждая прикольный денек.
Митра напропалую восхищался новеньким, его приключениями и харизмой, время от времени с заговорщическим прищуром подбивая меня локтем в бок, мол – “а? а? какого отхватила!”. Впрочем, уверена, прояви Жнец, хоть и не мрачный, но крайне загадочный, внимание к нашей подруге, и все его достоинства в глазах Митры превратились бы в недостатки, не совместимые с жизнью и свободой. Или как минимум с проживанием в Пелагусе.
Карина напротив отнеслась к  парню с подозрением.
– Какой-то наш «стрекозел феерический» мутноватый на просвет. Ты с ним поосторожнее, Коть. Стражи так просто никого не арестовывают.
Я поёжилась, вспомнив смуглого Аримани, его слова и… – прикрыла ладонью губы, вспыхнувшие воспоминанием его поцелуя. Вслед за этим порозовели и щёки, ибо я видела, как Карина смотрела на белого стража, когда он появлялся в академии. Хотя он, конечно, нравился всем девчонкам, кроме той, которая его… опасалась. Причем после сегодняшней… встречи – я опасалась его даже больше чем раньше.
– Да ладно, Карин, это просто случайное стечение обстоятельств. Ещё и Эрастыч, наверняка обиделся, что мы с занятия слиняли, Может он стражей и вызвал. У нас же они с жандармерией слились ещё год назад, вот и явились на вызов. А тут от парня хаосом разит, патамушта рядом прорыв случился, и Тимычу пришлось его…
Усмехнувшись на слове «патамушта», я пропустила мимо ушей очередной поток дифирамбов крутому перцу – и погрузилась в воспоминания. Это слово, как множество других, тот же «тьмок», кстати, и даже «крутой перец» мне… приснились. Ну, или всё-таки они были на самом деле, в другом мире (давно я так часто о нём не вспоминала). Словечки эти лезли на язык, вызывая удивление, некоторые приживались в нашей с друзьями речи, постепенно расползаясь по школе, а позже и по академии.
Карина слушала Митру со скептической миной.
– Ладно, допустим. Это случайность. Но вот скажи мне, как часто ты встречал прорывы?
– Ниразу! Блин, Коть, я так тебе завидую!..
– Олух, – подруга закатила глаза. – Я ему про камень, а он мне про сырок. Не встречали мы прорывов в нашем городе. Даже по статистике в газете не чаще пары раз в месяц они случаются. И тут явился новенький из столицы и…
– Он ещё и везучий! – обрадовался Митра, Карина метнула в него убивающий взгляд, продолжив, словно не услышала.
– ...и вот тебе сразу прорыв. Ещё и довольно быстро растущий, так? – подруга посмотрела на меня.
– Угу. Лужа росла на глазах. С такой скоростью… пока бы мы сбегали за стражами – она бы полдома загрызла.
 
– Представляешь, как повезло хозяевам, что рядом оказался наш «стрекозел»? – лукаво сверкнул глазами Митра. Карина глухо зарычала.
 – О да. Но вот что скажи мне, умник, что он тут забыл, а? Такой столичный, модный...
Я нервно дернула щекой.
– Слушай-слушай, – отмахнувшись от Карины, Митра с живейшим интересом уставился на меня, – а Жнец не рассказывал, как оно там, в Мистике? – Кажется, друг немного завидовал, что парень видел большой мир, от которого мы отрезаны. – Не жалеет, что переехал к нам? – ну и злорадствовал, видимо, самую малость.
– О столице мы с ним не говорили, – ответила я, слегка смутившись – всё-таки мы с феерическим… вообще почти не говорили. Так, о ерунде всякой понемногу. Остальное же время занято было гонками, полетами, разной возней, а ещё он надо мной всё время прикалывался, назвал своей кошкой и… поцеловал. Вот тут я смутилась сильно, и чувствуя, как начинают пылать уши, постаралась настроиться на разговор.
Вспомнить, например, что Карина права: странно всё это. Особенной – мой сон и Жнец в нём. Причем независимо от того, сон это или нет.
– Ничего, – Митра хищно потёр лапки, – будет ещё время потрещать по душам. А про крыло тоже не выясняла? Оно у него давно одно, похоже, – видели как летал. Высший пилотаж!
Сам того не зная Митра попал прямо в точку. Пилотов из мира-сна у нас не было, но как эпитет мастерства, фраза “высший пилотаж” в числе многих других прижилась в нашем лексиконе.
– ...А как он из Черной башни сбежал! Блин, он крутой просто неимоверно.
– Что он “неимоверно” – так это ненормальный, – пробурчала Карина. – Расскажи лучше, Коть, чем он тебя на занятии напугал? Прости, я как-то сразу не придала значения, думала вы придуриваетесь, но в свете всего что сегодня было…
– Да нормально они прошвырнулись, – перебил её Митра. – Котя подцепила крутого перца за охотничий инстинкт. Видно сразу выкупила, что он Король, да? Ну, колись!
Я поёжилась, грызя фарфоровый ободок чашки.
Ребята правы. Если смотреть со стороны – я среагировала неадекватно. За пестрые крылья поначалу на меня давили куда больнее, но я не бегала от обидчиков. А тут…
И что им сказать? Или стоит рассказать… всё? – от волнения у меня даже уши похолодели.
О том мире я успела рассказать только родителям, и кажется врачу, – но ему совсем немного – увидев крылья за его спиной, я затаилась и больше наблюдала. Дома, крылатым маме и папе крылатая я рассказала больше, они не смеялись, не называли сумасшедшей, но...
«Доченька, мы с мамой верим, что ты это не придумала. Но, пойми, все твои друзья…» – папа не договорил, только я всё поняла и перестала пытаться.
Папа был прав. Все мои друзья знают, что живут в нормальном мире и помнят меня – малявку с рыжими крылышками. Я же в отличие от родных и знакомых не помнила жизни здесь до люка и... Жнеца, зато отчетливо помнила себя в другом мире. Но я привыкла. Почти забыла сон, почти вспомнила своё детство здесь – реанимировала по рассказам родных и друзей. К тому же тут красиво, тепло, море рядом, воздух чистый. Крылья опять же. Рай.
В общем никому я не рассказывала про... свои странности. Стукнутому головой ребенку не хотелось в дурдом.
Ребенок вырос, а в дурдом ему всё равно не хочется...
Но сегодня в моём раю появился Мрачный Жнец. И я не знаю, что будет дальше.
– Он мне приснился. Жнец. Давно, – я всё-таки решилась.
В конце концов, сегодня я не собираюсь доказывать, что пришла сюда из другого мира, а за красочные сны в дурдом не забирают.
– Я видела этот сон давно, ещё тогда, когда споткнулась на люке и провалялась без сознания пару суток. 
Прикол в том, что никто не видел моего люкокрушения. Ребята говорили, что мы вместе гуляли по улице, потом я куда-то делась, а через пять минут они меня нашли у люка уже с разбитой головой.