Один шаг от дружбы до любви (СИ)

Её внутренние метания оборвал звонок телефона. Девушка вздрогнула и едва не выронила смартфон из рук. Звонил именинник. Артемьев словно почувствовал состояние Насти.
— Алло, — ответила Васильева. Голос тихий, неуверенный. Потерянный.
— Привет, — раздалось на другом конце провода. Настя закрыла глаза. Хриплый голос прошелся электрическим разрядом по расшатанным нервам, заставив задрожать. Закусила губу. Она не знала, как себя вести. Что говорить? А может, лучше молчать?
— Здравствуй, — выдавила из себя Анастасия.
В горле застрял комок, мешающий говорить. Да и не знала Настя о чем говорить с Артемьевым. Как они дошли до такого? Ведь знакомы с самого детства, знают друг друга, как облупленные! И все же между ними непреодолимой преградой стояла стена из неверия и отчаяния, которую построила, защищая себя, Настя.
Между ними воцарилось молчание. Тягостное. Густое и липкое, как мед.
— Поздравляю с днем рождения, — глухо пробормотала она, разбивая тишину на осколки.
— Спасибо, — последовал глухой ответ. — Как ты?
Простой вопрос едва не заставил Настю разрыдаться, как маленькую девочку. Васильева закашлялась, пытаясь скрыть рвущийся наружу беспомощный всхлип. Зажала рот кулаком, боясь сказать то, что не должно быть сказано вслух.
— Замечательно, — наигранный оптимизм, чуть дрогнувший голос. — Как еще может чувствовать себя невеста в день свадьбы?
Как? Как? Хр*ново! Только об этом Павлу не стоило знать.
— Ну что же, — медленное повествование никак не вязалось с обычным напором Артемьева. Ей бы насторожится, но Настя была слишком измучена внутренними переживаниями, чтобы обратить внимание на это несоответствие. — Рад за тебя… Насть, я хочу попрощаться. С сегодняшнего дня всё изменится, друзьями нам уже больше не быть. Ты же понимаешь это, верно?
Она понимала. Настя очень хорошо это понимала. Толя не позволит ей сохранить дружбу с Павлом в прежней форме. Да они сами не смогут вернуться в тот более простой формат отношений. Не после всего что произошло между ними. Слишком много сказано. Слишком много сделано. Слишком сильно изменились они.
— Понимаю, — вздохнула она, — но я не могу сейчас с тобой встретиться. У меня через полтора часа регистрация.
Голосовые связки отказали, их словно заморозили. Даже звука произнести не могла. Онемела в одночасье.
— Я стою под окнами твоей квартиры, — признался Павел. — Выйди на пару минут, пожалуйста! Мы просто поговорим.
Настя закрыла глаза, со всей силы сжала в руке бедный смартфон. В конце концов, что она потеряет, если встретиться с ним сейчас? Возможно, это последняя возможность нормально поговорить с Пашей.
— Хорошо, — выдохнула Васильева, приняв решение, — я сейчас спущусь.
Сбросив вызов, невеста посмотрела на часы. У нее в запасе есть полчаса до появления Толика и его свиты, этого должно хватить.
— Артемьев? — спросила Тая, кивнув на смартфон. Подруга сидела на диване и весь разговор вела себя неестественно тихо.
— Да, — признала Настя. — Тай, прикрой меня, я на минут десять спущусь вниз.
Малиновская покачала головой, не одобряя намерений подруги.
— У тебя свадьба, Настя, — напомнила она.
— Знаю, — согласилась Васильева, — но мне надо с ним поговорить. Мы с ним не очень хорошо расстались. Так недолжно быть.
Таисия долго рассматривала ее, так долго, что Настя начала нервничать.
— Знаешь, у меня такое чувство, что ты будешь идти к нему всегда, — поделилась своими умозаключениями Тая. — Ты слишком его любишь.
Анастасия активно покачала головой, отрицая.
— Нет, — получилось грустно, — это в последний раз. После свадьбы я буду принадлежать Анатолию и, поверь, этого факта я уж точно не забуду!
* * *
Ей все-таки удалось незамеченной проскользнуть в подъезд. Малиновская хоть и высказала сомнения в правильности подобных действий, но помогла, отвлекла маму Насти. Быстро спускаться на высоких каблуках было жутко неудобно. Приходилось придерживать многоярусные юбки, чтобы не запутаться в них. Получилось бы забавно, если бы она подвернула ногу и свалилась, испачкав платье и порвав фату. Павел был бы точно доволен таким раскладом! Доставлять подобное удовольствие она ему не собиралась, поэтому двигалась максимально осторожно.
 
Выйдя на улицу, Васильева зажмурилась от яркого света. Августовское солнце светило нещадно, стояла сорокоградусная жара. Сама Настя обрадовалась хотя бы небольшому дождю и прохладе. В настолько жаркую погоду лучше лежать на пляже в открытом купальнике, а ей предстояло выдержать целый день официальных мероприятий в красивом, но до ужаса неудобном платье.
Люди, увидев девушку в белом платье, улыбались и махали ей. Настя им лишь слабо улыбалась и медленно шла по направлению к знакомой машине, стоящей у торца здания. Чем ближе Васильева подходила, тем больше начинала беспокоиться. Машина была закрыта, на месте водителя никто не сидел. Судя по всему, автомобиль пустовал. Рядом тоже никого не наблюдалось. Что-то было не так, но она не могла понять, что именно. Где Паша?
Подойдя к черному внедорожнику, Васильева начала осматриваться вокруг, пытаясь найти друга.
— Паша, — позвала Анастасия громко.
— Прости, милая, — прошептали над ее ухом.
Настя дернулась, хотела спросить в чем дело, но ей не дали, закрыв рот рукой. Девушка замычала, начала вырываться, но сильные руки обхватили её, не давая сбежать. Внезапно распахнулись задние двери автомобиля, в салоне все-таки кто-то находился и до этого момента удачно прятался. Захватчик достаточно грубо впихнул Настю внутрь, после чего залез следом. Небольшая заминка и на пару секунд ее губы оказались на свободе, чем и воспользовалась Анастасия, громко заорав, но через несколько мгновений мужская рука снова вернулась на место, заглушая звуки и не давая ей даже пикнуть. Тот, кто притаился в машине, быстро пересел на переднее сидение и завел двигатель. Внедорожник с противным визгом двинулся с места, увозя с собой украденную невесту. Вся операция уложилась в пару минут.
* * *
Настя находилась в состоянии бешенства. Ярость была настолько сильной, что девушку буквально трясло. Васильева орала, кричала, била попавшиеся под руку предметы, пыталась ударить своего похитителя, выдвигала требования, угрожала. Да что только она не делала! Всё попусту. Павел стоически терпел приступы остервенения, не предпринимая попыток успокоить, но тщательно пресекая любые попытки жертвы вырваться из плена. Знал гад, что ей надо время выплеснуть раздражение и только потом говорить. Да и время играло ему на руку.
Именно Паша скрутил её и впихнул в автомобиль, за рулем же сидела его любимая сестра. Состоявшаяся поездка была наполнена попытками пленницы вырваться и закричать, но Артемьев всё продумал и не дал ей ни единой возможности сбежать. Несостоявшуюся невесту отвезли на старую дачу Малиновских. На обычную, среднестатистическую дачу, находящуюся в паре километров от города. Единственное окно было заколочено с улицы, двери закрывались на амбарный замок.
Анастасия прекрасно понимала, что долго и кропотливо подготавливаемая свадьба накрылась медным тазом. И всё благодаря ему — геморрою всей её жизни! У-у-у, как же она Пашу сейчас ненавидела! Готова была расцарапать самодовольное лицо и честно пыталась это сделать, но с*кин сын был быстрее и физически более подготовленным. Насте только и оставалось злиться и срывать гнев на ни в чём неповинных вещах. Одной из таких вещей стала старая ваза советских времен, невесть как оказавшаяся здесь. Она с удовольствием кинула её в Артемьева, но этот поганец лениво уклонился от очередного снаряда.
— Урод! — кричала она. — Ты моральный урод! Имбецил!
— Столько лесных слов в свой адрес я еще никогда не слышал, — спокойно заметил Паша, не делая попыток приблизиться к ней. Настя не знала, что больше ее бесило — его равнодушие к происходящему или не свершившая свадьба.
— Кретин, — Васильева не могла остановить поток брани. Анастасия никогда так не ругалась, всегда сохраняя гордое спокойствие и невозмутимость. Сейчас же она вела себя, как истеричка, но у Насти имелась уважительная причина — её, мать его, сперли с собственной свадьбы! — Кем ты себя возомнил! Что я тебе сделала, что ты мне жизнь ломаешь? Что?