Ходоки в миры СССР (СИ)

— Надо…
Обжигающий взгляд пригвоздил незадачливого компаньона к стулу:
— Короче, Паша, или работаем серьезно или отойди в сторону. Сегодня же встречу организуй!
— Ладно-ладно, чего ты сразу! То отмалчивался, то поскакал конем.
— Обстоятельства изменились, — буркнул Воробьев и принялся за гуляш.
Барыга сразу не понравился Шурику. Несмотря на выдающуюся в виде основательного носа национальность, этот патлатый мужичок никак не походил на акулу подпольного антикварного бизнеса. Жалкий посредник, который не может толком ни сказать, ни пообещать. А зачем им в деле лишнее колесо, если можно работать напрямую? Поэтому Воробьев при встрече не промолвил ни слова и как стремглав покинул заваленную всяческим хламом квартиру. Он, невзирая на Пашино ворчание скорым шагом прошел к стоящим на углу автоматам и заказал себе сразу два стакана газировки. Выпив их одним махом, он схватил Кузнечикова за шкирку и потащил в темный угол.
— Ты к кому меня привел, придурок? Эта сука нас спалит. Он же стукач, по роже сразу видно!
— Да я… Иосиф Михайлович…да он.
— Да заткнись ты, утырок! Как был дурачком, так им и остался. Держись пока от Михалыча и от меня подальше! Запомнил? Если на нары не хочешь или из комсомола вылететь.
Как бы ни был Шурик зол на старого приятеля, но он перед уходом домой тщательно «проверился». В юности Воробьев увлекался шпионскими романами, доставая разнообразными и не всегда законными способами редкие в торговле экземпляры иностранных авторов. Когда-то он и окунулся в потаенную изнанку страны Советов. Во всем остальном мире это называлось «Черным рынком». Капиталистическая смазка для заржавелых шестеренок могучей социалистической индустрии.
Нет, Михалыча не пасли. Скорее он сам стучал на излишне ретивых деятелей. Но что самое интересное, к предмету незаконных операций этот хмырь имел самое непосредственное отношение. Значит, кому-то все-таки сбывал приносимые мелкими дилерами вещи или сводил более серьезных людей с настоящим покупателем.
Шурик примерно представлял реальные цены рынка околоцерковного антиквариата. Не похоже, что у этого мелкого барыги водились подобные деньжища. А это значит, что надо вычислить «покупателя». Иначе и соваться в это гнилое дело не стоит. Ничего не заработаешь, а риск потерять все слишком велик. Если играть, то по-крупному!
Застоявшаяся за последние годы жизнь Воробьева в эти дни резко ускорилась. Походы с Машей в кино и кафе отнимали энное количество денег, небольшая заначка, созданная на черный день, стремительно таяла. Но столько удовольствия от общения с противоположным полом Шурик не получил давно. Наверное, со студенческой скамьи. Он, казалось, есь помолодел и расцвел. Начал бегать по утрам и заниматься гиревым спортом. Мышцы крепли, мысли становились более четкими, движение к будущему намного целеустремленней.
В какой-то момент молодые люди оказались вечером у него дома. Шампанское, поцелуи постепенно переросли в нечто большее. Умелые руки Воробьева довели девушку до кондиции. У Марии еще не было сексуальных отношений, зато Шура накопил неплохой опыт. Так что все прошло грамотно и без лишних соплей.
Но на следующее утро Воробьев встал перед дилеммой — или начинать отношения, или заканчивать фривольный роман на высокой ноте. Ему было стыдно за старую мебель в квартире, ободранные обои на кухне. Он отлично знал женщин. Это вначале они довольствуются малым, а потом залезают тебе под шкуру и выдавливают из тебя все повидло.
Нет, все требовалось менять подчистую!
  
Глава 26
 
Союз плюс один. Арзамас. Сцена карьерная
 
— Маргарита Львовна, вы же знаете, что я редко за себя прошу.
— Да, Воробьев? — «Мымра» нахмурила лоб. И зачем она это делает? Становится страшней, чем есть. Воробьев нежданно впервые оценил её с точки зрения озабоченного мужчины. Благо начальница по случаю жаркого лета пришла на работу в легком платье. Талия есть, ноги не кривые, красивый изгиб тонкой шеи. Ага, и титьки присутствуют и очень даже призывно прыгают из-под одежды. А Марго не экономит на белье! В принципе, если не совсем клуша в постели, то годно. И даже не на разок.
 
«Мымра» нечаянно женской чуйкой поймала прущие от сидящего напротив молодого мужчины флюиды, сурово взглянув сквозь очки в некрасивой оправе на подчиненного, и неожиданно зарделась. Давно её так не разглядывали? В голове у Шурика забегали разные нехорошие мыслишки. Раньше он их тщательно избегал, но сейчас обстоятельства изменились. Он выдал самую шикарных и обаятельных своих улыбок и умильно попросил:
— Мне всего-то нужно три дня отгулов. Я три года их не брал, Маргарита Львовна.
«Мымра» подняла глаза на Воробьева и задумалась. В её взгляде даже промелькнуло нечто такое, похожее на сочувствие.
«Да быть не может, она тоже человек!»
— Что-то случилось, Александр Валерьевич?
— Ничего серьёзного! Ремонт затеял дома. Покрасить, подбелить, заштукатурить. По такой жаре быстрее высохнет.
Что есть «легенда» Шурик отлично представлял и потому заранее подготовился.
Маргарита Сергеевна помягчела лицо:
— Ну, ты, Воробьев, в последнее время показываешь себя неплохо. Штурмовщины у нас нет, так что бери.
Шурик решил и вовсе обнаглеть и попросил:
— А еще два не дадите, потом? Буду мебель ловить.
Слово «ловить» обозначало то, что он проедется по мебельным магазинам и запишется в очереди. В которых надо будет время от времени отмечаться. Дело житейское. Сотрудники постоянно обменивались информацией, где что «выбросили» и в каком магазине, что получится словить. Такие уж особенности были в советской торговле. Никто голым на полу не спал, не голодал и обносках не ходил. Но человек такая штука, что всегда хочет большего и лучшего.
— Ну бери, раз надо, — «Мымра» задумалась. — Воробьев, я давно к тебе присматривалась. Вроде по натуре ты не рохля, но живешь, как бы сказать, по течению. Но последние перемены в тебе меня откровенно радуют.
— Да вот, решил взяться за себя. Сколько можно так жить? — скромно потупился Шурик.
— Молодец, Воробьев! А как ты смотришь на место моего заместителя? Я не жду ответа сразу, но, пожалуйста, не затягивай. Вакансия давно свободна, и перспектива роста проглядывается.
Воробьев тут же догадался, что Маргарита Львовна планирует уйти куда-то наверх, может быть, даже в трест. А это отличные перспективы для дальнейшей карьеры. Ей ведь понадобятся там свои люди. Неужели масть поперла? Он осторожно ответил:
— Я подумаю, хорошенько подумаю.
— Подумай.
Неожиданно для него женщина кокетливо улыбнулась.
«Вот дела!»
Шурик дошел по коридору до автомата с газировкой и залпом выпил сразу два стакана. Это ж, что получается, он может и в родном коллективе подняться? С одной стороны, это увеличение нагрузки. Но с другой, сам себе начальник. Для того и руководство, чтобы работу нагрузить на починенных. Если все обставить грамотно, то у него появится куча свободного времени. Характер «мымры» он знал. Будь добр — веди отёчность и докладывай в назначенный час, на остальное она закроет глаза.
Да и… Мысли свернули в иную плоскость. Вспомнились «спелые дыньки» в кружевном белье под платьем начальницы. Ну и что тут такого страшного? Сделать карьеру через койку. Люди со страшными и нелюбимыми женами спят и ничего. Воробьев ощутил бурление мыслей и половой энергии. Да он еще хоть куда. Главное — зацепиться в подпольном бизнесе! А уж он так все обставит, что комар носа не подточит.
Пора начинать жить, и жить красиво!
Ежедневная и тщательная слежка за домом Михалыча дала ощутимый результат буквально на второй день к вечеру. За это время Шура убедился, что никто за «хатой» перекупщика кроме него не следит. Уж милицейских сыщиков он уж как-нибудь определил бы. Невелика, значит, птица! Шурик изучил все входы и выходы в подъезды старого дома, лазы на чердак и слуховые окна. Но сомнений не было, именно тот модно выглядевший мужик на «Ладе» последней модели с квадратными фарами и есть искомый человек.