Ходоки в миры СССР (СИ)

— Мне-то хоть оставил?
— Есть метка! Рокотов куда-то за город попилил. К гадалке не ходи, едет на встречу.
— А его охрана нас не засечет?
— И что с того? Кому он предъявит, к Службе Движения? Это столичные масштабы и обезличенность персонала.
— Насторожатся?
— Да и пусть! — Сеня был возбужден.
Они третий день мониторили передвижения искомых лиц, с таким трудом достав номера машин МИДа. Ради конфиденциальной информации пришлось нехилой суммой подкупить очередного знакомого Алека. Работа курьера предполагает большой круг знакомств. — Сейчас лишь надо подкорректировать маршрут. Спишем на встречный ветер. Так, — джойстик в руках Семена вел «Монитор» равно как будто совершая непредвиденную стандартной программой загогулину. Обычно беспилотники СД летали по заданному маршруту на автомате, вмешательство оператора требовалось изредка. — Бинго!
Машина Зам начальника европейского департамента МИДа Рокотова остановилась перед неприметным домом, окруженным чащобой заброшенного лесопарка. Сопровождение чиновника осталось за воротами, а внутрь заехал лишь черный МИДовский электролимузин.
— «Монитор» уходит!
— Я его отпустил. Нефиг светиться зазря. Сейчас метеозонд подключу. Не хотел раньше времени. Синоптики щекотливы в этом плане.
— Рискуем.
— Куда деваться, — вздохнул Семен и провел на складной клавиатуре несколько манипуляций. — Ну что, сейчас посмотрим, с кем это товарищ Рокотов спешит повидаться. Лять, Миха, у нас облом!
Метеозонд имел несколько типов обзора, в том числе и тепловизионный. И на экране было отлично видно, что сидящие поначалу в холле фигуры перешли в комнату на втором этаже, а затем приблизились друг к другу вплотную. В последующие минут двадцать ходоки с интересом наблюдали различные позы, характерные для сексуальных утех. В этой копии ничего экстраординарного не придумали. А жаль!
— Лядский домик, но занести в архив надо.
— Подожди! — Михаил указал на точку, появившуюсяна экране. — Сможешь увеличить?
— Опа-на! Отличное место для засады.
Метеозонд позволил до вечера подробно отмониторить этот район лесопарка. Его практически не посещали, и никто в засаде из чужаков не сидел. Не зря МИДовцы или кто там за ними стоя выбрали это место. Семен задумался.
— Попробую завтра туда «Монитор» Службы Движения продвинуть.
— Зачем?
— Его аппаратура сможет засечь сигнатуру охранных устройств. Они в этом Союзе стандартны везде. Взломал один, взломаешь все.
— Ты думаешь о том же, что и я?
— К гадалке не ходи, в этом лядском домике бывают многие. В крайнем случае нароем компромат на нужных нам людей. Вдруг пригодится.
Михаил задумчиво потер шею:
— Надолго мы тут застряли. Потребуются финансы. Придется золото продать.
— Погорим. Надо бы раскрутить Алека. Он наверняка знает людей, у кого незаконно нажитые денюжки есть.
— Пережмем парня, он нас сдаст. Уже проходили.
— Остался вариант с больницей. Химия и никакого мошшенства!
— И не жалко?
— Нас бы кто самих пожалел. Деньги-то из Пироговой он взял!
— Ну да.
Михаил изначально не был злым человеком, но события последних лет закалили его совесть, а уровень человеколюбия упал на порядок. Встреченные им на пути люди чаще всего оказывались порядочным дерьмом, бесчеловечными выродками и крайне редко почтенными членами общества. Так что лучше отгородиться на время работы от мук совести крепким барьером. Целее будешь!
— Что нового?
Михаил вылез из подвала и потянулся. Подземная жизнь последних трех дней его здорово утомила. Но после беспредельных ограблений подпольных дилеров и маклеров им лучше было отсидеться в этой глуши. Лесной массив, в котором располагалось несколько старых дач и пансионов, на деле оказался подозрительно чист. Ни охраны, ни автоматических систем слежения, даже маршруты беспилотников пролегали в стороне.
 
Ходоки посчитали, что это было сделано намеренно. Кто-то в элите желал иметь место, где можно было спокойно расслабляться и вести темные делишки без лишнего пригляда со стороны.
Чтобы не светиться, они устроились в неплохо обустроенном подвале. «Ломанутые» у местных барыг деньги парни потратили на оборудовании и припасы. Доставили их к выбранному заброшенному зданию с помощью беспилотников, вырубив на полчаса систему автоматических полетов и симулировав сбой в программе. При желании можно было отследить маршрут и откуда пришли новые коды.
Но ходоки уже бывали не раз в этом Союзе, потому неплохо ориентировались в нравах социума. Больше всего здешние работники боялись гнева начальства. По сравнению со многими копиями последствия его были смешными, но в здешней копии Союзе так воспитывали людей, что мнение высшего начальства считалось для них чем-то священным. Поэтому никто не спешил докладывать наверх о собственных косяках или неурядицах. Мол, был банальный сбой программы, они время от времени случаются. Даже существовала некая круговая порука с неимоверно сложным ритуалом.
Первое правило ходоков — сразу ищи обходные пути!
— Прогони материал. Любопытные лица.
Они не таскали наверх ничего горячего, чтобы термальный всплеск случайно не попал в мониторы охраны. Пища подогревалась и съедалась внизу. Так, что сидя у экранов, приходилось пользоваться специальным термосом с трубкой. Михаил хлебнул кофе и закинул в ром печенюшку, плотнее запахнув защитную термонакидку. Кроме нее их маскировал натянутый сверху тент, который глушил работу аппаратуры. Навыки, полезные для любого высокоразвитого мира.
— Опаньки, да неужели!
— Ага. По ходу у этих блядей половина местного правительства тусуется.
— И чем они их берут? Три титьки?
— Скорее всего некие психотропы. Отдыхающие сначала в обязательном порядке пьют чай, и лишь затем идут наверх.
— Ну, тогда понятно, почему они устроились в таком укромном местечке. Люди приезжают за невиданными развлечениями. То-то прут девок со всей дури. Аж завидно. Я все думал откуда у них такой стояк. Прям, как у меня.
— Не льсти себе!
Лом появился к вечеру. И график программы «дома отдыха» тут же поломался. Нет, обязательный «чай» и расслабуха наверху присутствовали. Но затем внезапно внизу осталось несколько гостей и среди которых были как знакомые, так и незнакомые лица.
— Эх, жаль звука не записать. Окна там стоят непростые.
— Скажи спасибо, что видео пишешь. Попробуем потом через прогу, что по губам распознает, прогнать. А это что за шнырь такой нарисовался?
— Соловьев из Цэка. У него в прошлый раз с Рокотовым дела по золотишку случились. Человек со связями и влиянием. Но сейчас он явно чем-то недоволен.
— А это кто, гасится по углам, в камеры не попадает. Подозрительно.
— Он с Ломом как раз и приехал. Спортивный, двигается легко, говорит коротко, но после его короткой речи Соловьев, и его приятель сидят на диване с выпученными глазами. Подожди, да никак этот гладкий хмырь из органов?
— Ты прав, Сеня, все сходится. И он явно их шантажирует.
— Копируй запись и в прогу быстро! Не нравится мне это ни хрена. Валить нам надо отсюда срочно!
— Согласен. Иди собирайся.
Пока Семен закидывал в рюкзак самое необходимое, на его коммуникатор пришла корявая расшифровка переговоров в соседнем коттедже. И она крайне не понравилась опытному ходоку. Парень подхватил рюкзаки и рванул к дверям, бросая на ходу в коммуникатор:
— Миха, я на дорогу, ставить ловушку. Надо Лома освободить. Иначе нам отсюда никогда не выбраться.
— Согласен. Я сделаю нычку и сразу к тебе.
Осторожно пробираясь по темному лесу, Михаил прорабатывал план нападения. Это было крайне рискованно, но у них не оставалось выхода. Без резидента они останутся тут на неопределенное время. А это значит, что риск попасть в поле зрения МГБ увеличивается с каждым часом. Принцип работы ходоков — действуй быстро и резко! Они гости в здешнем мире и ничего их не должно сдерживать.