Безрассудный (ЛП)
Ноги не особо слушались меня. Мы несколько раз врезались в стену пока двигались в сторону лестницы. Наверное, меня не спасла бы даже трезвая голова, потому что я не смотрел куда иду, всё моё внимание было сосредоточено на одном человеке. Мои глаза, губы, дыхание, сердце, душа. Всё это принадлежало ей.
На лестнице я в конец потерял равновесие и споткнувшись повалился на ступеньки, чуть не придавив собой Киру. Она вся дрожала подо мной от желания, и я уверен, что мы сможем прийти в чувства только к утру. Ничего не имело значения сейчас поэтому мы оба рассмеялись. "Прости" пробормотал я в промежутке между поцелуями. Кира сходила с ума от моих прикосновений, спиваясь ногтями в мои плечи пока я продолжать покрывать ее поцелуями. Теперь я был сверху и это ощущение намного лучше, чем просто на кухонной стойке. Устроившись между ее ног, я вжался в нее своей возбужденной плотью. Она ахнула, почувствовав, насколько сильным было мое желание. Вот что ты со мной делаешь. Всё это для тебя. Я так сильно хочу тебя.
Она посасывала мочку уха, отчего каждый дюйм тела разрывался от желания. Нуждаясь в ее тепле, ее мягкости я снова нашел ее рот. Она запутала свои пальцы в моих волосах удерживая нас вместе.
Я стянул с нее пижамные штаны. Желая продолжения. Желая всю ее. Она помогла мне их стащить, когда они запутались на лодыжках и отбросила их вниз по лестнице.
Сама же принялась за мои джинсы, но пальцы не слушались ее. Она хихикнула на свою реакцию пока я гладил ее бедра, ласкал попку.
Перестав пытаться совладать с пуговицами на моих джинсах, ее руки вернулись к изучению жестких мышц на моей груди. Я посасывал ее нижнюю губу, пока мои руки двинулись от ее шеи ниже. Я почти дрожал от предвкушения прикосновения к ее груди. Я так давно хотел этого. Взяв в ладонь аккуратную грудь, я нежно рисовал круги вокруг возбужденного соска. Боже, это лучше, чем всё…
Я хотел взять его в рот, ласкать и ласкать, но я еще не закончил изучать ее тело. Кира извивалась подо мной, покусывая меня за плечо. Она сводила меня с ума. Ее стоны срывались каждый раз, когда я прикасался к ней, она изнывала от желания что еще больше меня заводило. Она уже могла почувствовать, как сильно я хочу ее, теперь я хочу почувствовать, как она готова для меня.
Лаская ее язык своим, я проник к ней в трусики. Она двинулась на меня, нетерпеливая, желающая чтобы я прикоснулся к ней там. Просто одна эта мысль чуть не заставила меня кончить. Я старался взять под контроль степень собственного возбуждения и одновременно безумно желал продолжения.
Я опустил взгляд вниз, где мои пальцы осторожно проникали в нее. Кира вскрикнула от наслаждения. Ее реакция сводит с ума. Чертовски мокрая. Горячая. Для меня. Она отчаянно хотела меня. Меня.
Она извивалась и стонала, в то время как я поглаживал ее изнутри как какое-то несметное сокровище. Она водила пальцами по моим рукам, плечам, впивалась ногтями, вжималась в меня, безумно желая большего.
— Пожалуйста Келлан… отнеси меня в свою комнату… Боже… пожалуйста, — шептала она.
Черт. Ее мягкие мольбы были самой горячей вещью из всех что мне довелось слышать. Я подхватил ее на руки и донес до двери. Как только она встала на ноги я сорвал с неё трусики и сам принялся стаскивать джинсы, ведь у Киры это так и вышло. Она засмеялась на свою неумелость, и я засмеялся вместе с ней. Ее улыбка, невероятная, прекрасная заставила меня хотеть ее еще больше.
Стягиваю наконец ее майку, мой язык тащит возбужденный сосок в рот, пробует и дразнит пока Кира стонет и прижимает голову ко мне. Немного поиграв, я толкаю ее на кровать. Снимаю боксеры пока она приподнимается на локтях и наблюдает за моими действиями. Смех прекратился, мы смотрим друг на друга какое-то время. В мире не было никого, кого я хотел бы больше, чем ее, и вот она наконец в моей постели, желающая меня…
Я забрался к ней и наши тела соединились. Ее кожа теплая, мягкая… совершенство…
Когда мы просто смотрели друг на друга я ощущал связь между нами, когда мы целовались связь, усиливалась. Мои руки бродили по ее телу, губы следовали за ними. Я покрывал поцелуями каждый дюйм ее тела, я поклонялся ей. Наконец мой рот добрался до внутренней поверхности ее бедер, забрел между ног. Я попробовал ее на вкус. Это было чертовски удивительно. Круче всего что было в моей жизни. Ощущать вкус Киры, ее безумное желание, ее стоны, когда она вжималась в меня, бормотала мое имя. Сидя лицом к лицу, она гладила меня, также, как и я покрывала поцелуями мое тело.
И теперь она добралась до моего заветного места, дразня, водила кончиком языка. Я больше не мог терпеть сладкие муки, мне отчаянно хотелось оказаться внутри нее. Я перевернул ее на спину и вошел в нее. Ощущение что я внутри нее взорвало к чертям весь мой разум. Мы смотрели друг на друга с полуоткрытыми ртами, хватая воздух из одного пространства. Она поглаживала большим пальцем мои скулы. Я никогда не испытывал такого тепла и нежности во время секса. Когда я уже начал двигаться внутри нее, до меня вдруг дошло что не надел защиту. Мое главное правило летело ко всем чертям. Мой мозг, еще наполовину мыслящий, послал мне мысль о том, что всё-таки не стоит нарушать своих правил… но Кира с таким обожаем шептала моё имя, что сопротивляться было практически невозможно, и мое сердце вразрез с голосом разума кричало мне оставить все как есть. Наконец-то мы были свободны. И никаких преград между нами. Мы так легко двигались навстречу друг другу, словно это был тысячный раз, а не первый. Это божественно, это нельзя передать словами, чистый кайф… Я надеялся, я позволил себе мечтать, что это первый из тысячи наших раз. Я не мог представить, я не хотел, чтобы это заканчивалось.
Наши движения были медленными, плавными, мы наслаждались, а не просто пытались кончить. Это нечто… Взрыв. Мощь. Адреналин… это круче, чем всё, что вообще можно представить.
Кира шепчет:
— Да. Еще.
Я наконец ускорился. Стоны вырывались из моего рта, и я впервые не мог контролировать свои эмоции. Я никогда не испытывал ничего подобного. Кира казалось тоже испытывает все эмоции словно впервые. Ее настоящие стоны не сравняться ни с одним из театральных криков моих прежних партнерш. Скорее они могли взять у нее пару уроков, чтобы попрактиковаться в искренности своих эмоций.
Я чувствовал, что приближаюсь к разрядке, одновременно желая этого и не желая заканчивать то, что сейчас происходит между нами. Быть внутри Киры − это сравнимо только с адом и раем одновременно. Рай, потому что это чистое блаженство, ад, потому что это не вечно. Кира запутала свои руки в моих волосах, отчаянно прижимая меня к себе, стоны ее стали более интенсивными. Она была на грани. Как и я. Черт. О Боже. Да. Я почувствовал, как мышцы сжимаются как из меня вырывается освобождение. Кира закричала практически одновременно со мной, и мы вместе пришли на вершину и после скатились с нее вниз. Это впервые. Никогда я не приходил к финишу одновременно с девушкой. Это в конец меня разорвало. Когда наконец я нашел в себе силы и взглянул в глаза Киры, то нашел там множество эмоций, настоящих, прямиком из сердца. Это выше всех ожиданий, мечтаний и прочего. Это изменило меня раз и навсегда. Сейчас и отныне я больше не смогу быть прежним. Ни я, ни Кира больше не будем прежними. Связь. Я всю свою жизнь, вступая в половой контакт, искал что-то, сам не зная, что именно. Я искал вот это. То, что происходило сейчас.
Глядя друг на друга, мы задыхались, пытаясь замедлить темп наших сердец. Я аккуратно вышел из нее, заключив в свои объятия. Когда-то я думал, что танцы с ней лучше всякого секса. Признаю, ошибался. Танцы даже близко не сравнить с сексом. По крайней мере не с сексом с ней.
Кира отключилась, дыхание ее стало спокойным. Я держал ее крепко в своих объятиях боясь пошевелиться, не веря в происходящее. Она здесь. Со мной. Я просто лежал и наблюдал как она спит. Это просто нереальные ощущения чувствовать ее мягкую кожу, ее легкое дыхание на своей груди. Я ощущал такую мощную связь с ней сейчас, а она спала, ни о чем не подозревая. Время летело, как вдруг в тишине Кира прошептала мое имя. Сердце дрогнуло в груди; она проснулась, и что я скажу ей. А что она скажет мне? Я напрягся и даже испугался, но она больше ничего не произнесла. Наконец я расслабился понимая, что Кира спит. И она думала обо мне во сне. Обо мне. Это поразило и озадачило меня, и мне стало любопытно, о чем же она мечтала.