Тёплые руки (СИ)

— Сегодня ночью… зажги свет, закройся в спальне. И не выходи ко мне, что бы ты ни услышал. И… лучше бы тебе проспать всю ночь.
— Да не смогу я без тебя, — бурчит Яр. — Спать. Но обещаю, если нужно. Если… так будет лучше. Но ты…
— Я буду опасен, — качает головой Саша. — Не впускай меня.
Яр сглатывает, цепляясь за него покрепче.
Пока ещё время есть.
***
Вечером Саша целует его так, будто прощается, и Яру чертовски от этого не по себе. Саша почти никогда не целует первым — в другой ситуации Яр порадовался бы тому, что Саша сам к нему потянулся, а не замер привычно, будто неуверенный, что имеет на это право, но сейчас…
…сейчас страшно.
Саша ему впихивает термос с чаем и пару плиток шоколада; сам дверь за ним закрывает и стоит над душой, пока не убеждается, что Яр заперся изнутри.
Яр замирает, беспомощно глядя на защёлку. Потом, вздохнув, садится прямо на пол, к двери спиной.
— Я слышу, что ты там торчишь, — неодобрительно говорят оттуда. — Иди на кровать.
— Ты же сам под дверью сидишь, — ворчит Яр в ответ. — Я тоже слышу.
Ему кажется, что он сквозь дверь спиной чувствует сашино тепло.
— Меня сквозняком не продует.
Яр, громко топая, идёт к кровати, сдёргивает с неё одеяло, заворачивается в него и демонстративно плюхается обратно на пол.
— Теперь ты спокоен?
— Я буду спокоен, если мы оба без потерь доживём до утра, — Саша там, кажется, затылком бьётся о дверь.
Яр тоскливо вздыхает.
Яру хочется взять его за руку и к плечу прижаться.
Вместо этого остаётся лишь обнять колени и ждать. Саша, он слышит, долго сидит под дверью; потом поднимается, начиная расхаживать по комнате. Громко натыкается на стол, рычит горлом.
Когда из-за двери доносится вой, Яр вздрагивает и зажимает уши руками. Он не понимает, больше там боли или ярости; он сашино «я буду опасен» сейчас слишком хорошо понимает.
Из-за двери его обдаёт теплом, затем сразу холодом. Саша, он слышит, по комнате мечется. Дверь дёргает, отшатывается, бьёт стену, начинает метаться снова…
Яр не знает, сколько это длится. Долго, слишком долго, — а ночь заканчиваться и не думает.
А потом со звоном разбивается окно, и Яр сжимается, чувствуя, что там, за дверью, Саша уже не один.
Повисает тишина, в которой Яр слышит, как сильно колотится его сердце. То, Что Стоит За Дверью, не издаёт ни звука, — но Яр ч-у-в-с-т-в-у-е-т, как Оно приближается.
Яр знает в глубине сердца, что дверь Ему не помеха.
Холодно.
А потом — вакханалия криков и грохот, как будто тело с размаху упало на пол.
Два тела.
Яр, заскулив, утыкается в колени. Звуки драки кинжалами в разум вонзаются.
С-т-р-а-ш-н-о.
Саша кричит — воет почти, и боли в этом звуке так много, что Яр не выдерживает. Сам толком не осознавая, дёргает защёлку, плечом врезаясь в дверь, и в гостиную вываливается.
Сердце спотыкается в груди. Разум мутнеет при одном взгляде на катающийся по полу клубок; Яр тяжело опирается о дверной косяк.
Его замечают, и Яр хватает ртом воздух. Лёгкие, как морозом, обжигает; Оно приближается, забыв о распростёртом на полу Саше, и Яр чувствует, как на сердце сжимается ледяная рука. Немо открывает рот, пытаясь дышать — бесполезно, в глазах темнеет; ноги подкашиваются, рука соскальзывает с косяка…
Саша на Это налетает сторожевым псом; Саша, кажется, буквально в него в-г-р-ы-з-а-е-т-с-я.
Яр пятится, пытаясь комок паники сглотнуть. Саша, с Этим расправившись, на него смотрит — и Яр шарахается, падая и инстинктивно пытаясь отползти; жмурится, впервые по-настоящему его пугаясь. Упирается в стену спиной, руками закрывается, чувствуя, что Саша приближается; от Саши не тепло сейчас — холод исходит.
Яр задыхается жалобным «Саш» и обречённо всхлипывает.
Последнее, что он слышит, — как хлопает дверь спальни.
***
Яр приходит в себя от того, что его мягко гладят по руке.
Тепло. Ему тепло. И пальцы его касаются т-ё-п-л-ы-е.
Он вздрагивает, открывая глаза.
Саша, сидящий перед ним, кажется сейчас пугающе маленьким и будто полупрозрачным. Саша так привычно закрывает ему глаза ладонью — Яр послушно жмурится, тихо всхлипнув. Сил совсем нет.
  
Саша виновато утыкается лбом в его ладони.
И молчит.
Яр его по голове гладит так же молча. Потом вперёд наклоняется, вслепую целуя куда-то в макушку, и за плечи тянет его на себя.
— Мы живы, — шепчет. — Это главное.
Саша судорожно прижимает его к себе и, кажется, плачет.
Яр гладит его плечи и смотрит на занимающийся за окном рассвет.