Сила стихии (СИ)
Удар ногой в бок оказался настолько неожиданным и сильным, что Прометей утратил концентрацию, и огненная сфера на его руке, мигнув, ярко вспыхнула, напоследок лизнула окружающее пространство метнувшимися во все стороны языками пламени, и растворилась, не нанеся никому особого урона. На секунду все опешили, не зная, как реагировать. Все, кроме Гефеста.
Невысокий, практически щуплый мужчина, который только что отшвырнул элементаля ступени Повелителя, наконец опустил ногу на землю и коротко, но веско скомандовал, заставив Глазунова вздрогнуть: он понял, почему голос начальника СЗГ, когда он приказывал найти и убить Кратова, показался ему знакомым.
— Вперёд.
Представители Семьи Гефеста как будто только этого и ждали.
Элементали Дома Прометея и опомниться не успели, как на них бросилась толпа на ходу покрывающихся металлом бойцов. Секунда — и холл наполнился звуками ударов и яростными криками. Казалось, инициатива полностью на стороне Гефеста: Дом Прометея был растерян и не смог оказать предавшей его Семье серьёзного сопротивления. Однако Михаил не обманывался. Он видел, что огненных элементалей было почти в два раза больше. Видел сильных и известных бойцов, быстро продирающихся в первые ряды. И, что самое худшее, — видел, как поднимается из каменного крошева Прометей, прожигающий Гефеста яростным взглядом из-под насупленных бровей. Не отводя от него глаз, Михаил встал на ноги.
«Момента лучше не будет».
Покрывшись доспехом, он бросился вперёд. Не оглянулся — в этом не было нужды; Глазунов прекрасно слышал, как за спиной синхронно загремели десятки ног, что принадлежали недавним врагам, по воле рока оказавшимся на одной стороне.
***
То, что началось, было сложно описать. Пожалуй, самыми подходящими словами были «сущий кошмар».
Прежде Кате казалось, что она пережила очень многое. Нападение бывшего парня с его другом, их убийство в машине, опасная работа в СЗГ — Катя думала, что она давно превратилась в матёрого, закалённого жизнью бойца, готового к любым поворотам судьбы.
Разразившаяся на пятом этаже бойня убедила её в обратном.
Надо отдать бойцам Дома Прометея должное: они быстро пришли в себя и дали решительный и жёсткий отпор элементалям Гефеста. Пламя разных оттенков яркими вспышками отражалась на металлических доспехах, с шипением поражая тех, кто послабее. Со всех сторон разносились крики, кто-то упал. Под ногами влажно хлюпнула кровь, быстро запёкшаяся от царящей в холле высокой температуры.
Пот, не успевая толком выступить на лице, тут же испарялся. Воздуха не хватало, но это было не так страшно: когда Катя увидела схватку Прометея с Гефестом, дыхание всё равно перехватило.
От щуплого металлиста не осталось и следа. Его место занял тяжеловесный рыцарь в сложном, сегментированном доспехе тёмно-серого цвета. Массивные наплечники усеивала россыпь острых шипов. Они же украшали костяшки кулаков элементаля, его локти и колени, а на голове, существенно удлинившись, образовали нечто наподобие мрачной, изгибающейся кверху короны. Прямо под ней располагалась узкая прорезь, в глубине которой скрывались холодные светло-серые глаза. Катя никогда не видела боевой формы Повелителя металлической стихии, и, надо сказать, она выглядела впечатляюще.
Но всё же меркла на фоне того, кто стоял напротив.
Если Гефест выглядел как рыцарь, облачённый в невероятный, фантастической сложности доспех, то Прометей казался настоящим исчадием ада. Его и без того мощное тело ещё больше раздалось в размерах, болезненно натянув ткань одежды; кожа взбугрилась толстыми венами и приобрела густой бордовый оттенок. Прометей был единственным элементалем из своего Дома, которого не окружал огонь, но и без него воздух вокруг старика искажался и подрагивал от запредельной температуры.
Прометей чуть наклонил голову вперёд, глядя на Гефеста из-под густых нахмуренных бровей. Его редкие волосы шевелились, словно от ветра.
— Почему? — только и спросил он.
— Потому что я не могу позволить тебе делать всё, что заблагорассудится, — прогудел из-под массивного шлема Гефест. — И потому что тебя давно пора было остановить. Ты зашёл слишком далеко.
Прометей печально покачал головой:
— Вот, значит, как. Не думал, что мой ближайший соратник предаст меня, да ещё и в такой момент, когда я буду сосредоточен на другом и не смогу защититься. Ну, — он прикрыл глаза и глубоко вздохнул, — Это твоё право. А это — моё.
Пол под Прометеем взорвался, обдав окружающих градом мелких осколков. Элементаль багровой тенью сократил разделявшее их с Гефестом расстояние и в прыжке вытянул руку, целясь кулаком в нижнюю часть шлема, но это не застало металлиста врасплох: среагировав практически мгновенно, он свёл запястья перед собой и успел удар на тут же сформированный щит.
От раздавшегося грохота перепонки жалобно застонали. Яркая вспышка резанула Кате по глазам. Перед ней выругался Глазунов. В отличие от девушки, дорога для которой оказалась расчищена, Михаил Сергеевич пробивал себе путь сам, щедро раздавая удары встречным элементалям, и яркое пламя, заставляющее щуриться и часто моргать в попытке вернуть глазам хотя бы немного влаги, отнюдь не добавляла ему настроения. Отпихнув от себя какого-то молодого парня, он потёр лицо рукой и чуть изменил направление движения, обходя Прометея по широкой дуге.
Наскоро созданный щит не смог полностью нейтрализовать урон от удара. Гефест, словно камень, выпущенный из пращи, отлетел назад, но Прометей не позволил ему удалиться; очередная вспышка — и он оказался совсем рядом, схватил Гефеста за ноги, раскрутил и с силой швырнул в сторону. Рыцарь даже не успел развернуться в воздухе, как врезался спиной в покрытые белым металлом ворота. Кате показалось, что его доспех тут же утратил часть своего лоска и потускнел, но это, разумеется, было всего лишь игрой света.
— Став Повелителем, ты возомнил, будто можешь противостоять мне? Ты? — Прометей презрительно скривил губы, приближаясь к медленно поднимающемуся на ноги Гефесту. Огненный элементаль замахнулся: — С твоей стороны это была большая ош…
Ни удара, ни фразы ему завершить не позволили. Прометея самым бесцеремонным образом прервал Глазунов, наконец вырвавшийся из толпы сражающихся элементалей: приблизившись к Главе огненного Дома со спины, Михаил Сергеевич в прыжке пнул его двумя ногами, отбрасывая прочь от Гефеста.
«Кажется, отбросить не получилось», — нервно заметила Катя.
От удара, в который Глазунов вложил все силы, Прометей всего лишь несколько неуверенных шагов и тут же восстановил равновесие. Мужчина удивлённо повернул голову, явно заинтересовавшись, что за смельчак посмел на него напасть. Увидев Михаила, он понимающе ухмыльнулся:
— Пёс, неспособный победить в одиночку, позвал своих щенков?
Со стороны массовой драки элементалей раздался особенно болезненный стон, и сразу после этого из толпы выбрался тяжело дышащий Скрипач, решительно сжимающий в руках окровавленные смычки.
Прометей рассмеялся:
— А вот и ещё одна псина! Пришёл отдать мне второй глаз, а?
Издав нечеловеческий рык, Скрипач бросился на огненного элементаля. Кирилл был быстр, нечеловечески быстр; оружие в его руках мелькнуло, смазалось, направляясь к шее Прометея, однако тот играючи отразил удар, просто подняв вверх руку. Струна, способная разрубить человека пополам, с жалобным звоном лопнула, не оставив на запястье мужчины ни царапины.
Прометей грубо пнул Скрипача в грудь. В момент удара на долю секунды вспыхнуло пламя, и Кирилл с болезненным вскриком отлетел назад и покатился по полу, пока не ударился о стену. Катя увидела, что куртка на нём опалилась, обнажив металлический доспех. Судя по всему, изначально он был похож на кольчугу, но после пропущенного удара оплавился, так что теперь определить его изначальную форму было затруднительно.
Прометей громко и обидно рассмеялся:
— И с такими силами вы решили напасть на меня? Серьёзно? Да ну бросьте, драться с вами поодиночке мне даже не интересно. Атакуйте вместе!