Третий Завет. Тетралогия (СИ)

Сбоку проявилась клепсидра, почти обычного вида. Только капает из неё не вода, а будто раскалённый добела металл. Пустая иллюзия. Смысл имеет только суть. А она проста – время на совершение выбора, как обычно, ограничено. Но пара минут у меня есть. «Одержимость» отметаю сразу, девиз «Меня ведёт Сила!» не по мне. Оно и звучит отталкивающе, и слишком памятны недавние события. Второй и третий варианты – под вопросом, так как я крайне смутно представляю, что стоит за этими словами. Возможно молитвы, и тогда я бы обязательно выбрал что‑то из них. Но есть первый вариант. Да, он вызывающе подозрительно стоит на первом месте, как будто Система сознательно его подсовывает. Но я достаточно опытен, чтобы ни бездумно хвататься за первое попавшееся предложение, ни отвергать то, что может быть подсказкой.
– Первый вариант.
И – ничего не произошло. Я сидел на снегу, а рядом негромко гудела толпа, занятая своими делами. Чем бы ни был навык Хаоса, он не сработал. Или?.. Вызываю меню персонажа и любуюсь на новую закладку: «Способности Хаоса». На соответствующей странице – девственная чистота, за исключением одной короткой записи:
Медитация – в этом состоянии расслабленной сосредоточенности, становится доступно отрешённое наблюдение за происходящим. 
Развивайте это умение самостоятельно или обратитесь к ближайшему Наставнику.
Всё. Минимум общих знаний и никаких пояснений, уровней, рангов, предложений пожертвовать ОС… Похоже, этот навык надо развивать по старинке – годами практики. Описать охватившую меня досаду не хватит слов. Да я их и не нашёл. Подловил себя на том, что сижу, выпрямив спину и глубоко вдыхая и выдыхая морозный воздух. И уже, видимо, не первую минуту. Осознание этого едва не сбило меня с ритма, но обошлось. Так что я посидел ещё немного, успокаиваясь, а потом просто встал на ноги. Машинально проверил количество «маны». Восстановилась полностью, причём не только она, но и «вера» почти на четверть. Буду так называть энергию веры. Вот только я не знаю, сколько времени просидел на снегу. Вроде не замёрз, но судить лишь по этому показателю сложно. Может быть, силы восстановились сами по себе, если я просидел достаточно долго?
Кстати, я ведь могу поглощать ману не только из Глэйса, но и из окружающих. Магические силы есть далеко не у всех адептов Господа, но у всех есть единичка в Вере. И подавляющее большинство никак её не использует. Так что я окинул взглядом копошение толпы, проверил состояние своего коня, у которого «вера» успела восстановиться примерно на половину, а «мана» – лишь на несколько единиц, и пошёл к раненым. Благо их оттащили недалеко от меня, к единственному костру, дававшему хоть какую‑то иллюзию тепла.
Знакомая фигура заметила моё приближение сразу, и рыцарь шагнул мне навстречу.
– Сан Ян! Я восстановил силы и могу помочь пострадавшим, но кому‑то одному.
– Отлично, – врач приветливо мне кивнул. – Предлагаю заняться Ту Чонгом, он ранен наименее тяжело из всех. Я провожу.
– Может быть, имеет смысл первым делом помочь тем, кто пострадал сильнее всего?
Монгол, или кто он там на самом деле, раздражённо поморщился.
– Тем, кто пострадал сильнее всех, нужен священник, а не врач. Я ведь на пальцах уже всё объяснил Римаю.
Я примирительно развёл руками.
– Давай попробуем помочь самым тяжелым, а потом, обещаю, я займусь легкоранеными.
– Надеешься спасти всех? – как‑то устало спросил врач. – Что ж, это твоё право и твой выбор. Только учти, что скоро нам придётся уходить из этого места. И вопрос лишь в том, сколько тел нам придётся тащить на себе. И что мы станем делать, когда люди начнут слабеть или кто‑нибудь, а такие обязательно появятся, сломает или подвернет ногу? А потом мы столкнёмся рано или поздно с обезьянами, и появятся новые раненые. Ты действительно думаешь, что сможешь спасти всех, рискуя их всех погубить? Или лучше гарантированно спасти многих?
– В свой первый боевой поход я ушел в двенадцать лет, – я тоже начал закипать. – Я знаю, что почём, и мне доводилось добивать раненых, чтобы они не достались врагу. Не надо объяснять мне элементарные вещи.
 
– Извини, – союзник прикрыл на секунду глаза, вздохнул, и повернулся в сторону группки, скучковавшейся вокруг раненых. – Пойдём, кое‑что лучше увидеть своими глазами.
Он развернулся и не оборачиваясь сделал несколько шагов к одному из лежачих тел.
– У меня у самого есть магический дар, и я знаю, с какой скоростью восстанавливается мана. Вот, смотри. Ранение в живот. Часть кишечника осталась на месте боя, но он ещё жив. Ты уверен, что хочешь потратить все силы именно на него? Или вот лежит его сосед. Внутренняя часть бедра рассечена до кости. Я наложил жгут, но ногу надо отрезать. Хотя это бесполезно, слишком велика кровопотеря. Каковы его шансы выжить? Или, может, ты сумеешь срастить мясо, кожу и кости, а потом восполнить кровь в жилах?
– Нет, – я смотрел на обоих раненых спокойно и холодно. В уме я прикидывал доводы за и против. Бесполезно. Даже если альвы появятся прямо сейчас, то каковы наши шансы дотащить их в местное селение или город? Нет, в жизни всегда есть место чуду, но уповать на него стоит лишь если иных надежд не осталось.
С лёгким сожалением я прошептал положенные слова молитвы, достал дополнительные рукавицы, оружие и легко кольнул первого раненого в шею. Подождал несколько мгновений, пока имя над головой союзника не исчезло. Теперь это просто труп. Я шагнул ко второму и коснулся древком оголённого участка руки. Тело дёрнулось, как будто приходя в сознание. Указатель уровня сменился с цифры «1» на цифру «2». Причем над союзником повисла «Кровавая метка» убийцы. Ожидаемо, это же Система. Кто получил «отравленные» очки, тот и негодяй.
Врач быстро присел, наваливаясь и удерживая раненого руками. Я присел следом, сдвигая в сторону одеяло и просовывая в окровавленную прореху штанов ладонь, сразу нащупав отсыревшие липкие тряпичные ленты.
Исцеление
В этот раз разрешение на использование магической энергии вручную давать не пришлось. Я уже разобрался, как это сделать по ходу, так сказать, процесса. Повел ладонью вдоль раны, и прекратил лечение, как только почувствовал первые признаки недомогания. Нет смысла выжимать себя как тряпку и потом долго восстанавливаться. Около двухсот пятидесяти единиц маны и более полусотни веры как корова языком слизала.
Раненый опять застонал, но в этот раз очнулся. По крайней мере, глаза его распахнулись.
– Эй, слышишь меня? Жить хочешь? – тот захрипел. – Вложи свободные очки параметров в живучесть. Все в живучесть, или сдохнешь.
– А‑а‑а…
Новую попытку произнести нечто внятное не дал сделать Сан Ян. Он торопливо сунул раненому в рот деревянную ветку, которую рыцарь тут же сжал зубами. А я встал и громко позвал к себе Марио Мацольди. Для определения параметров рыцарей мне сейчас как нельзя кстати будет его помощь. Ну и надо собрать с присутствующих энергию, с тех, кто способен мне её дать.
Самое противное, что проверить всех рыцарей мы с Марией так и не успели. А сейчас я должен выбирать между продолжением этой проверки и жизнью раненых. Сволочи. Мерзкие изменники ухитряются вредить даже мёртвыми. Что ж, буду считать, что явные предатели проявили себя сами. А ради какого‑то затихарившегося одиночки нет смысла затевать продолжение проверки и тратить веру. Вреда выйдет больше, чем пользы.
Партии разведчиков разбрелись по окрестностям, внимательно изучая следы. Ко мне по одному подходили адепты, чтобы я «выпил» их энергию веры и ману, если она у рыцаря была. Почему‑то первая поглощалась мною гораздо легче, чем вторая. Может быть дело в том, мы все присягнули Господу, а я выше их в иерархии? Не знаю. Так или иначе, но поглощать чужую веру оказалось выгоднее, чем ману или пытаться восполнить запасы энергии медитацией. Благо ветеранов было много, более полутора сотен, поэтому к тому моменту, когда я поглощал веру последнего, у первого она успевала полностью восстановиться. Практически бесконечный источник. Я даже засомневался в правильности своего решения добить смертельно раненого. Гадать правильно ли я поступил – бессмысленно. Думаю, что правильно. Эффективность моего исцеления заметна глазу, но не более того. Полагаю, я смогу зарастить за один сеанс небольшую трещину в ребре. Но открытый перелом или рваная рана требуют множества актов исцеления. Ориентировочно, десятков или сотен, в зависимости от тяжести ранения. А раненых шестнадцать человек. По десять минут моего времени на каждого – это уже придётся провозиться два с половиной часа, только чтобы по разу наложить исцеление на каждого. Я посчитал, сколько времени займёт у меня их лечение и пригорюнился. Допустим, в сто раз больше. Это десять суток без перерывов на сон и еду. Есть от чего впасть в уныние, не правда ли?