Третий Завет. Тетралогия (СИ)

– Ты планировала это с самого начала?
Мэрион завозилась, перебираясь ко мне на колени и поудобнее на них устраиваясь.
– Нет. Озарение посетило меня в момент нашей близости в прошлый раз, когда мы обменивались магической энергией при лечении раненых. Кстати, твоя маскировка стала гораздо лучше с тех пор, а ты – сильнее. Не волнуйся, я уже не вижу твоих параметров, но всё ещё могу чувствовать личную силу.
Она закинула свои руки мне за плечи и посмотрела глаза в глаза.
– Помнишь, как мы обменивались энергией в прошлый раз? Я ещё говорила тебе, как важен плотный телесный контакт.
Наверное, я показался девушке недостаточно решительным, так как она решительно дёрнула меня за ухо и, наклонив голову, шепнула:
– Ты боишься гнева Лунный Свет? Не бойся. Если он и падёт, то на меня.
Интерлюдия. Ледяной Трон
Отступление автора: 
Слегка изменено начало предыдущей главы и добавлена концовка (выделена цветом). Новый эпизод даст моим читателям понимание, что название прошлой главы – «Тёмная сделка» – дано по совершенно другому поводу, никак не связанному с соглашением главного героя с эмиром Белого Замка. 
Интерлюдия. Ледяной Трон 
И я трублю в свой расколотый рог боевой 
Я поднимаю в атаку погибшую рать 
И я кричу им – "Вперёд!", я кричу им – "За мной!" 
Раз не осталось живых, значит мёртвые – Встать! 
(С. Калугин, «Последний воин мёртвой земли») 
Он сидел в медитативной позе лицом к камню для жертвоприношений и размышлял. Инкрустация кровавой яшмы на чёрном влажно блестящем обсидиане создавала иллюзию льющейся с Камня крови, отсекая лишнее и настраивая мысли на нужный лад.
Ледяной воздух приятно холодил свежеобретённое тело, разгорячённое недавней тренировкой и жаром, идущим от чуть перенапряжённых энергоканалов. Одержимому надлежит заботиться о своей оболочке, – как говорится: «в здоровом теле – здоровый дух». Младший бог (по классификации Системы – расовый ранг B) с силой выдохнул, с удовольствием наблюдая облако образовавшегося пара. Всё‑таки в обладании материальной оболочкой есть своя прелесть, которую приятно вспомнить после веков, проведённых в бестелесности. Плоть несовершенного существа всего лишь ранга D уязвима, но банши не боялся простудиться. Глаз легко скользил по причудливо извивающимся прожилкам инкрустации на чёрном фоне обсидианового жертвенника. Пожелав, в них иногда можно было разглядеть осмысленные картины, но чаще они оставались всего лишь красивыми абстрактными узорами. От Камня шёл устойчивый и ровный поток холодной успокаивающей разум силы. Помимо прочего, он служил ещё и мощным инструментом при проведении магических обрядов и ритуалов, в частности – немного усиливал интеллектуальные способности медитирующего, помогая в принятии сложных решений.
За пределами защитного круга рядами лежали покрытые изморозью тела. Тысячи и тысячи тёмных эльфов, – далёкие стены зала, подпираемого покрытыми льдом массивными колоннами, тонули во мраке. Мужчины, женщины, дети… Он, как Хранитель Рода, не пожелал ничего здесь менять. Когда‑то это место было убежищем, одним из сотен других, рассеянных по всему миру. Но лишь в этом когда‑то родился Он. На далёкой отсюда поверхности планеты ещё кипела, мучительно угасая, проигранная битва, а здесь те, кого не имело смысла использовать в бою, приносили себя в жертву, – матери сами убивали своих детей. Отчаянная и безнадёжная попытка уже не победить, но хотя бы отомстить. Они умерли, а Он родился. Это не было запланировано, ритуал не предусматривал рождения Бога. Злая насмешка судьбы, выразившаяся в событии исключительной редкости – рождении Хранителя. Хранителя, которому уже некого было оберегать.
Итак, Он вновь пробудился. Что дальше?
Продолжать бессмысленное и давно наскучившее существование? Почему бы и нет? До сих пор Его это вполне устраивало. Доставшаяся при рождении Искра Хаоса  надёжно защищает от взора самонадеянных Пророков миров Порядка, и объявившаяся во владениях банши альвийская богиня третьего уровня никого не найдёт. Его искали и не такие. Некоторые полагают, что тлеть как гнилушка тысячи лет лучше небытия. Большинство подаривших Ему жизнь, в глубине души надеялись выжить, даже если сами не отдавали себе в этом отчёта, уж Он‑то знает. И именно эта подспудная надежда и желание жить, пусть и вопреки всему, вели Его даже тогда, когда выцвели и потеряли смысл все остальные желания и чувства. Века жестоких сражений, в которых Он не жалел ни себя, ни врагов, достигнув невероятных успехов в постижении аспекта Смерти, неожиданно не прервали Его существование в очередном бою, а принесли высший – десятый – уровень, за которым должно было последовать перерождение в Старшего бога и возможность что‑то изменить в своей судьбе. Но этого не произошло. В Его расчёты где‑то закралась ошибка, какие‑то обязательные условия не были соблюдены, и Он «застрял» на своём уровне и ранге.
 
Просить совета или помощи было не у кого. Друзей у Него не было, а пленники сами не знали ответа. Бросить личный вызов какому‑нибудь Старшему богу? Есть куда более простые способы умереть, – разница в силах между ними слишком велика. В теории, при большом везении Он мог бы убить неопытного, слабого и беспечного Старшего внезапной атакой из засады. Но Старшие боги первого уровня не атакуют чужие миры лично, а к более могущественным с Силой приходит и жизненный опыт. Атаковать такого – бессмысленное самоубийство. Он и выжил‑то первые века после своего рождения лишь потому, что о Его существовании долгое время никто просто не подозревал, а Храмов, в традиционном понимании этого слова, у Него никогда и не было. Заводить – не имело смысла, Храм бесполезен в отсутствие верующих, и лишь потребляет ресурсы, делая бога уязвимым. Вполне возможно, что он «застрял» в своём Восхождении именно поэтому. Но проблему отсутствия верующих решить не в Его силах, – мёртвому не дано породить жизнь. По крайней мере, так принято считать.
Разумеется, Он перепробовал всё. И всё оказалось тщетным. Долгое время Он не желал признать своё поражение, просто не мог поверить, что зашёл в тупик. Остановка в развитии – это смерть, даже в отсутствие сиюминутных опасностей. Рано или поздно найдётся противник, который прервёт Его унылое и ставшее бессмысленным существование. Это попросту неизбежно. А Его народ так и останется неотомщённым. Он всё равно пытался найти решение, что‑нибудь придумать, но ничего не получалось и это приводило в бешенство и исступление. Мысль покинуть мир, бросив тот на произвол судьбы, была Им с негодованием отвергнута, так как стала бы ненавистным предательством, бессмысленным к тому же. Именно здесь – источник Его Силы, и оставив это место Он потеряет всё. Просто угаснет, начав деградировать без энергетической подпитки. Хранитель Места не может покинуть свой пост, безнаказанно, по крайней мере.
В попытке погасить сжигающий его изнутри пожар, Он искал и убивал недобитков из числа старых врагов, не сумевших или не пожелавших сбежать из умирающего мира, но и это не помогало. Ярость постепенно угасала, не находя новой пищи, а дух погружался в уныние, пока Он не опустился до торга. Младший бог, пытающийся «договориться» с самим собой, – жалкое зрелище. В ту пору Он создал кучу островков‑осколков, которые заселил остатками выживших врагов и призванных существ из иных миров. Как ни странно, определённый смысл в этом безумном решении неожиданно нашёлся, так как эпизодические убийства их беспокойных обитателей позволяли поддерживать в тонусе Его угасающие в бездействии дух и разум. А потом Он смирился. Эмоции угасли, и размышления о собственном поражении уже не вызывали ничего, оставляя спокойным и безучастным. Со временем Он погрузился в отупляющий ступор, напоминающий кошмарный сон, в котором ты шагаешь к краю обрыва, прекрасно понимая последствия, но тебе наплевать. И это состояние равнодушного, наполненного обречённостью, покоя было внезапно нарушено неожиданной системной миссией, оповестившей Его о возвращении былых соплеменников и призвавшей на новую битву.