Третий Завет. Тетралогия (СИ)

На первый взгляд, я сейчас знаю о длинных мечах всё. Но если задуматься, то ведь мечи бывают разными, а от мастера ждёшь умения сражаться любым клинком. Опять же, мастер должен уметь эффективно противостоять противникам, вооруженным самыми разными видами оружия, знать все уловки, которые могут применить против него в бою. А для этого надо эти уловки знать и иметь представление о возможностях, которые даёт то или иное оружие. Некоторое понимание у меня есть уже сейчас, но я чувствую, что предела для самосовершенствования нет. Можно ли загнать мастерство в некие условные ранги и уровни? Почему бы и нет? Мастера всегда можно отличить от зелёного новичка, а значит говорить о существовании градации мастерства оправданно. Система всего лишь условно проводит чёткие границы там, где они размыты.
На текущий момент я знаю достаточно обширный, но всё‑таки ограниченный набор уловок и приёмов. И я не только махание мечом имею в виду. Те же дыхательные упражнения. Сбить в бою дыхание – смерти подобно, но это нельзя назвать фехтовальным приёмом или уловкой. Да и сами приёмы уже с третьего уровня «Владения мечом» кажутся не более чем костылями. Поначалу они помогают, но потом приходит понимание, что они предсказуемы и в противостоянии с опытным противником больше ограничивают и мешают, чем помогают. Настоящий мастер не скован шаблонами и может импровизировать прямо в бою, сначала подстраивая изученные приёмы под себя и свою манеру боя, а потом и вовсе отказавшись от опасной предсказуемости любых шаблонов. Я овладел этим искусством, но значит ли это, что я упёрся в потолок и ничего выше просто не существует? Или это иллюзия, нечто наподобие шор у лошади или «замка» на расовом Пределе? На личном опыте я знаю, что более умелый и опытный мастер вполне способен уверенно победить менее умелого и опытного. А значит, уровни мастерства существуют, и ощущение собственного всемогущества не более чем иллюзия и самообман. Как жаль, что в общении с альвами я не задавал нужных вопросов. Мэрион упоминала как‑то вскользь некие Школы, но тогда это не привлекло моего внимания. Жаль, но для того, чтобы знать, что спрашивать, надо уже обладать некими знаниями.
Сейчас Система предлагает мне выучить некую технику, возможно, некий стиль ведения боя. Что‑то, в чём я буду особенно силён. Досадно будет, конечно, получить какую‑нибудь ерунду, но что измениться от моего отказа? Скорее всего, подобное предложение делается лишь однажды, и, отказавшись от выбора Школы, я потеряю шанс получить нечто ценное, а Система всё равно сделает выбор за меня, только навык выдаст заведомо ущербный, который фактически остановит моё развитие как мечника. Не с моей удачей полагаться на случай, особенно если бросок костей в этой игре совершает Лукавый, но иногда хорошего выбора просто нет.
Принять 
Не возникло ни подтверждения, ни каких‑либо оповещений. На меня просто будто упала сверху Тьма, а когда я вновь осознал себя, то стоял на какой‑то ровной поверхности в непроглядном мраке. Тишина вокруг царила мёртвая, но воздух слабо пах влагой. Я осторожно переступил с ноги на ногу, чтобы понять, что наличие тела мне не мерещится, и под ногами слабо хлюпнуло. Я попробовал зачерпнуть эту воду, но вода прошла сквозь ладонь, как будто я попытался зачерпнуть густой воздух. Впрочем, почва под ногами была на ощупь вполне настоящей – мокрый песок. Стряхнув его с пальцев, я выпрямился и активировал «Глаза мёртвых».
Не равнина, а рукотворная площадка. Навык почему‑то сработал намного более эффективно, чем ожидалось, заслоняющей обзор туманной дымки не было вовсе, и взор легко пронзал расстояние. Я стоял в центре гигантского Амфитеатра, построенном в римском или греческом стиле, точнее сочетающем их оба, и не похожий ни на что, виденное мною ранее. Гигантские, местами обвалившиеся, колонны вздымались на высоту десятков метров, поддерживая остатки давным‑давно рухнувшего свода, защищавшего трибуны. Сами они вырастали из удалённого от меня края, ступеньками поднимаясь на высоту многоэтажной башни. Впрочем, беспощадное время не пощадило и их. В одном месте каменная постройка вообще провалилась внутрь себя, образовав страшненький провал, в глубинах которого виднелись остатки уже каких‑то внутренних помещений. И это – Школа боевых искусств? Похоже, я опоздал с визитом сюда лет этак на тысячу.
 
Внезапно всё залил ослепительный свет, заставивший меня зажмуриться, а когда проморгался, «Глаза мёртвых» уже отключились, а вокруг царил яркий солнечный день. Я стоял в центре арены всё того же величественного Колизея или Амфитеатра, вот только этот был как новенький. Великолепное строение, вызывающее чувство восхищения и гордости за тех, кто построил это чудо. Со стен, на одинаковом расстоянии друг от друга, свисали, чередуясь, огромные полотнища стягов – стилизованные под вычурные щиты гигантские полотнища треугольной и прямоугольной формы. Впрочем, на расстоянии они уже не казались особенно большими. На первых – незнакомый герб с изображением простых ручных весов. А вот прямоугольные стяги были двухцветными, – разделенными косой диагональной чертой на белую и чёрную половины, напоминая «босеан»* тамплиеров. Я даже вздрогнул.
* Строго говоря, «босеан» – это военный клич, который дословно переводится «на помощь», в значении «иду на помощь», конечно. Однако гонфалон (боевое знамя) тамплиеров, тоже назывался «босеан». На нём были изображены белая и чёрная полоса, расположенные одна над другой. Характерная чёрно‑белая эмблема часто наносилось и на щиты братьев Ордена. 
Автору доводилось видеть две разновидности реконструкции «босеана»: «белый верх, чёрный низ» и «чёрный верх, белый низ». Я не смог достоверно установить, как выглядел «босеан» на самом деле. На сохранившихся фрагментах фрески XIII века из бывшей тамплиерской церкви Сан‑Бевиньяте (Перуджа, Умбрия, центральная Италия) верх белый. Но насыщенность красок указывает на то, что изображение реставрировалось. Если реставрация проводилась ранее XX века, то это обесценивает достоверность изображённого на фреске, так как в то время даже в западной Европе никому не было дела до того, какие цвета были у тамплиеров на самом деле, и тогдашние реставраторы могли дорисовать что угодно. Но в теории, белое «небо» должно находиться над чёрной «землёй». 
(примечание автора) 
– Школа Равновесия, приветствует тебя, странник.
Я резко обернулся, непроизвольно опуская руку на рукоять оружия.
Высокий смуглый, жилистого телосложения человек, несомненно воин, хотя и странно одетый, в одну лишь простую рубаху до середины бедёр и свободные штаны, даже не сморгнул, глядя на меня с холодным интересом.
– Выбор без выбора.
Слова вырвались раньше, чем я успел подумать. Но вообще‑то, какого Падшего? Что вообще происходит?
Губы незнакомца слабо дрогнули.
– Возможно, Система не сочла тебя достаточно значимой фигурой, чтобы предоставить подобный выбор. А может причина в чём‑то ещё. Некоторые события лишь кажутся случайными, другие вроде бы случайны, но Система делает некоторые «случайности» вероятнее прочих.
Я собрался, и собеседник это заметил.
– Главное, что ты здесь. Цель твоего визита мне известна и я, разумеется, готов исполнить свой долг. Девиз нашей Школы: «Мера и порядок во всём». Готов ли ты испить из колодца нашей мудрости и принести обеты верности, храбрости и молчания?
Призыв сразу же принести обеты, напоминающие монашеские, да ещё и непонятно кому, разумеется не вызвал у меня энтузиазма.
– Нет, не готов. Я про обеты.
Воин несколько мгновений молчал, как будто удивляясь или давая мне время передумать.
– Могу ли я поинтересоваться причиной отказа? – спокойно вопросил он, спустя несколько ударов моего сердца.
Мне внезапно пришло в голову, что предыдущие слова прозвучал слишком уж резко. Да, я вижу этого человека первый раз, но это не повод забывать о простой вежливости.
– Я приношу свои извинения за невольную обиду, быть может, причинённую моими словами. Но я ничего не знаю о такой Школе, и не слишком доверяю незнакомцам.