Варнак. Книга четвертая (СИ)

— Первый номер, поправка, правее на тридцать метров. Второй номер левее на тридцать метров.
— Слушаюсь, — отвечают оба арбалетчика.
— Не стрелять без активации артефакта, а то побежите за ними сами, прямо к наступающим оргам, — дополняет мой приказ Шершень.
Вот раздаётся трубный гул из рога главного орга и все колонны срываются на бег. До стены им бежать триста метров, но даже с грузом, они бегут очень быстро. Благо, прежде чем применять артефактные стрелы, мы провели стрельбу имитацией, с такими же утяжелителями, поэтому места попаданий, были точно рассчитаны.
Когда до отметки остаётся десять метров, я командую,
— Огонь.
— Активировать артефакт! Огонь, — командует шершень, непосредственно арбалетчикам и те точно исполняют приказ. Две большие стрелы в виде небольших копий, срываются со стены и улетают в сторону приближающихся противников, и никого не задев, вонзаются в землю, как раз между несущими лестницы отрядов.
Через две секунды раздаются два мощных взрыва, накрывающих часть поля пылью. Взрывы очень мощные, и даже за сто метров до нас долетают комья земли, а ударная волна заставляет отшатнуться от стены.
— Перезарядка, — кричит шершень.
Пыль оседает довольно быстро, поэтому видно, что потери среди противника хоть и есть, но не такие существенные. Две воронки по пять метров глубиной, несколько десятков тел, убитых и раненых оргов, но большая часть, поднявшись, от сбившей их на землю ударной волны, продолжают штурм.
— Арбалетчики, огонь по готовности! — кричу я и полсотни стрел устремляются в поднимающихся оргов.
Да, дистанция большая, но пока есть возможность, нужно воспользоваться дезориентированными оргами. Дротики находят свои цели, хотя и всего десяток противников не могут продолжить штурм, но и это в нашей ситуации немало.
Раздавшийся звук горна со стороны командира оргов, подстёгивают замешкавшихся противников к продолжению штурма.
На дистанции в пятьдесят метров Шершень докладывает,
— Арбалеты перезаряжены.
— Первый номер. Десятый отряд справа. Второй номер, десятый отряд слева, огонь по готовности, — командую я.
— Прицелиться. Активация! Стреляй! — командует Шершень и я рад за это, в горячке боя уже забыл, что перед выстрелом нужно активировать артефакты. А ведь, судя по вздрогнувшим гвардейцам, они сами это забыли и, спешно активировав артефакты на наконечниках дротиков, стреляют в подбегающую толпу оргов.
Надо сказать, что даже в моём мире, во время вооружённых стычек, неопытные солдаты часто кидают гранаты, забывая выдернуть чеку и это неединичные случаи. А здесь к подобной активации вообще не привычны и было бы безумно обидно, отправь те стрелы, не активировав артефакты.
Два мощных взрыва разносятся с двух сторон, поднимая новые клубы пыли и раскидывая строй штурмующих.
— Лучники — огонь по готовности! — кричу я, добавляя маны в голос, чтобы перекричать шум в ушах от звука взрывов.
Арбалетчики не зевают и с небольшой дистанции, метко стреляют в крупные фигуры противника. Практически половина выстрелов настигает свои цели, выводя замешкавшихся оргов из строя.
Опять гудок рога и вот первые лестницы уже поднимают вверх, чтобы уронить их на верхнюю часть стен. Копейщики метают дротики, кто-то уже кидает сосуды с маслом, и поджигают две лестницы с карабкающимися на них оргами. Другие наёмники пытаются спихнуть приставленные лестницы, роняя их вдоль стены.
Штурм переходит к своей горячей фазе и сейчас от того, удержим ли мы стену, будет зависеть жизнь всех людей в крепости. Я не остаюсь в стороне и схватив копьё, с силой запускаю его в ползущего по лестнице противника, но тот ловко прикрывается щитом. Зато отвлёкшись, он не успевает прикрыться от другого броска гвардейца, и копьё вонзается ему вбок, отчего он замирает и пытается его вытащит. Здесь уже стреляет арбалет и пронзает орга вместе со щитом, сбрасывая с лестницы. Я уже хватаю второе копьё и метаю его в следующего противника. Рядом на стену падает ещё одна лестница и наёмники отвлекаются на неё, а я пытаюсь попасть в лезущих ко мне оргов. Сразу четверо, быстро взбираются по лестнице, прикрывшись щитами, но тут в первого попадает кувшин с маслом, а следом зажжённая стрела. Орг вспыхивает и с жутким воем бросается с лестницы вниз, я же атакую следующую цель. Рядом на стену падает узкая лестница, по которой ползут гоблины, атакующие крепость, но их метко сбивают два лучника, стоявших правее. Вот только орги не так беззащитны и одного лучника сносит со стены, тяжёлым камнем и тот падает с восьми метров внутрь крепости.
  
В какой-то момент орги достигают стены и одним рывком, сразу два из них, заскакивают на стену, справа от меня, тесня наёмников. Приходится выдернуть меч, резко ускориться и атаковать их. Замедляю время практически до максимума, а затем бросаюсь в ноги ближайшего, перерубая ему сухожилия под правой коленкой. Выскакиваю между ними и подпрыгнув, атакую стоящего ко мне второго орга, вонзая меч точно под срез шлема, протыкая его затылок и мгновенно убивая. Оборачиваюсь, но первого противника, который отвлёкся на меня, уже насадили на копья два моих гвардейца, а затем бросились сталкивать лестницу, по которой они залезли.
Трачу несколько секунд, чтобы оценить ситуацию и вижу, что крепость пока держится, а вот нападающие явно теряют инициативу. Арбалеты стреляют с завидной частотой, практически не промахиваясь с такой дистанции, да и защитники не сидят без дела. Если бы не мои артефакты, расстроившие слаженную атаку и выведя из строя столько противников, то штурм мог завершиться успехом, а так я уже вижу, что у оставшихся в живых оргов, нет никаких шансов. На ногах осталась, примерно сотня и многие из них ранены, это понимает и их командир, который даёт сигнал к отступлению, после которого орги бросаются обратно, в сторону лесополосы.
Ещё минуты,я смотрю на убегающих противников, которые по возможности подхватывают своих раненых соплеменников, а затем над крепостью слышится всеобщий крик радости.
— А-а-а.
Кричат все, наёмники, гвардейцы и даже командиры отрядов, поддаваясь общему ликованию. Стратегия, которую я выбрал, принесла нам победу, хотя и не бескровную. Потери с нашей стороны не маленькие и сейчас раненых спешно оттаскивают к временному госпиталю, где работает целительница и её помощники.
— Это славная победа! — радостно сообщает Калач, держась за левую руку, которая вся в крови.
— Но и потери большие, — отвечаю ему, смотря, как к госпиталю несут раненых.
— В любом случае, при встрече с таким врагом, потери небольшие. Если бы не ваши арбалеты и артефакты, мы бы не выстояли, — ответил Калач.
— Вполне возможно, надо признать эти орги, сильные воины, но будем надеяться, что больше таких не встретим, иначе нашей экспансии в Дикую зону, может прийти конец.
— Да, надо будет сообщить в пограничную службу, всё, что здесь произошло.
— Это обязательно сделаем, — отвечаю я, наблюдая, как орги собирают новый погребальный костёр.
Их вождь или командир, активно руководит сборами, в какой-то момент, орги останавливаются в пятидесяти метрах от стены и к нам выходит их главный, протрубив в рог.
Затем он начинает что-то показывать жестами, указывая то на трупы соплеменников, то на костёр, то в сторону Дикой зоны.
— Похоже, они хотят сжечь тела своих соплеменников и уйти в Дикую зону, — сообщает Калачь, и я склонен согласиться с ним.
— Не стрелять! Пусть заберут убитых и раненых! — кричу я, напитав голос магией, чтобы услышали все на стене.
Люди отходят от арбалетов, переставая целиться, и орги продолжают собирать раненых и трупы. При этом, часть раненых они добивают, а часть, способную самостоятельно идти, приводят в чувства. В течение часа они разжигают костёр и подлив горючего материала, сжигают тела дотла. Ещё через полчаса, они собираются и уходят строго на восток.
— Полковник, отправьте разведчиков за ними, пусть проследят до пограничной дороги и убедятся, что они покинули зону нашей ответственности, — приказываю я командиру Мухоморов.