Отмороженный 13.0 (СИ)

А через шесть часов, как по будильнику, вернулся и продолжил путь. А еще через двенадцать часов все повторил, только на этот раз ночевал в небольшой пещере со скайкрафтом. Предварительно подравшись за место ночлега с бандой ледяных сколопендр. Вышло, жестко. Но после регенерации трех десятков порезов я сделал неплохую дверь из панцирей.
Еще какое-то время потратил на добычу скайкрафта. Обновил все свои запасы, до отказа забил «бардачок» в Хомяке и еще в рюкзак добавил. Потом излишки потратил на прокачку «Механики»: создал новые «Метеозонды», запас пирамидок, первый ящик особенных патронов (хотя брать с собой столько не собирался) и создал «краба». Правда, там же его и разобрал в рамках углубленного исследования.
  
Только после этого довольный и уставший ушел спать. Проснулся от стука в дверь и недовольных воплей соседей. Оказалось, что шлем, оставленный на тумбочке, не только вопил о тревоге, но и вибрировал. Причем так, что тряслась тумбочка, а с ней и пол. И проснулось пол станции, кроме меня.
Выяснять, почему меня так сильно вырубило, было некогда. Я тут же подхватил шлем и воткнулся в синхронизацию ровно в тот момент, когда ледяная сколопендра уже вовсю тащила Ориджа из пещеры. Замкнула пасть на ноге и пятилась, рывками вытаскивая дроида. Над ней кружила Искорка, и сквозь красный экран я видел голубые росчерки молний. Но пробить толстый панцирь, дрон не мог. Чуть дальше были слышны выстрелы. Это уже Хомяк — его я даже спросонья мог узнать.
Быстро сориентировавшись, перешел в режим «Момент силы». И ударил монстра в костяной выступ на морде. Даже через синхронизацию почувствовал, как под пяткой проломилась кость. А потом жжение, от попавшей на ногу кислоты, вытекающей из головы сколопендры.
Черт! Похоже, токсичных старших братьев позвали. Вечерняя партия только лезвиями на лапах шинковать пыталась.
Я смахнул системные сообщения. Критический урон, регенерация, потеря энергии, запрос на скайкрафтовую подпитку… Последнюю только подтвердил, чтобы заряд свободно напрямую из кристаллов хапануть. Выхватил крафткомпакт и разрядил его в трещину на голове у сколопендры. С каждым попаданием чувствовал резкую боль в ноге, монстр дергался, но челюсти не разжимал.
Так и не разжал, даже когда, наконец, умер. Под руку попалась вчерашняя арматура. Не знаю, зачем с собой взял, видимо, для таких вот моментов. Использовал ее как рычаг и, выломав пару клыков, освободил ноги.
«Алекс, валим!» — пропищала Искорка. — «Здесь вся округа стянулась, карта красна от маркеров».
— Красное на красном плохо различается… — я задержал дыхание, будто собирался сейчас открытую рану зеленкой заливать, и прямо на трещины на щиколотке приложил по кристаллу. — Подожди, дай красную пелену с глаз снять…
Фух! Кажись, отпустило… Но краснота перед глазами не исчезла. Пришлось даже карту временно с экрана согнать, там действительно все сплошняком.
«Алекс, валим!» — в голосе дрона появились истеричные нотки, недовольного модема.
— Погнали, — я встряхнулся, подхватил рюкзак и проверив, что «Момент силы» не выключился (не привык еще к нему, чтобы чувствовать), протиснулся между телом монстра и вчерашними панцирями.
Выбрался на бледный, серый свет, возможно, означающий рассвет, но, может, и очередную погодную аномалию, и осмотрелся.
На склоне, где мы нашли вход в пещеру, было не протолкнуться от ползущих ко мне монстров. В основном членистоногие, разных оттенков чешуи и панцирей. Выделялось две крупных каракатицы с изогнутыми на манер скорпионьих хвостами и очень уж огромная сколопендра, которая умудрялась даже скидывать своих мелких собратьев.
Надо всем этим безобразием возвышался Хомяк. Крутился перед пещерой и короткими очередями сбивал самых шустрых. Но успевал не везде. Я выпустил «Пояс Ориона», дополнительно забросав склон пирамидками. Подхватил Хомяка под мышку и, активировав айсборд, рванул вверх по склону. Еще дважды скидывал гранаты и запускал «Пояс Ориона».
И вроде оторвался, попытался активировать орнитоптер. Но в очередной раз получил отказ системы — капец, все-таки не рассвет. Что за люди эти Древние? С таким количеством мусорщиков и такой заботой об экологии, такое загрязнение в воздухе допустили!
Остановился на минутку, дав времени Искорке на изучение горы и лучших путей, куда нам вообще бежать. Активировал скаутган и отстрелялся по монстрам. И много, и упорные. Как не сокращал расстояние, как не уменьшал количество, до сих пор будто сам склон шелестит и движется. И края этой шелестящей массы всего каких-то сто метров.
«Алекс, кажется, сегодня не наш день», — пискнула Искорка.
— Только не говори, что мы на спине архелона…
Я развернулся и, ориентируясь только на то, что видел перед глазами, погнал выискивая между камней хоть что-то похожее на тропинки. Айсборд пыхтел, но пока справлялся. Мы уже довольно высоко забрались — даже не будь в небе аномалии, орнитоптер все равно бы не запустился. Температура вокруг падала, но я, видимо, сам настолько разогрелся, что этого не замечал. К сожалению, начал подводить визор — края начали темнеть, сократив картинку уже до девяносто процентов от нормы.
'Нет, обычная скала. Скоро уже вершина, там все отвесное, но при достаточной ловкости, можно будет монстров мимо себя скинуть,« — наконец, продолжила Искорка. — 'Но вот дальше…»
— Что там?
«Там Разлом", — пискнул дрон и сразу же продолжил. — "Не такой большой, как у нас. Но с первого взгляда непроходимый. Все затянуто аномалиями. Но есть и хорошие новости!»
— Там все-таки есть архелон, на спине которого мы переберемся?
«Нет, я всего лишь нашла базу фоггеров», — ответила Искорка и скинула мне картинку.
 Глава 23 
Я отвлекся на картинку и чуть не слетел с горы. Еще каких-то тридцать метров и я выскочил на ровную и очень короткую площадку. Кое-как в последний момент, затормозил, резко развернув айсборд и еще немного проскочил вдоль гребня. Только потом соскочил с доски и по пояс в поднятой снежной пыли пошел дальше. К точке, где Искорка обещала какую-то нишу в отвесном склоне.
Посмотрел на погоню. Особо меньше монстров не стало, только растянулись кучками, но упорно продолжали лезть за мной. Сказывалось разное количество лап, их длина и, соответственно, скорость. Посмотрел в другую сторону — хер пойми, что видно. Километров пять плоской земли внизу, а затем обрыв и туманная полоса, тянущаяся в обе стороны, докуда хватало прорисовки изображения. Клубы тумана не выходили за края пропасти, но разглядеть, что дальше было невозможно. Небо плотное, серо-белое, сквозь которое едва-едва пробивалось несколько светлых пятен.
Ладно! Как там? Прыгай не глядя, по ходу ухватишься за что-нибудь. Нравится мне этот принцип, но в другой раз. До низа под километр, зато метрах в трех виднелся небольшой выступ. На который я даже мог телепортироваться.
Прицелился, кинул на прощание пару пирамидок — практически с руки накормил здоровенную сколопендру, чавкнувшую жвалами в метре от моей руки. И сиганул вниз. Проявился ровно, где планировал — на каменном выступе. Но вот то, что он сломается, я не планировал.
Хрусть…
Под ногами треснуло, я соскользнул и, перемалывая руками воздух с камнями, в последний момент ухватился за что-то твердое. Потянулся, закрепился и рывком ввалился в чье-то ласточкино гнездо. Над головой раздался взрыв, и в тот же миг мимо моей нычки пролетел панцирь монстра. За ним еще один, и еще. Видимо, там уже стихийная толкотня началась. Первые, может и пытались притормозить, но вторые только одуплялись, а третьи и последующие тупо валят, пропихивая всех вперед.