Sos! Мой босс кровосос! (СИ)

Когда Кротов поворачивается и смотрит на меня с полным недоумением на лице, я понимаю, что рявкнула как ненормальная. В какой-то момент я даже пугаюсь его реакции, осознавая, что он не смотрит на дорогу. И вновь как бабка причитаю:
— На дорогу смотри.
— Что-то я подумываю, вернуть формат «вы». Двадцатилетняя руководящая и рявкающая сопля, мягко сказать, мне не очень нравится.
— Мне тоже. Просто мне надо домой. На минут десять. А дальше можно туда…куда ты задумал. Разворачивайся.
— Ладно, ради разнообразия надену маску уступчивого паиньки.
И ведь гад такой надевает до самого дома. Только зачем-то выходит вместе со мной из машины.
— Со мной не надо. Я быстро.
— Пока ты будешь «быстро», я посмотрю, где ты живешь и поближе познакомлюсь с твоей подругой.
— Не надо.
— Надо, Снежана Викторовна, надо. Шевели, синнабонами.
— Чо?
— Чебурек через плечо. Вот чо.
Глава 36
Глава 36
Сам не знаю, за каким хреном поднимаюсь со Снежаной. Это уже граничит с какой-то патологией. Нет, чтобы на сегодня ее отпустить, так я иду за ней как привязанный. Чувствую себя капризным пацаном, которого лишили подарка на день рождения. И вот он подарочек снова в руках, отпускать совсем не хочется.
Ее подружка, судя по удивленному лицу, не ожидала увидеть ни меня, ни Снежану. Впрочем, удивлена не только она. Уж кого я не ожидал здесь увидеть, так это папу. Одетый, и на том спасибо.
— Какая прелесть, все в сборе. Папа, привет.
— Подвез сотрудницу. Уже ухожу, — да когда ж ты так резко поглупел рядом с понравившейся бабой? Хотя мне ли рассуждать про глупость, учитывая, что я собираюсь везти Снежану собирать епрст мой пазл. Собственное поведение вызывает, мягко говоря, вопросы.
Оставшись один на один со стервой, не сводящей с меня взгляда, снимаю обувь вместе с пальто и, не дожидаясь приглашения, прохожу на кухню.
— А разговоров-то, разговоров. Как ты там сказала «пока он меня не поимеет, буду целой и невредимой». Еще «очень долго» там звучало? Тебя уже можно давить как таракана?
— Я похожа на счастливую оттраханную женщину?
— Исключительно на злую неудовлетворенную стерву.
— Вот и ответ на вопрос.
— Как хорошо, что ты не родная мать Снежаны. Даже эти пять лет уже сказались на ее поведении. Надо ее отсюда забирать. Взрослые девочки должны жить отдельно.
— То, какой выросла Снежана и как она себя ведет — результат не моего влияния.
И снова напоминание об этом блядский детдоме и Савицком. Неимоверно раздражает. Откидываюсь на спинку стула и принимаюсь рассматривать обстановку. Как и предполагалось — ничего хорошего. Серо, уныло и совершенно не уютно. Ну и вишенка на торте — старинная, отнюдь не антикварная мебель.
— Морду попроще. Тебе здесь не жить, — кто-нибудь, отрежьте язык этой стерве.
— Обычно хозяева предлагают гостям чай или кофе.
— Чай у меня только с мятой. Говорят, он для потенции не очень. А кофе только в зернах. Мне лень его молоть для нежданного гостя.
— Ну и не очень-то и хотелось.
Усевшись поудобнее за стол, принимаюсь стучать пальцами по столешнице. Хочу ли я знать правду? Да, пожалуй, хочу. Как бы неприятно ни было.
— Ну, спрашивай, что хотел. Ты же не просто так поднялся.
— Что у Снежаны было с Савицким?
— А у нее самой слабо спросить?
— Не скажет правду. Уже спрашивал. Говорит, что ничего.
— Ничего хорошего, если быть точной.
— Он ее насиловал? — даже в мыслях этот вопрос звучит мерзко, что уж говорить про наяву.
— А если да, то, что тогда?
— Хреново тогда. Я совершенно не знаю, как находить общий язык с такими девушками, — совершенно серьезно произношу я.
— Ну, судя по тому, что Снежана приехала домой переодеться, общение идет в нужном русле. Мозг у нее уже поплыл, так что постель не за горами.
— Ты чего такая стерва?
— Какая есть. И говорю, как есть. Ты же не мальчик, сам видишь, что она уже влюбилась. И знаешь ответ на свой вопрос, как бы ни хотел это отрицать. Она встречалась с ним на протяжении полугода, если так можно назвать то, когда тебя к чему-то принуждают, не давая выбора. А уж то, как проходили эти встречи — это ты уже сам у нее узнавай.
 
Почему-то от «встречалась» коробит больше, чем от единичного износа или его попытки. Полгода — это немалый срок. Хорошее настроение моментально улетает в неизвестном направлении, когда воображение подкидывает картинки этих встреч. Поводов злиться на Снежану у меня нет. Что эта сопля шестнадцатилетняя могла сделать? Это ребенок, как бы он привлекательно ни выглядел для озабоченного молодого парня. Ребенок. Почему-то раньше не задумывался о ее возрасте на момент этих ебучих «отношений».
— У меня стол не очень прочный. Хватит отбивать на нем пальцы.
— Котенка возьмешь?
— Что?
— Мне бабка кошку подкинула, — убираю руку подальше от стола. — Она, со слов Снежаны, беременна. Вот думаю, куда котят девать.
— Возьму, — на удивление доброжелательно произносит Вера, демонстрируя мне полуулыбку.
Один кот уже пристроен. А если там орава? Пофиг, вообще не проблема в свете других событий.
Встаю из-за стола и интуитивно отправляюсь в комнату к Снежане. Нет у меня привычки стучать в двери. Оттого Снежана дергается и отскакивает от комода. И из-за того, что в лифчике и трусах, растеряна и не знает куда себя деть. Прикрываю за собой скрипучую, едва держащуюся на сопле дверь и прохожу внутрь.
— Не делай так больше, — хватает первую попавшуюся кофту и прижимает ее к себе.
— Да ладно тебе, Снежана Викторовна, я тебя полуголой видел и даже трогал, — ну вот как так получается? Ведь хочу по-другому, а все, как всегда. — Не обижайся. Я отвык стучать в дверь. Все, я отворачиваюсь, а ты одевайся, — ну на хрен эти пазлы. Что любят девочки в ее возрасте? Прогулки по ноябрьской слякоти отпадают. Кино? Да, неплохой вариант.
— А мы куда собираемся?
— В кино пойдем на задний ряд. Давай какое-нибудь платье покороче. И чтобы чулочки были, чтобы можно было руки распускать, — да заткнись ты уже, Кротов. Что за язык как помело?!
Усаживаюсь на кровать и сижу так несколько секунд, а потом все же не выдерживаю и поворачиваю голову назад. И так жалко ее становится сейчас, когда понимаю, что она злится не из-за того, что я зашел без стука. Ей тупо нечего надеть, оттого она и нервничает. Ну да, офисное платье или юбку с блузкой в кинотеатр не надеть. И чулок у нее отродясь не было.
— Слушай, я передумал. Давай чуть изменим планы.
* * *
И как это понимать? Стою как дура, пялясь на дверь. И только спустя несколько минут до меня доходит, что он ушел не только из моей комнаты, а из квартиры. Обвожу себя взглядом и ничего не понимаю. Дело в белье? Ну не в ляжках же. Он видел меня в купальнике. Не было там никаких косых взглядов. Они были самыми что ни на есть заинтересованными. И на фига, спрашивается, я бежала сюда, чтобы сменить трусы? Не такие уж они и ужасные.
Снимаю идиотский лифчик и тянусь за сорочкой. Плюхаюсь на кровать и закрываю глаза. Да, пожалуй, мне хочется расплакаться как маленькой девочке. Как-то это… обидно, что ли. А с другой стороны, чего переживать о несостоявшемся походе в кино, если у меня нет ни чулок, ни короткого платья, которые носят все нормальные девушки моего возраста?
Нехотя открываю глаза, когда рядом со мной на кровать садится Вера.
— Он сам ушел или ты этому поспособствовала?
— Я его не гнала. Идиот какой-то. Сам настоял на том, чтобы куда-то поехать, сам же и свинтил, — и вдруг до меня доходит. — А ты ничего плохого ему не говорила?
— Ничего такого, из-за чего можно было уйти.
— О чем вы говорили?
— Ничего интересного. Котенка предложил.
— И все?
— И все.
— Ты врешь.
— Не вру. Успокойся, мало ли чего он ушел. Может, дела какие-нибудь.
— В восемь вечера, разве что только проституток посещать, — не скрывая иронии выдаю я.