Не отказывай себе в удовольствии (ЛП)

- Что скажет папа?
- Папе нравится.
Я иду к ней, она движется мне навстречу. Я люблю эту женщину так сильно, когда понимаю, что мы будем делать. Снова. На этот раз намеренно.
Она кладет руки мне на бедра и ведет нас к кровати, пока не упирается ногими в матрас и не садится. Она скользит по мне ниже, проводит вокруг пояса боксеров и стягивает их, используя указательный палец. Блядь, моя жена горячая.
- Тебе сюда, Борегард. Зароди ребенка внутри меня.
Я ползу вверх по её телу, целуя каждый миллиметр кожи, начиная с живота. Когда мы оказываемся лицом к лицу, она хватает меня сзади за шею.
- Поцелуй меня.
Она тянет меня вниз, когда наши губы встречаются.
- Я люблю тебя, Анна Джеймс Песик Эмерсон.
Она смотрит на меня, кончиками пальцев проводя по щеке.
- И я люблю тебя, Уильям Борегард Эмерсон.
Поцеловав ее в щеку, я перемещаюсь вниз по шее прежде, чем развязать ленточки ее топа. Я ничего не могу с собой поделать и целую между грудей, над ее сердцем. Пройдет немного времени, и она будет кормить нашего ребенка этой грудью. И я буду наслаждаться, смотря на это. Спускаюсь ниже, зацепляю ее трусики и стягиваю их. Раздвигаю ее ноги и прижимаюсь своим телом между ними, мой твердый член напротив ее теплой киски. Она приподнимает бедра, отчего кончик скользит внутрь нее, она приподнимается еще, и я полностью вхожу в нее. Я люблю, когда она так делает. Я нажимаю своей рукой на матрас, чтобы обернуть руку вокруг ее спины. Я настолько глубоко, насколько это возможно. Я начинаю медленно двигаться. Наши пальцы сплетены вместе, как и наши тела. Расцепив их, я провожу ладонью по ее телу. Ее ноги согнуты по обе стороны от моих бедер. Боже, я люблю быть в ней, как сейчас.
Персик стонет, когда я скольжу рукой между нашими телами до точки, где мы становимся единым целым. Нет начала и нет конца.
Я знаю ее тело так же хорошо, как свое собственное. Она нуждается в большем, поэтому я нахожу место, которое сводит ее с ума каждый раз, когда я касаюсь ее там.
- Да, прямо так, да.
Ее дыхание учащается в то время, как она хватается за мою спину и вплотную притягивает меня к себе. Она поднимает бедра вверх, так что я знаю, где мне нужно быть. Ее ноги сжимаются, и я знаю, что будет дальше. Ее внутренние стенки напряжены вокруг меня, ритмично сжимая мой член. Один. Два. А потом снова и снова, пока я не теряю счет. Мой мир разваливается. Взрывается. Я в последний раз толкаюсь и изливаю свое семя внутрь неё. Моей жены. Моей любимой. Матери моих детей. Моей навсегда.
Я упираюсь на локти, паря над ней. Я все еще нахожусь внутри нее, вспоминая ту первую ночь, когда она сидела за моим столом в ресторане, наше воссоединение в Нью-Йорке, первую встречу с сыном, то, как она шла к алтарю, чтобы стать моей женой, и теперь она лежит здесь, подо мной, и мы пытаемся зачать еще одного ребенка. Это так чертовски красиво!
- Ммм, ооо, - я слышу, как стонет Персик.
- Ты в порядке?
- Сссс...,- я слышу, как она втягивает воздух сквозь зубы. - Ох,..
Я включаю лампу и вижу, что она лежит на боку, ноги вытянуты. Немного остранное расположение плода.
- Ты собираешься рожать?
Она закрывает лицо рукой.
- Ммм, хм... И это плохо.
Ей рожать через неделю. Она на три дня позже родила Кларка. Думаю, это снова повторится. Дерьмо. Я давно готовился к этому дню, но сейчас я не знаю, что делать.
- Когда начало болеть?
- Два часа назад.
Два часа? Как я мог проспать и не услышать её стоны и метания по постели?
- Почему ты меня не разбудила?
- Я думала, это ложные схватки. Не хотела тебя беспокоить понапрасну, - мой самоотверженный Персик.
Она выглядит так, словно ей очень больно.
- Что я могу сделать для тебя?
- Помоги мне переодеться в штаны для йоги и футболку, чтобы мы могли поехать в больницу.
Я хватаю телефон и звоню маме, пока ищу ее одежду.
- Эй, Нана. Шоу начинается.
- Сейчас буду.
Я помогаю Персику одеться.
- Дай мне время почистить зубы и причесаться перед выходом.
- Ладно, но только быстро, - мне не по себе.
  
Она была расширена уже на три сантиметра, когда её в последний раз осматривал доктор.
- Ой, ой.
Ненавижу эти охи.
- Что такое?
Я иду в ванную и нахожу Персика на унитазе.
- Воды отошли. Принеси полотенце.
Я не много знаю о детях, но думаю, что это значит, что у нас прогресс.
- С Кларком было точно также?
- Нет, в это время я уже была в больнице, - Персик смотрит на меня и смеется.
- Ты как будто привидение увидел. Ты в порядке?
- Я в порядке.
Вранье. Мне до сих пор страшно.
- Ты ныл на протяжении двух лет о потерянном времени с Кларком. Не вздумай переживать.
- Как я смотрю, ты хочешь дать мне полный опыт, не так ли?
Она кивает.
- Да, черт возьми.
Приехав в родильный дом, Персика сразу же отводят в комнату для наблюдения, куда приходит медсестра, чтобы проверить ее. Ее руки в перчатках исчезают под одеялом.
- Похоже, ребенок торопится появиться на свет. Уже пять, почти шесть сантиметров. Вы планируете получить эпидуральную анестезию?
- Нет, я буду рожать естественным путем.
Медсестра смотрит и забавляется, думая, что Персик не знает, о чем говорит.
- Вы делали это раньше?
- Да, я рожала своего первого ребенка без эпидуральной анестезии.
- Ладно.
Она жесткая, как гвозди.
- Знаю, ты можешь сделать это без эпидуральной анестезии, но я ненавижу смотреть, как ты страдаешь.
Она протягивает руку к моему лицу.
- Я в порядке. Правда.
Она еще умудряется утешать меня. Как это на нее похоже.
- Это хорошая боль.
Меня не интересует, какая это боль, но это моя работа-подерживать ее решения.
- Ты сделаешь это, детка.
Проходит час и тяжелого дыхания как не бывало. И не в хорошем смысле.
- Ты должна тужиться.
Медсестры и врачи заполняют комнату, когда медсетра Пич осматривает ее.
Твою ж мать. Всё происходит очень быстро. Не только роды этого ребенка. А вся беременность с той ночи в Монтего-Бей. Сюрприз! Мы беременны. Знаешь, Кларк, ты получишь братика или сестренку.
На узи ребенок выглядит хорошо.
- Бо! Я почувствовала, как шевелится ребенок. Положи сюда руку и почувствуй, как сильно этот парень может драться.
На это раз я ничего не пропустил. Мне нравилось наблюдать за тем, как ребенок растет внутри Персика.
- Мы готовимся встречать нашего сына или дочь. Я так рада, что мы не знаем пол.
- Ну что ж мы скоро это выясним, потому что ребенок на подходе.
Ох, блядь. Реальность убивает меня. Скоро я стану папой еще одного ребенка.
Персик меняет положение. Ноги согнуты и врозь.
- Давление растет. О Боже, я двигаюсь вперед.
Персик толкается от следующей схватки.
- Посмотрите сюда, мистер Эмерсон, если хотите увидеть головку вашего ребенка.
Серьезно? Можно увидеть головку после всего одной схватки? Я думал, это займет больше времени. По крайней мере так было с Кларком по словам Персика.
Я на цыпочках подхожу к шторке и заглядываю. Я видел ее такой безчисленное количество раз, но никогда настолько нереальной.
- Похоже, ты собираешься родить Персика. У этого ребенка нет волос.
- Ааа, мой бедный ребенок лысый?
Врач настраивает освещение.
- Я вижу волосы, просто они светлые.
Я наклоняюсь и целую ее в лоб, пока мы ждем следующую схватку.
- Я люблю тебя так сильно.
- Я тебя тоже.
Она гладит мое лицо.
- Я рада, что с этим ребенком ты ничего не пропустил.
- Я тоже.
- Опять начинается, - Персик делает глубокий вдох и выдох и тужится, отчего её лицо становится свекольно-красным.
Она останавливается и опускает ноги, откидываясь на кушетку.
- Боже мой, такое давление. Я горю. Я в огне.
- Не останавливайтесь, Анна Джеймс. Продолжайте. Последний раз.
Она быстро дышит и возращается в прежнее положение.