Я тебя предупреждал (СИ)
— О, вот и она, — прошипел кто-то зло мне в спину. — Смотрите, кофеек пьет, пока парни из-за нее проблему расхлебывают!
— Легкомысленная и доступная сучка, — добавил второй женский голос. — Мне противно ее видеть. И она еще делает вид, будто ничего не случилось! Прекрасно! И как только Максик мог допустить подобное?
— А она прячет лицо в песок, словно страус, — ухмыльнулась первая. — Блондинистый лживый страус!
Я медленно развернулась. На меня с высоты своих каблуков надменно взирали две девушки — брюнетка и шатенка. И если вчера целью моих одногруппников являлось умножение сплетен, то этих девушек — высмеивание. Им надо выместить свою злость и под их горячую руку попалась я.
— Очень рационально начать беседу с оскорблений, — делано спокойно отозвалась я. — Еще рациональнее разве что идея говорить с моей спиной. Что вам от меня нужно?
— Своими умными словечками будешь разбрасывать потом, когда Макс достанет тебя и твоих любовников, Катенька, — и бровью не повела шатенка. — И накажет за предательство.
— Думала, сможешь и дальше радоваться жизни и продолжать сливать всю инфу левым? — усмехнулась брюнетка. — Тебя сдали со всеми потрохами, детка.
Что за чушь? Я едва сдержала нервный смех. Бред на постном масле и ни капли адекватности. Что за "инфу" я "сливала"? Каким "левым" и "любовникам"? У меня такое ощущение, что две подружки о моей жизни больше знают, чем я сама, иначе как объяснить свою неосведомленность?
— Вы закончили? Я могу идти? — терпеливо поинтересовалась я, когда повисла пауза. Девушки явно передали слово в этом абсурде мне, ожидая отрицаний и впоследствии конфликт. Но у меня не осталось сил ни на первое, ни на второе, да и смысла я не видела. Зачем? Их претензии звучат глупо и необоснованно.
— Ну-ну, иди. Побудь еще немного овечкой, пока твою паскудную шкурку не содрали! — бросила одна из девушек мне вслед.
Хмыкнула и пошла на третий этаж, чувствуя… бешеную усталость. Устала от разборок. Когда-нибудь в моей чертовой жизни наступит уже штиль? И когда Костя поднимет трубку?!
Даже отцу набрала, но тот заверил, что Костя на учёбе, они разговаривали утром. Предположил, что телефон выключен потому что важная лекция или батарейка села. И я понимала, что такое возможно, но страх за брата и Картера всё равно не отпускал.
После пар одна из первых поспешила покинуть нутро института, чьи стены начали давить на меня. Быстрым шагом пересекла двор ВУЗа и успела отойти на пару метров от ворот, как заметила до боли знакомую фигуру.
Макс смотрел прямо на меня и курил. Сизый дым мягкой волной окутывал его, перед тем как рассеяться в воздухе.
Я еле сдержалась, чтобы не побежать к нему и не обнять, дабы удостовериться — с ним все в порядке. Хотелось прижаться к его твердому телу, впитать в себя его тепло и просто закрыть на глаза на реальность. Этого хотела душа, а мозг же подкидывал картинку за картинкой, главными героями которых являлись смерть и жестокость Картера.
Когда поравнялась с ним, он потушил сигарету и выбросил бычок в урну.
— Макс, — мое сердце застучало где-то в горле, а пальцы начало покалывать от желания прикоснуться, — как Костик?
Из целого вороха вопросов и слов я сумела найти и озвучить лишь этот. Сказала и замерла, вглядываясь в серые, скованные льдом, глаза.
— Я вам двоим звонила, очень волновалась… — встретившись с его равнодушием, сконфуженно замолкла. Что не так?..
— С ним все отлично, — короткий ответ и странная, крайне странная просьба: — Кэти, дай, пожалуйста, свой телефон.
Я очень удивилась, но не стала перечить — его бесстрастный тон навевал на не самые оптимистичные мысли. Что-то действительно произошло! Только что именно?
Достала из кармана смартфон, разблокировала экран и отдала парню. Он взял его из моих пальцев так, чтобы при этом не коснуться меня. Сразу же открыл поочередно несколько мессенджеров, прошелся по ним, затем зашел в почтовый ящик.
Что за?..
То письмо, что он открыл, мне не было знакомо. Я могла даже поклясться, что точно не писала его. И файлы, прикрепленные к нему, я видела тоже впервые. Но рассмотреть ничего не успела — Макс вышел из приложения и вернул мне телефон.
— Макс… — я чувствовала напряжение, что висело между нами, всеми клетками тела. Оно давило, мешало говорить и сосредотачиваться. — Ты мне расскажешь, что творится?
— Не сейчас, — его голос немного смягчился. — И тебе пора, Кэти.
"Тебе пора", — эхом вторил внутренний голос. Я ничего не понимала и, пока не найду истину, не собиралась ехать в гостиницу. Ни за что!
Обвинения девушек, слухи о СИЗО, странное письмо, которое я не отправляла… Это ведь не случайность. Нет, отнюдь не случайность, а продуманный до мелочей план.
Я только успела собраться с мыслями, как Макс, бросив на меня еще один взгляд, попрощался и направился к своей машине, припаркованной чуть дальше обычного. Он ушел первым. А я осталась — с роющими в голове мыслями, тараканами, бьющими тревогу, и с отчетливым чувством подставы.
А когда сама открыла почту, все встало на свои места. Части пазла, будто намагниченные, притянулись, образуя неприятную картинку реальности, где я предала Картера и своего брата.
"Я их боюсь. Как только Картер и его шайка окажутся в СИЗО, я дам показания. У меня есть все доказательства его вины в смерти…"
Огромными от шока глазами я перечитала строчку, написанную от МОЕГО имени.
"Вот видео с того вечера. Это еще не все материалы, что у меня есть."
Дрожащими пальцами нажала на "открыть файл", уже представляя, что в нем может быть запечатлено… как мой мир снова зашатало от ужасных событий.
Началось все внезапно. Резкий визг шин, запах бензина, жженной резины, порывистый ветер!
Машина остановилась прямо рядом со мной, оттуда выскочил здоровенный амбал и налетел на меня, схватив за руку и плечи. Скрутил, как какой-то спецназовец.
Я не успела ничего предпринять. Телефон выпал из рук, упав на асфальт куском разбитого стекла, как и сумка, из которой высыпалось всё содержимое.
— Помогите! — я делаю отчаянный рывок и, вдохнув обжигающий воздух, кричу: — Помоги…
Слова застревают у меня в горле — мужчина прижал свою пахнущую чем-то отвратительным ладонь к моему рту, запечатывая его.
— Держи шлюшку, — прошипел второй головорез, подоспевший на помощь первому, когда я умудрилась ударить его ногой в колено.
Перед тем как меня втащили в душный салон машины, я, сквозь подступившие слезы, увидела Макса. Он тоже не успел. Водитель внедорожника нажал на газ раньше, чем Картер добежал до места, где я стояла.
Мне так страшно. Настолько, что все внутри дрожит, покрывается коркой холодного отчаяния. Пытаюсь вырваться из лап этих ублюдков, но меня с силой вжимают головой в стекло и крепко стискивают запястья до такой степени, что они хрустят.
— Больно! – шиплю сквозь зубы, но подонкам нет до этого никакого дела.
— Не рыпайся, дрянь!
Сердце колотилось, как отбойный молоток. До боли.
Не понимала, что происходит и куда меня везут, а как только хватка ослабла, я вцепилась в водителя, думая о том, что если вывести его из строя, то мы не доедем до места назначения. Но, когда ногти уже впивались в чужую кожу, а грубый голос взвыл на высокой ноте, моего виска настигла острая боль.
Тьма вспыхнула и закрыла собой весь мир.
***
Из переписки:
“Блять, где тебя черти носят?! Включишь телефон — позвони!”
“Возьми трубу, мать твою!”
“Чё за кипишь? У меня лекция, я перезвоню минут через тридцать”
“Кос, они Малую похитили!”