То, что ты ищешь (СИ)

— Девочка, не глупи, — предупредил тот. — Разве в этом есть моя вина?
— Заткнись! — Эльфийка едва контролировала себя.
Адам укоризненно покачал головой.
— Я сильнее тебя. Не заставляй убивать. Ненависть — не лучший советчик.
— Не виноват, говоришь?! — Дайка резко вскинула голову, и Адам испуганно отшатнулся, от неожиданности на миг потеряв самообладание — изумрудные глаза эльфийки стали чёрными. Ни зрачка, ни радужки, ни белков — один мрак. — Да если бы не ты, её родители, её любимый и друзья были бы до сих пор живы, и Корри бы никогда не стала оборотнем! — Грудь эльфийки тяжело вздымалась, каждое слово давалось ей с трудом.
— Вы бы никогда не встретились, — спокойно заметил он.
— Так было бы лучше…
— Да, — согласился Адам и печально покачал головой, глядя на Дайку. — Так действительно было бы лучше…
Та скрипнула зубами, размахнулась, и Адама накрыла волна пламени. Позади эльфийки из под ресниц к виску Корри скатилась слеза. "Дайка, не надо!" Но эльфийка этих мыслей уже не слышала, как и того, что сердце девушки стало стучать неровно и сбивчиво.
— Дура, ты разгромишь всю лабораторию! — послышался возмущённый возглас Адама, и силовое поле стало разрастаться, пока не укрыло всю белую комнату. Оно с лёгкостью отбивало гудящий огненный поток, от которого стали плавиться стены зала, а мозаика уже смешалась в разноцветную глазурь. Адам взмахнул рукой, и вырвавшийся из ладони луч кнутом стегнул по полу, словно масло разрезал попавшуюся на пути мебель, и кольцами обвился вокруг защитного купола Дайки. Тот стал потрескивать, а кнут сжимался всё больше. Эльфийка стиснула зубы, но ей всё же пришлось уйти в защиту.
— Ты не сможешь держать его вечно, — констатировал Адам. — Слишком много энергии потратила. А в этих стенах магии нет, ни в едином камне. Взять неоткуда.
Дайка действительно чувствовала, что слабеет, а противник её, похоже, совсем не ощущал усталости. Нет, так всё закончится слишком быстро! Она не хочет сейчас умирать! Эльфийка протянула руку и взялась за кнут. Глаза Адама округлились — это же чистая энергия, Дайка от такого должна была просто испариться! Но она взмахнула второй рукой — даже не произнося заклинания — и из неё полыхнул точно такой же луч, направленный прямо в Адама. И замер, ядовито шипя и разбрасывая искры, в полуметре от него.
— Теперь есть откуда, — победно бросили Дайка, всего минуту назад не уверенная даже в том, что останется жива. — Посмотрим, надолго ли хватит тебя!
Адам остался спокоен: у него, черпающего силу от артефактов, точно есть несколько часов, а вот волшебнице столько не продержаться.
Эльфийка прочла его мысли и скрипнула зубами — смертельно жаль, что у неё забрали оружие! Ведь магия — это одно, а физические силы — другое. Если б только…
Серая тень внезапно мелькнула между ней и Адамом, и мужчина, слабо охнув, тяжело осел на пол, в алое, быстро расплывавшееся пятно, что так не вязалось с белым мрамором стерильной лаборатории. Последним, судорожным движением он сжал висевший на шее амулет, тела в колбах окружил такой же серый туман, как когда-то накрыл берег Хаэнора, и, спустя мгновение, сосуды опустели. Адам облегчённо вздохнул — он перенёс своих детей, свою надежду в безопасное, одному ему известное место — и с этим последним выдохом его душа наконец-то вернулась к тем, кого он так любил, потерял, но не смог забыть. По крайней мере, Адам свято верил, что будет именно так.
Дайка, не успевшая ничего разобрать, изумлённо повернула голову в сторону своего неожиданного спасителя: Корри, ещё несколько минут назад лежавшая при смерти, тяжело поднималась с колена, опираясь на окровавленный отцовский меч. Клыки и когти быстро втягивались, вертикальные зрачки приобретали круглую форму. Она выпрямилась в полный рост, подошла к Дайке, и та вздрогнула от её гневного взгляда.
— К-Корри, как…
А в следующее мгновение эльфийка уже летела на пол от сильной и тяжёлой пощёчины. Корри посмотрела на неё сверху вниз, поджав губы, потом молча развернулась и проковыляла к кровати. Подняла валяющееся рядом покрывало и попыталась сделать из него себе какую-то одежду — её рубашка давно превратилась в лохмотья — но неожиданно сползла на пол и уткнулась лицом в свои руки, вцепившиеся в кровать. "Я впервые убила человека! — прочла Дайка сбивчивые, путающиеся мысли девушки, полные отчаяния. — Я выбрала жизнь оборотня… Зачем? Ради чего?"
 
Этажи замка задрожали, по комнатам и залам разнёсся скрежещущий звук, стены прорезали ветвящиеся трещины. Где-то внизу начал рушится фундамент, или, скорее всего, сдвинулся и поплыл пласт скалы, на котором он стоял, и пол заметно накренился. "Телепортация была первым шагом к уничтожению замка, — предположила Дайка. — Адам привык не оставлять следов. Но он не так глуп, чтобы идти на дно вместе с кораблём!"
Она оттёрла кровь с разбитой губы, поднялась на ноги и огляделась в поисках портала. Ничего похожего. С потолка уже начали сыпаться куски штукатурки, оплавленная мозаика отваливалась большими пластами. Дайка закрыла глаза, прощупывая комнату на сгустки магии. Она хорошо помнила об огненных вихрях, разбросанных по всему Трилесью, местах их нахождения. В Стальт Баухе такой был… Не открывая глаз, она увернулась от летящей сверху балки и пошла на слабое, еле заметное мерцание. Лишь достигнув его, подняла веки и коснулась рукой проёма, замурованного кирпичом, на одной из стен лаборатории. Дайка передала ему остатки энергии, и камень заиграл всеми цветами радуги, стал теряться и исчезать в ярком сиянии. Эльфийка удивилась, насколько стабильным был этот портал — видимо, Адам им часто пользовался и поработал над своей безопасностью. Дайка обернулась.
— Корри, пора уходить, если хотим остаться живы.
Она подождала, пока девушка подойдёт, потом взяла её за руку — в таких переходах можно запросто потеряться и выскочить на разных концах Трилесья, и прыгнула в кружащийся живой огонь. Для Корри это был просто полёт, куда-то вниз, все мысли сводились лишь к тому, как не выпустить меч, выскальзывающий из рук — магия не любит оружия. Для Дайки — трудная борьба, потребовавшая немалых физических и магических сил, попытка выровнять перекроенный портал на выход в изначально предназначавшееся место, из-за чего ей пришлось отпустить руку девушки.
Но все старания не увенчались успехом: эльфийка шагнула из воронки и еле удержала равновесие, оказавшись на самом краю скалы над жерлом вулкана. Корри выскочила за ней, буквально выдёргивая меч из портала, не глядя, куда ступает. Нога соскользнула с края и… Дайка даже не успела схватить её за руку, как Корри уже летела вниз, в гудящую расплавленную лаву. Эльфийка пыталась остановить, задержать, вернуть её, используя магию, но, то ли у неё уже не осталось сил, то ли была другая причина — но у волшебницы ничего не получилось. Вырвавшийся из кратера поток горячего пара заставил её на миг отшатнуться, и Дайка потеряла Корри из вида. Практически тут же эльфийка вновь наклонилась над жерлом, протягивая вниз руки, заглядывая в колышущееся море жидкого огня, пока на глазах не выступили слёзы, и она не прижала к груди обожжённые ладони. Смысла больше не было.
Долго, очень долго Дайка просидела на покрытом пеплом камне, стоявшем в отдалении, пытаясь прийти в себя и осознать, что произошло, но полностью ей это так и не удалось. Корри, погибшая, появилась на мгновение, чтобы спасти её — и исчезла снова. И теперь уже никакая магия… Да и не было здесь магии. Эльфийка ещё не знала, что эти вулканические породы забирают все силы, но чувствовала, что дело не в ней. Она поднялась на ноги, глянула вниз, где у подножья вулкана раскинулась бесконечная, выжженная солнцем пустошь, и стала спускаться. Путь был долгим и обещал занять не один день, а Дайке просто надо было двигаться, чтоб не сойти с ума.
 Глава 14 
Люди, закутанные с ног до головы в тёмные плащи, прячущие свои лица под капюшонами и от этого похожие на монахов, нашли её несколько дней спустя, лежащую у подножья вулкана: измождённую, без сознания, в ссадинах и царапинах, со слипшимися на виске волосами. Создавалось впечатление, что последние метры эльфийка просто скатилась по склону. Они молча подняли её на руки и отправились в сторону Эрендорской пустоши.