То, что ты ищешь (СИ)

Она мягко приземлилась на ноги и с головой окунулась в густой туман — найти в этом молоке нож было непросто. Корри принюхалась, надеясь, что острое обоняние позволит ей учуять кровь. Волосы тронул лёгкий прохладный ветер с запахом сырости, и девушка поёжилась. Но вот на земле рядом с её ногой что-то тускло блеснуло, и Корри, наклонившись, различила свой нож — окровавленный, однако тушки нигде видно не было. Подобрав его, девушка неожиданно резко развернулась и выставила впереди себя: опасности не было, хотя только что Корри показалось, будто кто-то хочет наброситься на неё со спины.
"Моров туман!" Но что-то там всё же было… Девушка прислушалась. В лесу раздавались слабые, очень знакомые, но забытые звуки. Плач? Да, точно, тихие детские всхлипы. Но откуда здесь дети? Звук шёл со стороны руин, и здравый смысл подсказывал: они заброшены уже много лет, никто не может среди них плакать, ходить туда — глупо и опасно. Однако Корри не послушала голос разума: она спрятала нож в специальный пояс поперёк груди и взялась за рукоятку меча. Медленно, мягко ступая по высохшей хвое, ловя каждый звук и оглядываясь по сторонам, девушка двинулась вперёд.
В какой-то момент плач прекратился — долгие несколько минут стояла полная тишина — затем начался снова. Создавалось впечатление, будто маленький ребёнок потерялся и, сжавшись в комок от страха, плачет среди позеленевших от сырости камней. У Корри внутри всё сжалось, она едва не притронулась рукой к животу, но вовремя одёрнула себя. Что-то тянуло её вперёд, будто звал голос родного человека, девушке самой хотелось туда идти. Ветер снова дохнул в лицо, что-то слабо звякнуло о меч — наверное, упавшая веточка.
Корри медленно обходила остатки каменной кладки, готовая в любой момент выхватить оружие. Она напрягала зрение, хотя белеющий в темноте фундамент скрывал ещё от неё источник звука. Шаг, ещё один… Сейчас уже она увидит ребёнка. Но неожиданно туман перед девушкой сгустился, закрутился, и из него беззвучно выскочил лохматый белый волк, зло сверкнув глазами. Корри отскочила на расстояние, необходимое для боя, мгновенно вытащив меч. Волк глухо зарычал и… вновь скрылся в молочной пелене. Девушка застыла на месте, прислушиваясь и оглядываясь по сторонам, растерянно осознавая, что не может расслышать шороха лап по земле, дыхания или ударов сердца — ничего. Она ощущала лишь обволакивающий её туман, запах сырой хвои и мха — и это начинало её пугать.
Корри неожиданно поняла, что плач давно прекратился, и теперь стояла в нерешительности: волки могли загрызть ребёнка… а могли и её. Она тряхнула волосами. Что за выбор! Девушка решительно двинулась вперёд, когда снова почувствовала что-то за спиной, резко развернулась, ударила, ориентируясь на тепло дыхания и… в последний момент с трудом остановила руку.
Отрезанная светлая прядь с едва различимым шорохом упала на землю.
— Дайка?
Эльфийка, замершая с расширенными глазами, сглотнула комок и оттёрла со лба внезапно выступившую испарину. Девушка поспешно убрала от её горла меч.
— Прости. Я думала, ты спишь…
— Тссс, тихо! Угораздило тебя с духами леса свя…
Она не договорила, быстро вытащила свои кинжалы, ударила в завертевшийся сбоку туман. Волчья пасть, клацнув зубами, растаяла в воздухе. Корри со своей стороны взмахнула клинком, прикрываясь от двух призрачных теней, напавших на неё из ниоткуда и не пожелавших исчезать.
— Как их убить? — растерянно воскликнула она. — Могу поклясться, я должна была зарубить их уже дважды!
— Никак, — ответила Дайка. — Никак, даже магией. Надо выбираться из тумана!
Она начала потихоньку отступать назад, оглядываясь на более низкие ветви деревьев.
— Нет… — Девушка вновь услышала детский плач и стала прорываться вперёд, стараясь оттеснить волков.
— Корри, ты куда?! — воскликнула Дайка, не в состоянии двинуться с места из-за своего противника, яростно бросавшегося к её горлу, стоило лишь опустить оружие. — Вернись немедленно!
Но девушка её уже не слышала. Она в очередной раз смела со своей дороги ощерившихся волков и подошла к внутренней стене одного из домов. Присела на корточки, совершенно не заботясь о защите своей спины, перед чем-то маленьким и белым. Дайка не могла видеть её за камнями, лишь различила голос подруги: "Маленькая, не бойся, всё хорошо, я тебя в обиду не дам. Как же ты тут оказалась…"
 
— Корри, не трогай!… — Ей не давали и шагу ступить, магия же в подобном бою оказалась бесполезна. Эльфийка дралась быстро и яростно, спиралью раскручивая вокруг себя туман, но к Корри её не подпускали.
— Иди к тёте на ручки. — Маленькая беловолосая девочка в ободранном и замызганном холщовом платьице загнанно сжалась, но взять себя на руки позволила. Корри пригладила холодные пряди, пахнущие сыростью, стала успокаивающе приговаривать: — Не волнуйся, теперь всё будет хорошо, мы тебя согреем, накормим, ты не будешь больше плакать…
Девушка посмотрела на ребёнка и охнула, но отпустить и уронить его не позволил материнский инстинкт — большие чёрные глаза девочки блестели, как у волков. Тех, что сейчас так свирепо бросались на эльфийку, но больше не трогали Корри. Неожиданно плечи прошила острая боль — девочка вцепилась в них своими пальчиками, прорезавшиеся длинные когти впились в кожу, а широко разинутая на месте ротика волчья пасть с белыми клыками метнулась к горлу.
По сухой хвое зашуршали алые капли. Струйки стекали по плечам, по спине, капали с края ножен и правого локтя. Девушка в последний момент успела подставить руку, и клыки сомкнулись на широком железном браслете, не раз защищавшем её от ударов меча, теперь изогнутом, покорёженном, кое-где вонзившемся в кожу, но всё ещё спасавшим от отравленного укуса. Раздался хруст, металл сжался ещё сильнее, а челюсти сомкнулись чуть больше. В глазах у Корри выступили слёзы, но она продолжила держать существо на руках.
Сзади раздался визг волка, потом короткий свист — нечисть дёрнулась, запрокинула вверх стекленеющие глаза и стала отклоняться назад, назад… Медленно разжала клыки и когти, а Корри не смогла её удержать, испуганно глядя на чужую кровь на своих руках. Едва коснувшись земли, девочка растаяла в тумане, будто её никогда и не было, через секунду вынырнула волком на остатках полуразрушенной стены и, задрав голову, громко завыла. Ей ответили эхом десятки голосов, казалось, со всех уголков леса. Затем она спрыгнула вниз и помчалась вглубь чащи, уводя за собой всю стаю.
Дайка подошла, подобрала с земли свой кинжал и, вытерев кровь о сапог, вернула оружие на обычное место. Хотела положить ладонь Корри на плечо, но, заметив страшные раны, лишь осторожно коснулась руки.
— Духи леса забрали её, — произнесла эльфийка спокойно. — Она и так уже была наполовину с ними.
— Дайка, это всего лишь ребёнок… — пробормотала Корри.
— Этот ребёнок чуть тебя не загрыз! Посмотри на свои раны! — воскликнула Дайка, но выражение глаз подруги заставило её подавить праведный гнев и успокоиться. — Это был призрак, — произнесла эльфийка примиряюще.
"Я и не знала, что дети твоё больное место…"
Корри покачала головой, рассматривая свои выпачканные красным руки.
— Колдун сказал, что я смогу контролировать себя, пока не пролью детскую кровь. Я думала, этого никогда не случится. А теперь… — В голосе явственно проступило отчаянье. — Я стану просто голодным зверем.
— Корри. — Эльфийка осторожно обняла её сзади, тихонько дуя на плечи, чтобы те быстрей заживали. — Он здесь не при чём. Ты всегда будешь контролировать себя — у тебя есть сила воли, желание жить и… не знаю, что-то ещё. Ведь ты единственная со всего Легиона, кто не превратился тогда в монстра.
— У меня был всего один укус. Я хорошо дерусь.
— Не только поэтому. Ты не хотела становится тем, что убило твою маму. — Девушка опустила голову. — Прости, что напоминаю. И всё это время ты ищешь способ избавиться от проклятья, ты ни на миг не позволяешь себе смириться.
— Некромант… — Корри передёрнула плечами. — Я уже и забыла о нём. Все мысли о том замке в Роанском Хребте. — Она оглянулась и посмотрела на Дайку. — Для меня лучше умереть человеком, чем жить оборотнем.