Зверь. Изменил мне — изменил меня (СИ)

— Дима согласился помочь, и мы отвезли тебя к нему в больницу, — продолжает подружка, когда Татьяна выходит из гостиной. — От Димы мы с Тимуром и узнали, что ты потеряла память.
— Вы наняли Карима, чтобы выиграть время. Вы хотели найти фотографии, — заканчиваю за Аллу.
— Тимур, но не я. Мне эта затея не нравилась с самого начала.
Запиваю таблетку водой и понимаю, что меня трясёт. Я не вспомнила тот вечер, но живо представляла всё, что рассказала Алла. Эмоции через край. Безумно хочется взять подругу за волосы и вывести из дома. Но, в отличие от Аллы, я умею держать эмоции при себе. Думаю, мы только подбираемся к сути её визита.
— Для чего ты всё мне рассказала? — выдыхаю, пытаясь расслабить до предела напряжённое тело.
— Чтобы ты поняла, что я с тобой честна. Но это только часть правды. Бесплатная часть, — Алла прямит спину. — Есть ещё кое-что, о чём тебе будет интересно узнать. Это касается планов Тимура насчёт тебя.
Личико ангела, хватка питбуля — это Алла…
— И сколько ты хочешь за эту ценную информацию? — спрашиваю язвительно.
— Зря иронизируешь, Диночка, — подруга забывает о слезах, в её глазах искрит азарт наживы. — Ты не знаешь о планах мужа. Я сама о них узнала часа три назад.
Блефует? Непохоже. Алла выглядит более чем серьёзной. Но есть нюанс.
— Я заблокировала счета Тимура, и вы решили развести меня на деньги таким образом, — выдаю свою версию событий.
— Тимур не знает, что я здесь. И не узнает.
— М-м… Вы поругались? Мне так жаль, — вздыхаю картинно.
— Мы расстались. Сегодня Тимур растоптал мои чувства. И это была последняя капля. Я любила его, ждала вашего развода, терпела всё. Но отвечать за его безумную алчность я не собираюсь.
— Тебе бы за своё ответить, — ухмыльнувшись, перевожу взгляд на огонь. — Я собираюсь посадить Тимура за решётку. А ты его подельница.
— Не всё так просто, — выдаёт Алла и замолкает.
Она берёт с журнального столика мой телефон, а через пару мгновений демонстрирует мне цифры на экране. Губа у подружки не дура.
— Сначала я хочу услышать информацию, а потом подумаю, стоит она столько или нет, — заявляю уверенно.
— За дуру меня держишь? — хмыкает Алла.
— Аллочка, милая, ты не в том положении, чтобы ставить мне условия.
— Это ты не в том положении, Диночка. Просто не догадываешься об этом, — встаёт. — Всего хорошего, — идёт к двери.
У меня звенят нервы. Никакая таблетка не поможет. Алла способна соврать. Но что, если она не врёт? Я могу не знать всего, что замышляет Тимур. Что-то важное ускользает от меня. Это опасно.
— Вернись! — рявкаю, саданув кулаком по подлокотнику кресла. — Мы не договорили.
Но подруга не торопится возвращаться:
— Переведи деньги, и поговорим, — требует.
Стиснув зубы, захожу в приложение банка и отправляю на счёт Аллы половину от суммы, что она просила. Смартфон недоподруги звенит смской.
— Остальное получишь, если информация меня заинтересует, — рычу.
— Ну хорошо… — Алла занимает место у камина. — Сегодня мы с Тимуром ругались. Я пыталась доказать ему, что войну с тобой выиграть невозможно, но он меня не слушал. Наговорил всякого, а потом заявил, что мы расстаёмся, и ушёл. Я в слезах побежала за ним, но осталась стоять в подъездном тамбуре. Тимур на улице говорил с кем-то по телефону. Сначала я подумала, что с тобой, но это была не ты. Я подслушала крайне интересный разговор… — нагнав интриги, замолкает.
Меня едва не подкидывает от этих её пауз…
— Ещё немного и, клянусь, я переведу остаток денег не тебе, а на счёт похоронной фирмы! — беру трость, замахиваюсь на подругу.
— Полегче, дорогая, — на лице Аллы ни один мускул не дрогнул. — Я просто хочу, чтобы ты прочувствовала момент. Тимур говорил с твоим врачом. Тебя ведь завтра кладут в больницу, да?
— Да, — убираю трость. — Мне будут делать операцию. Зачем Тимур говорил с моим врачом?
— Если я всё правильно поняла, они в дружеских отношениях. Твой муж собирается овдоветь.
— Что? Как это? — я в полной растерянности.
О том, что Тимур может попытаться меня убить, я уже думала. Для этого вокруг меня куча охраны. Но причём тут доктор?
  
— Вся эта история с шантажом, как и согласие Тимура на развод — отвлекающие манёвры. Он хочет, чтобы ты думала об этом. И ты думаешь, а реальную опасность не замечаешь. Ты ведь доверяешь своему врачу, да? — вкрадчивым шёпотом спрашивает Алла.
Как себе. Мы с доктором через многое прошли. Он уже сделал мне одну операцию.
— Господи… — у меня перед глазами пляшут цветные круги.
— Операция пойдёт не по плану, и ты скоропостижно скончаешься, не приходя в сознание, а Тимуру достанется всё.
— Так зачем ты пришла ко мне? — поднимаю взгляд на подругу. — Неужели не хочешь помириться с будущим вдовцом-миллиардером?
— Знаешь, Дин, я не ангел, — она пожимает плечиком, — многое могу понять, но не безумное желание избавиться от собственной жены таким зверским способом. Я не готова однажды оказаться на твоём месте. Даже за миллиарды — не готова.
Алла знает цену собственной жизни — этого у неё не отнять. Какой бы подлой тварью она ни была, мозги у неё на месте. Я бы тоже не рискнула связать жизнь с мужчиной, которому убить жену что кофе с утра выпить.
Молча беру телефон и перевожу Алле остаток денег. Информация более чем ценная. Я слово держу.
— Пришли? — интересуюсь у недоподруги.
— Да, всё в порядке, — улыбнувшись, убирает свой смартфон в сумочку. — С тобой было приятно иметь дело.
— А с тобой неприятно. Уходи.
— Да, пора. Засиделась я, — собирается встать, но передумывает. — Кое-что ещё… Я сегодня же улечу из страны. Хочу начать новую жизнь далеко отсюда. Но у меня есть для тебя сюрприз. Приятный. Тебе обязательно понравится, — заверяет меня с серьёзным видом. — Ты получишь его через несколько дней. И надеюсь, оценишь, а в благодарность, если что, не вспомнишь о Диме. Мой брат не хотел в это ввязываться, но отказать мне не мог.
— У-хо-ди…
  
Глава 26
 
Реальность оказалась куда жёстче, чем я могла вообразить. Мой врач, с которым я прошла огонь и воду, мог стать моим палачом. Поверить не могу! Но проверять не рискну. В эту больницу я не лягу. Да и в другую, наверное, тоже. После такого я вряд ли смогу доверить кому-то мои здоровье и жизнь.
— Динара Ильясовна, вы в порядке? — Татьяна заходит в гостиную.
— Да, всё хорошо.
Алла ушла полчаса назад, а я не могу заставить себя встать и пойти в комнату. Голова гудит, нога снова отекла и болит.
— Что Алле было нужно? — домработница присаживается в кресло, смотрит на меня с беспокойством.
— У меня сейчас нет сил объяснять, но сумки, которые ты собрала для меня в больницу, надо разобрать.
— Как? Почему? — Татьяна удивлена. — Динара Ильясовна, вы так ждали эту операцию!
Да-да, ждала. Поэтому ничего не заподозрила. Хотя звоночки были. До моей амнезии доктор настаивал на длительной подготовке к операции. Говорил о реабилитации, приёме лекарств. А сейчас он вдруг забыл все свои слова и стал настаивать на скорейшей госпитализации. Мне чуть ли не послезавтра надо было лечь на операционный стол. Лечь и больше никогда не встать.
— Татьяна, я правда устала, — вздыхаю. — Ещё немного посижу, посмотрю на огонь и пойду к себе.
— Хотите, я приготовлю вам ужин? Лёгкий.
— Аппетита нет.
— Господи, да что же вам сказала эта Алла?! — домработница хватается за сердце. — Вы от всего отказываетесь!
— Придётся отказаться от мечты снова ходить как все нормальные люди. По крайней мере, на какое-то время. Из-за этого мне грустно.
— Вы говорите загадками, Динара Ильясовна.
— Просто не хочу вдаваться в подробности, чтобы не раскиснуть ещё больше… А знаешь, — вздыхаю, — кое-кому я могла бы доверить своё здоровье.
— Кому? — Татьяна оживляется.
— Незадолго до моего отъезда из леса в стае Карима появилась шаманка. Она была готова взяться за меня. Наринэ ничего не обещала, но я чувствовала, что она может помочь.