Стратегия одиночки. Книга седьмая (СИ)

— Ну, если недоговаривать, то…
— Нисколько в тебе не сомневался, — рассмеялся Кейташи. — Показывай!
— Он сломан.
— Ты специально надо мной издеваешься?
— Нет, просто предупреждаю.
Наклонившись к рюкзаку, достал свёрток и положил на стол браслет из воронённой стали. Минуты две японец просто на него смотрел, затем обошёл стол по кругу, после чего спросил:
— Прикасаться можно?
— Да.
Что только Кейташи с браслетом не делал. Крутил в руках, принюхивался, водил ладонью над ним, закрыв глаза, а затем даже облизал и попробовал на зуб.
— Вот если бы ты не сказал, что это артефакт, ни за что бы этого не понял. — Через полчаса японец сдался и положил браслет обратно на стол.
— Это артефакт, точно.
Жаль, я думал, будущий бог Труда сможет что-то сказать, но, видимо, не судьба. Уже потянулся, чтобы убрать браслет обратно в рюкзак, как Кейташи застыл на пару секунд, жестом остановил меня и спросил:
— Сегуна — это же богиня ночной Луны?
— Всё верно.
Взгляд землянина метнулся к окну, после чего он вскочил на ноги, погасил масляную лампу, схватил браслет и, распахнув ставни, выставил артефакт под лунный свет. Минуты три внимательно его разглядывал, а затем полез под кровать, долго там копался и вылез с каким-то скомканным листом бумаги. Повинуясь щелчку пальцев Кейташи, снова загорелись масляные светильники. Японец сел за стол, развернул найденную бумажку и положил её рядом с браслетом.
— Значит, не показалось. — Произнёс он.
— Показалось что? — Не понял я.
— Смотри. — Кей потыкал пальцем в бумажку, на которой был изображён рисунок какого-то женского украшения. — Это проект того браслета, который мне заказал купец для своей дочери.
— И? Они же совсем разные. На рисунке лёгкое женское украшение, а браслет Ночных Охотниц явно имеет боевое применение, по сути, это полноценный наруч.
— Не на то смотришь. — Отмахнулся японец. — На рисунок смотри.
— Всё равно не похожи.
— Да, не идентичны, но… Я когда заказ получил, сходил в Храм Всех Богов и внимательно изучил статую Дайрин. На руках Богиня Утренней Зари надеты два браслета, но их не видно целиком, каждый из них на две трети закрыт рукавами просторного одеяния.
— И?
— Что «и»? Ты смотришь и не видишь! Вот тут рисунок и вязь, что на браслете Охотниц, что на украшении, одинаковы. Различия начинаются там, где на статуе браслеты скрыты рукавами. Видимо, рисунок на заказанном мне украшении додуман людьми, а на принесённом тобой браслете оригинал.
Теперь, когда он объяснил, я вижу общее.
— Одно непонятно, почему такое сходство между вязью? Из-за того, что Дайрин и Сегуна сёстры? — Задумался Кейташи.
Его вопрос пробудил во мне очередной проблеск воспоминаний.
— Согласно древним легендам, — произнёс я. — на свадьбу своей сестры с Обеорном Дайрин подарила Сегуне один из своих браслетов.
— Каким легендам? — Поднял глаза японец. — Я прочёл все фрагменты в жизнеописании Дайрин, касающиеся браслетов богини Росы, и там точно не было ни слова об этом сказано.
— Это не из текстов Утренней Зари, а из легенд Ночной Хозяйки.
— И где же ты их услышал? — Внешне невинно поинтересовался Кейташи.
— У меня есть не только это… — Над моей правой ладонью загорелся символ Сродства со Светом. — Но и это… — Над моей левой рукой оживает знак Сродства с Тенью.
— Талантлив в одном — талантлив во многом… — Покачал головой Кейташи.
Что? Он это сказал мне? Будущий бог Труда произнёс именно это? Я не ослышался? За весь прошлый Цикл подобной похвалы из его уст удостоился только Дайс, и никто более.
— А раз так, если сказанное тобой верно.
Японец резким жестом развязал свой кошель и достал оттуда два лунных камня, которые я ему вернул. После чего, словно ведомый каким-то наитием, он вложил камни в пустующие пазы браслета. Его пальцы окутались металлическим огнём, после чего раздался тихий сухой щелчок, и камни заняли свои места. Именно так «свои места». Я словно почувствовал правильность действий Кейташи.
— Как я и думал! — Воскликнул японец, потирая руки… — Только артефакт всё равно не работает. Он в порядке, весь мой опыт кузнеца говорит, что я всё сделал верно. Но не работает.
 
— А ты понимаешь, как он должен работать? — Затаив дыхание, спросил я.
— Не-а. — Покачал головой Кейташи. — Вообще ни одной мысли. Но уверен, что данный браслет делали не на мужскую руку.
— Да, согласно легендам, подобные браслеты могли носить только женщины, обладающие Сродством с Тенью.
— У тебя есть кто-нибудь на примете? — В глазах японца зажегся огонёк естествоиспытателя.
— Увы…
— Обидно. — С сожалением произнёс землянин. — Я бы проследил за работой этой вещи. Но, видимо, не судьба.
— Сколько с меня за починку? — Улыбнулся я, протягивая руку, чтобы забрать браслет.
— Цену камней оплати, и мы в расчёте. — Отмахнулся японец.
Этой ночью мы так и не легли спать. Проболтали до самого рассвета. Я рассказал о том, как прошёл мой путь, опустив некоторые спорные детали. Также поведал о мыслях настоятеля Храма Ишида о Рунах. Не забыл рассказать о своих встречах с другими землянами, как и о том, какую легенду «придумал» о появлении сортудо на континенте. Особое внимание уделил тому, как Ариэн развивает Айнуминат. Эти детали могли понадобиться Кейташи, если он, как и в прошлом Цикле, всё же создаст свою Гильдию.
В свою очередь японец достал все свои записи, и мы до хрипоты спорили о доспехах и оружии, о балансе и форме клинков, о преимуществах копья над мечом и наоборот, о пользе клевцов и тяжёлых топоров. Мы даже поругались, но быстро помирились. Затем Кей рассказал о некоторых своих экспериментах. К примеру, он пытался разобраться с фрагментами того копья-лома, на котором, по его словам, наблюдались остаточные эманации иномирной сущности, которая чуть не сделала из меня аватара одного из Аспектов Смерти. Увы, все эксперименты японца над этим материалом пока не дали результата, и он закопал их в лесу под приметным деревом. Что же касается нефритовых «сердец» крупных троллей, добытых нами в том же данже, то в итоге землянин их продал в Цех Артефакторов.
Также будущий бог Труда поделился со мной своими планами. Из-за того, что местное сообщество мастеров так и не приняло его в свои ряды, поскольку он был слишком молод на их взгляд, Кейташи решил после того, как сделает себе такой же доспех, как и для меня, направиться в Пятиградье. Землянин не забыл мои рассказы о Горнах Подземного народа и загорелся идеей устроиться на одну из подобных кузниц подмастерьем, чтобы узнать секреты местных традиций кузнечного ремесла у лучших мастеров на всем Айне.
Мы уже начали прощаться, когда я вспомнил о важной детали.
— О! Чёрт! Едва не забыл, у меня же для тебя подарок есть! — Воскликнул я. — Специально столько нёс, и едва из головы не вылетело.
— Подарок? — С плохо скрываемым интересом переспросил Кейташи.
— Только необычный, тебе придётся его расплавить, когда «наиграешься».
— Что-то мне уже это не нравится, — поморщился японец, — думаю, такой подарок тебе лучше оставить у себя.
— Тебе понравится, — отмахнулся я от его слов и достал из свёртка, привязанного к рюкзаку, Губитель Людей, положив его на стол.
— Меч. — Протянул Кейташи, не спеша прикасаться к клинку. — И?
— Его ковал дварф. — Пояснил я, наблюдая, как меняется лицо землянина.
Минут десять японец тщательно исследовал клинок, иногда останавливаясь и потирая затылок.
— Чем интересно закаляли?.. Необычная сварка слоёв… Диагональная заточка… — Бормотал он, не обращая внимания на меня.
Наконец, отложив меч в сторону, он поднял глаза:
— На вид обычный меч. Изготовлен в необычном стиле, конечно. Да и цвет стали то ли освещение шалит, то ли и правда отдаёт синим? Руны на лезвии? Нет, не они, похожие, но всё же другие… Не артефакт, я не чувствую в нём какой-то магии. Но одновременно с этим ощущаю странную злость, идущую от этого клинка.