Тафгай 2 (СИ)
— От всех болезней, говорит Тамара Иоффе, поможет нам один коньяк, и пару кофе, — прокомментировал я, осматривая большущий синяк у Ковина.
— Не смешно, Иван, — улыбаясь, ответила врач, пока все хоккеисты ржали, как ненормальные.
— Не смешно, то есть хорошо, — похохатывая сказал Сева Бобров. — Давай Александров готовься, во втором периоде выйдешь в тройке Тафгаева. Я на тебя надеюсь.
* * *«Конечно, из Бори в будущем получится классный хоккеист, — печально подумал я, отбегав безрезультатно с ним и со Скворцовым в тройке половину второго периода, — но это случится не скоро».
— Я всё правильно делаю? — Хватая ртом воздух, спросил меня молоденький Александров.
— Ну как сказать, — замялся я, ведь парень с нами не провёл ни одной тренировки.
— Да скажите ему, как есть, — зло выпалил Скворцов, сидящий на скамейке запасных по правую руку от меня. — Бестолочь ты! Надо идти самому, ты даешь в борьбу. Надо пасовать, а ты лезешь в обводку на двоих. Быстрее башкой соображай, они все мужики мощнее нас, зато мы резче. Наша сила в скорости мысли.
— Всё нормально, — успокоил я Борю Александрова, — главное мы выполняем четко ловушку в средней зоне и не даем забить пока мы втроём на льду. А это сейчас основное. Смотри, смотри! Гол! — Вскочил я с места, так как на льду игроки первой пятёрки лихо раскидав своих оппонентов организовали уже третью заброшенную шайбу, 3: 1.
— Шайбу с передачи Фролова номер 11 забил Алексей Мишин номер 12, - сообщил весёлым голосом диктор во дворце спорта, как только болельщики пропели небольшую песню, что вместе они с «Торпедо».
А вот после счёта 3: 1, игроки «Химика» вдруг вспомнили, что они почти московская элитная команда, и недавно одержали две важнейшие победы. И от досады на самих себя, на свою игру воскресенцы побежали отыгрываться. И здесь показал класс Виктор Коноваленко, ликвидировав два подряд почти стопроцентных голевых момента.
— А неплохая идея была с отдельным тренером для вратарей, — похлопал меня по плечу Бобров. — Техника вратарская конечно не обычная, но зато действенная. Будем продолжать. Давай на смену. — Толкнул он легонько меня.
— Мужики нужно срочно отодвинуть игру, а то Сергеич в рамке итак весь в мыле, — бросил я своим партнёрам Скворцову и Александрову. — «Малыш» играем на входе в зону скрест.
После выигранного вбрасывания и обратной передачи от Саши Куликова, я сначала устроил небольшой перепас со Скворцовым, а потом резко откинул шайбу на Александрова.
— Скрест Малыш! — Гракнул я, уходя на левый край, где мне по идее должен был оставить шайбу наш новобранец.
И вроде Борис, всё прекрасно услышал, и что такое скрест я ему уже успел в перерыве нарисовать, но своенравный игрок вместо оставления шайбы для меня сам резко развернулся и полетел в зону атаки.
— Дурень! — От злости хлопнул клюшкой об лёд Скворцов, но всё же бросился, как и я в зону «Химика».
Наш молоденький своенравный «пострел», который как в поговорке везде поспел, следом выскочил на здоровенного защитника из Воскресенска Юру Ляпкина. Показал обманное движение вправо и легко улетел влево, где под очень острым углом вышел на ворота Афонина. И с таких углов бывало, что шайбы залетали, но Александров заметив, как накатываю я по центру, резко отпасовал мне прямо в крюк. Бросок, и невероятным способом шайба, угодив в черенок вратарской клюшки, отлетела направо на наезжающего Скворцова. Ещё один щелчок по почти пустым воротам и лишь громкий «звяк» шайбы, которая отрикошетила от перекладины на трибуны, раздался надо льдом.
— Нормально, — похвалил я своих партнёров. — Следующую забьём.
В перерыве перед заключительным третьим периодом, Сева Бобров решил немного нас позлить, чуть-чуть подзавести. Видать хороший счёт 3: 1, не устраивал легенду советского спорта. Всеволод Михайлович прошёлся важно по раздевалке и начал:
— Коля Свистухин, пока ваше звено хвалить не за что. Тройка Федотова играет, примерно как я и планировал. Тафгаев, шутить по утрам пока получается лучше, чем попадать по пустым воротам. Один зелёный новобранец за вас на льду пашет.
— Поэтому Михалыч и не забиваем, — я сделал несколько глотков горячего чая. — Ведь лёд — это не колхозное поле, чтобы на нём пахать. Тут соображать надо. А вот нужной подсказки от легендарного хоккейного специалиста мы и не услышали.
— Значит подсказка такая, — помялся на месте несколько секунд Бобров. — Не маленькие, чтобы вам шпаргалками помогать. Третий период нужно провести так, как вы умеете. Шалопаи.
Третий период шалопаи Всеволода Боброва, то есть мы, начали сильно. Но результативно сыграл опять двенадцатый номер Лёша Мишин, который оформил хет-трик, 4: 1.
— Если бы были сейчас в США, то лёд зрители закидали бы кепками, — сказал я Скворцову и Александрову. — Но до нас пока такой обычай не дошёл. Да и кепки нынче стоят почти пятнадцать рубликов, накладно для простого народа ими разбрасываться.
— Играть-то сегодня будем? — Мрачно спросил Скворцов.
— Обязательно, — я похлопал его по плечу. — На входе в зону играем скрест, повторяю специально для «танкистов» из Казахстана.
— Ваша смена, — скомандовал главный тренер Бобров.
Перед вбрасыванием в центральном круге, которое производится всегда после забитого или пропущенного гола, ещё тридцать секунд болельщики не могли успокоиться и горланили «наш новый победный гимн». В итоге московский судья плюнул и вбросил шайбу на лёд, не обращая внимания на песню.
К сожалению, не с первого раза удалось войти в зону атаки, скрест через Александрова опять не сработал, зато через Скворцова я пролетел чужую синюю линию как на гоночной машине и, обозначая атаку на ворота Афонина, укатил ему за спину. И вдруг как из-под земли на отличную ударную позиции выскочил «Малыш». Резкий пас ему прямо в крюк, но Александров и тут решил сыграть по-своему, он замахнулся, выманил на себя вратаря и защитников, и отдал уже на пустые ворота Скворцову. После чего Сашка без труда закатил пятую шайбу, 5: 1.
— Гол! — С такой радостью заорали Скворцов и Александров, как будто мы выиграли чемпионат.
Я же посмеиваясь над молодыми партнёрами, скромно их похлопал крагой по каскам. А чего веселиться? Игра практически сделана. Противник сломлен. Главное сейчас доиграть без травм, Смагина с Ковиным уже выше крыши.
— А ты говоришь, я вам ничего не посоветовал, — улыбнувшись на скамейке запасных Сева Бобров, сказал мне. — Учись, как тренировать надо.
* * *После матча, который закончился со счётом 6: 2, у «Химика» опять отличился Козин, а у нас Толя Фролов, у служебного входа во дворец спорта, собралась огромная толпа народу. А когда мы появились с клюшками и баулами с хоккейной формой, и стали медленно протискиваться в автобус, пожимая всем встречным руки, народ бодро запел:
Вместе мы с тобой «Торпедо»!
Город Горький — часть души моей!
Сердце бьётся за победу!
И «Торпедо» с нами всех сильней!
Глава 19
Есть одна дата в истории СССР, которая для одних не значит ничего, а для других значит всё — это 28 июля 1957 года, когда в Москве стартовал VI Всемирный фестиваль молодёжи и студентов. Чем это событие стало для страны, где ещё несколько лет назад даже страшно было чихнуть не на тот портрет? Культурный шок, эмоциональное потрясение и конец света одновременно. Вдруг обнаружилось, что люди из ста тридцати одной страны не кусаются, а наоборот они смеются и с ними даже можно поговорить. И на вопрос: «А ты меня понимать?». Иногда можно было получить ответ: «Ну, чё орёшь, не видишь — я русский?».
Страшное случилось в тот день для рабовладельцев всего мира, ведь они ежедневно запугивали своих бедных рабов тем, что там, за железной занавеской живут ужасные люди, поэтому жри пайку и радуйся, что я вас всех защищаю. А тут в Москве танцы какие-то. Ну а лозунг «За мир и дружбу», под которым прошёл фестиваль, так вообще всё настроение испортил узурпаторам недобитым.