Бессильный чемпион. Том 1
Григорий Володин
Бессильный чемпион. Том 1
Глава 1 – Больничка
– Чисти зубы осторожно, – мажет мне скулу кремом от отеков молодая медсестра. – А то швы разойдутся.
– Зачем на зубах нитки? – приподнимаю я брови. Боли не чувствую. Вообще лица не чувствую, как будто и не родное вовсе. Хотя последнее так и есть: в этом теле я всего две недели. Щупаю пальцами опухшую скулу и повязку на носу.
– Не на зубах- на губе, дурачок. – Смеется она. – И не вздумай чесать правый глаз.
– Опять швы? – подозрительно прищуриваюсь.
– Ага, – улыбается она.
– Прямо на глазу? – испуганно открываю рот.
– На веке! Так, господин Бесонов, прекратите корчить рожицы, – говорит в шутливом тоне. – И не двигайтесь. Дайте обработать ваши синяки.
Послушно замерев, оглядываю ее стройное тело в белом халатике и едва ли не облизываюсь. Коварные подростковые гормоны не сдаются. Когда в последний раз так бурлили андрогены под кожей? Лет десять назад? Да и в свои шестнадцать мне было вовсе не до спокойной жизни. Мир горел, человечество вымирало. Все мои мечты крутились вокруг способа, как прикончить Генералов демонов, а не обласкать симпатичных медсестер. Но этот мир не знает Страшного вторжения. Можно расслабиться, покайфовать обычным подростком…полюбоваться шикарными буферами опять же.
Медсестра замечает кол у меня под простыней и краснеет.
– Господин Бесонов!
– Что? Там уже минут десять ничего не двигается, – честно смотрю я в ее большие глаза.
Она пытается строить из себя строгий медицинский персонал. Но не выдерживает и смеется.
– Выздоравливай, Бесенок,– убирает баночку крема и отворачивается. – Хотя, видимо, ты и так здоров как бык.
– Осеменитель? – подмигиваю ей.
Получаю легкий подзатыльник.
– Бесенок!
Слово снова режет слух, но молчу. Ну что это за детское прозвище! Я – Артем Бесонов, верно, да, а дальше расходимся в показаниях. В старом мире жил-да-мочил чудовищ боец-демоник по кличке Перун, здесь же валяется на больничной койке шкет Бесенок. Школьник бесноватый, блин. Ладно, терпим-терпим, Тема, ничего другого не остается.
– Лучше скажи, когда меня выпустишь из больницы? – ухмыляюсь. – Или так сильно понравился, что никогда?
Новый подзатыльник, только в это раз рука чуть задерживается на моей взлохмаченной шевелюре.
– Доктор сказал, что последствия аварии незначительные, так что скоро. Потерпи немного и увидишься с одноклассниками.
Цокая каблучками медсестра уходит. Я откидываюсь на пахнущую кондиционером подушку и размышляю. Взгляд падает на отражение в окне. Лицо действительно мое, только моложе лет на десять. Да и видок в целом… тут и там швы, лицо перекошено. Хотя в Страшном мире мне и не так доставалось. Но благодаря фракталам Высших демонов даже шрамов не оставалось, мигом все затягивалось.
Этот мир другой, он добрый и прекрасный, здесь нет войны с исчадиями ада, зато есть шоколадная паста! Не только мир – сам я другой, хоть и имя, и лицо те же. А еще мои родные здесь живы и здоровы. Может быть, это рай? Ведь Страшный мир спасен, Владыка выводка мертв, и я, я тоже вроде бы. Заслужил же, в конце концов, вашу мать, после стольких лет бойни.
Что помню из последнего в Страшном мире? От воспоминания сразу наворачиваются слезы. Мои друзья пожертвовали собой, бросились в пасти тираназам ради того, чтобы я один прошел дальше. Ради мизерного шанса спасти мир. И я оправдал их глупую веру. Замочил Градгроба и скинул огромную вонючую тушу в шипящую магму Эразина. До сих пор в ушах гремит урчание жерла беснующегося вулкана. Дальше темнота. Неужели раны доконали? Не должны: подумаешь, руку отсобачило, да острый осколок гранита бок насквозь пробил. И не с таким дерьмом выживал. Однажды фрактал Четвертого Генерала Эсклопа заново отрастил мне тело буквально с нуля. Только брызгающая кровью голова и осталась – закатилась в расщелину скалы, пока остальным пировали визжащие гарпиусы.
Возможно, яд. Помню, как метровые когти Владыки выводка отсвечивали фосфором в тени утесов. А может, просто оступился и свалился в магму. Мда, вот это героическая смерть Перуна-демоника. Генералов замочил, Градгроба пересилил, а на своих двоих не устоял. Хотя из урока по истории помню: великие мужи частенько мерли от всякой банальщины. Петра Первого, например, простуда довела. Слабое утешение, черт.
Рай или нет, но закинуло меня в тело пацана, пережившего автомобильную аварию. Не знаю, где теперь сам Артем-Бесенок, месяц тело пролежало в коме, прежде чем обрело нового хозяина. Очень не вовремя водителя автобуса дернуло на встречку – в самый разгар абитуры. В итоге парень первое сентября пропустил, экзамены в старшую школу тоже профукал. Хотя благодаря спортивной стипендии за мной до сих пор числится место в одной из лучших гимназий страны. Бесенок-то не абы кто, а сам чемпион Всероссийских Игр по саммо среди учеников средней школы. Звезда местная, уже паре санитаров пришлось дать автографы.
В палату стучатся, заглядывает моя сестренка Лена.
– Братик, не спишь?
– Нет, – тут же подбираюсь я повыше.
В Страшном мире сестренка умерла в самом начале Вторжения, я сам закрывал веки на ее опаленном личике. Именно у ее трупа я впервые сражался на смерть и прибил первого демона-ксинуса. Так начался мой путь демоника.
Четырнадцатилетняя девочка подходит ко мне, и мое сердце сжимается. Те же голубые глаза, те же короткие светлые волосы. Все, пора вставать с койки – пока разлеживаюсь тут, сестренку могут обидеть. Снова.
– Братик, смотри, кто со мной пришел.
Пятеро широкоплечих парней вваливаются в палату. У всех разного цвета волосы.
– Бро, здоров! – хрипит блондин. У него что-то с горлом?
– Бесенок смирно лежит? Точно снег в жару пойдет, – ухмыляется брюнет с пушистыми ресницами. Лена бросает на него долгий взгляд. Замечаю, как в ее глазах пляшут горячие искры. Едва сдерживаюсь, чтобы не выкинуть парня в окно.
– Харе разлеживаться, Тём. Нас осенние Игры ждать не будут, – всплескивает руками рыжий.
– Ага-ага, куда мы без нашего капитана, – хмыкает красноволосый. Он что, крашеный? Серьезно? Как девчонка?
– Даже тренировки без тебя не ладятся, хоть тренер Хромов гоняет до седьмого пота, – а этот вообще зеленоволосый. Вот же радуга ко мне привалила. Прямо корейская поп-группа пожаловала. Странно, что у меня самого не желтый окрас для гармоничности.
Меня в шутку бьют по плечу, толкают, подначивают. Ленка в сторонке тихо улыбается. Радуется, что у братика столько верных друзей. А я радуюсь, что сестренка жива.
– Парни, извините, но в Играх я больше не буду участвовать, – огорошиваю всех новостью.
Все замолкают. Слышно как за окном птички чирикают.
– Ты хоть объясни, Тём, – просит брюнет. – Чего так резко? Ты же лучший, ты Бесенок!
– Бывает, что все меняется, парни. Вот и я тоже…изменился.
– А как же лицей? – зеленоволосый всплескивает руками. – Он же профильный. Ученикам нельзя не участвовать в спортивных либо музыкальных клубах.
– Значит, буду на саксофоне дудеть, – язвлю.
– Кто тебя к нему пустит? У тебя стипендия спортивная, – восклицает рыжий.
Вздыхаю. Пристали, хотя верно поступают: друзья ведь. Придется правду раскрыть. Не всю, понятно.
– Парни, я больше не ощущаю живу. В саммо меня любой детсадовец сделает.
В этот раз тишина более продолжительная. У ребят даже челюсти отвисают. Только Лена смотрит грустно – она с родителями уже в курсе.
– Как не ощущаешь? – хрипит блонд. – Давно?
– Сразу после аварии заметил.
Вообще, едва очнувшись, заметил я совсем другое – что все вокруг колдуют. Ну ладно не все. Здесь магия что-то вроде боевого искусства. Постоянно занимайся физкультурой, закаляйся, отрабатывай каты – и не нужно будет вставать за забытой ложкой для борща. Сама прилетит.
Техник обращения с духовной энергией «жива» множество. И стилей тоже: в Японии постигают айкидзюцу, в Индии – шива-ранга. Здесь же, в Российской Империи, процветает славянская войстезя или, по-современному, саммо – самозащита ментальным оружием. Соревнований проводится множество, и не только боевых поединков. Так в России популярны тактические Военные игры – командные соревнования, где мало уметь сражаться – тут думать надо.