О моем перерождении в бессмертного (СИ)

Спустя какое-то время я почувствовал теплое прикосновение к моей щеке. Надеюсь это Кай, которого поджарило до состояния, когда его мясо буквально сползает с костей.
Говорю так, будто ненавижу его… По правде говоря плохие ребята здесь мы, так что винить его не за что. Он убил Винсиля, которого я считал другом… Он убил и Локи… Даже если у нас были с ним терки, я все равно считал его хорошим товарищем.
Если атака не нанесла ему вреда, значит он убьет и Гамабуччи с Ирэн. В таком случае я возненавижу его?
Распахнув веки я не увидел его рядом со мной. Я лежал в горячей, мутной от праха моих товарищей луже. Инстинктивно я пытался нащупать его сердце, ведь если его тоже расплавило, оно должно было остаться здесь, но в итоге наткнулся только на сферу. В тот момент когда я использовал ее, я даже не задумывался над тем, что могу повредить черную льдину. Ведь в конце концов это сердце самой Богини, поэтому я даже в теории не представлял себе такого. Ну, а даже если я все же повредил его, то не страшно. К черту Иримэ… Все это произошло из-за нее! Где она кстати? Я давно не видел ее ворона.
— Эй! — перед моим лицом уже секунд тридцать кто-то машет рукой, пытаясь привлечь внимание, а я словно контуженный не обращаю на это внимание.
Кто это? Ирэн?
— Ты меня вообще слышишь? — снова повторил женский голос.
— Т… Тринити? — я не верил своим глазам.
Откуда она здесь?
Моя рука тут же потянулась к шее. Черт, амулет… Его расплавило после атаки? Нет… я забыл подобрать его еще тогда на Снежном берегу. Неужели то присутствие, что я так долго ощущал исходило от нее? Она шла за нами по пятам все это время? Тогда почему не помогла? Хотя какое ей до этого дело…
— Где Ирэн и Гамабуччи? — схватившись за голову, я подскочил на ноги.
— Кай забрал их с собой.
— Их? Зачем? Нет, то есть они еще живы? — я накинулся на нее с вопросами.
— Сперва оденься, — с покрасневшим лицом она отвернулась, и сняв белый халат, протянула его мне.
— Ах… Спасибо.
Я выгляжу как побитый котенок… Помнится при нашей последней встрече я открыто выражал к ней свою неприязнь, а сейчас веду себя так, словно этого никогда и не было.
— Пока что с ними все в порядке… Наверное, — сказала девушка, пока ее взгляд косился в мою сторону.
— Наверное? — накинув халат, переспросил я.
— Сейчас это не столь важно. У меня есть к тебе более серьезный разговор. Я могу рассказать тебе об этом только здесь, так как способность отца не работает в подземелье.
— Э? Рассказать о чем?
— О том, кто ты такой на самом деле.
 Глава 36 — Причудливая семейка 
— Часть 1 —
— Кто я такой на самом деле? — крепко сжимая сферу в руке, переспросил я.
По решительному взгляду Тринити я вижу, что она настроена серьезно. Из-за этого, меня с головой окутывает какое-то необъяснимое чувство тревоги. Словно тело не хочет слышать эту информацию. Со мной такое впервые.
— Но прежде чем я перейду к сути, я должна узнать кое-что. Могу ли я довериться тебе?
— С чего бы это? Наши отношения даже не на приятельском уровне, — я почесал щеку и убрал взгляд в землю.
— В этом ты прав. Но с этой задачей сможешь справиться только ты.
— Только я, да?
Я плюхнулся в лужу, испачкав одолженное у Тринити белое одеяние.
— Я ни на что не способен, — спрятав лицо в ладонях, я говорил тихо, но она все равно услышала.
— С нашей последней встречи ты кардинально изменился. Я конечно наблюдала за тобой, но что у тебя в голове, знать не знаю. Почему ты стал таким… плаксой?
Впервые проронил слезу и уже заклеймили нытиком… Да уж, слабину в этом мире давать запрещено.
— Потому что тогда я был лишь в начале своего пути… У меня не было ни цели, ни желания жить. Я двигался вперед, только потому что мне надоело умирать.
Я не хочу рассказывать ей все, что у меня на душе, ведь ее это никак не касается.
— Почему ты был заносчивым грубияном я уже поняла. Я спрашивала о другом. Почему сейчас ты трагично сидишь в грязной луже и разговариваешь полушепотом? Еще и делаешь драматичные паузы между словами. Меня аж блевать тянет.
 
Теперь она решила начать высмеивать меня. И кстати, говоря со рвотой она не блефует. Я помню нашу встречу в Лапреузе. Такое сложно забыть.
— Грязной луже? Она грязная, из-за праха моих товарищей. Я был бесполезен и позволил им умереть. Я бесполезный слабак, и прекрасно осознаю это. По этой же причине меня бесит, что весь сранный мир крутится вокруг меня. Только я нужен паршивому грибу в Рэйнфолле, только я могу убить отца, только за мной охотится Великий Герой человечества, потому что мной заинтересовались Боги! — я поднялся на ноги и сверля взглядом девушку продолжил говорить повышенным тоном. — Только я могу вырвать сердце Кая, только я могу помочь тебе! Что-то забыл?! Ах да, только я один могу носить этот легендарный доспех, и даже здесь я умудрился облажаться!
— Ты закончил? — нахмурив брови, девушка сделала шаг вперед и схватила меня за грудки.
— Весь мир сошелся на мне клином. Я никогда не просил этого! Я просто хотел обычной жизни!
— Уж прости, но жизнь так устроена. Мы не всегда получаем то, что хотим! — накричала на меня девушка.
Я даже не знаю зачем в итоге начал жаловаться ей на жизнь. Я ведь прекрасно понимаю, что жаловаться нет никакого смысла. Даже несмотря на все неудачи с которыми я сталкиваюсь, или грустные моменты по типу потери товарищей… Я все равно проживаю свою лучшую жизнь. Не помню, что было в первой, поэтому не могу говорить за нее. Но в этот раз, я хотя бы живу. Мне позволили жить… Дали тело бессмертного и заставили страдать, но я по-прежнему жив…
— Я понимаю это, — спрятав взгляд, ответил я.
— Тогда хватит ныть и соберись уже.
— Да я поныл-то всего лишь минут 10 от силы! Хватит вести себя так, будто я совсем размазня какая-то!
— Да ты по-моему ноешь с того момента как тебя порвала на части та мантикора! — возразила Тринити. — Неужели одного зверька достаточно, чтобы убить в тебе всю уверенность?
Теперь все это обернулось какой-то комедией. Серьезность пропала из ее голоса. Схватив меня за щеки, Тринити начала растягивать их.
— Да на моем месте ты бы тоже расстроилась! Я два с половиной года тренировался, чтобы в итоге меня покромсала какая-то зверушка!
— Постой… — она отпустила меня и приподняв брови спросила: — Так ты не чай в академии пил? Действительно тренировался там чему-то?
— Да, а что в этом такого? — сделав пару шагов назад я потер красные щеки.
— Я же говорила тебе, что ты никогда не сможешь использовать магию. Тогда зачем ты тратил столько времени впустую?
— А с хрена ли мне тебе верить?
— Но ты же и сам должен был заметить, что прогресса нет. Или ты слепой, как твой бывший дружок, — ее взгляд сместился на лужу у меня под ногами.
За что она так с Локи? Он ведь тоже был алкашом. Неужели никакой солидарности к «товарищу»?
— В академии у меня был определенный прогресс. Я сражался с многими сильными воинами, и одерживал над ними верх.
— Я не отрицаю то, что ты научился сражаться. Вот только знание как правильно вести бой не поможет, если в атаках нет силы. Твой кровавый клинок бесполезен, но ты продолжаешь использовать его, потому что так и не подчинил свой же доспех.
— О чем ты вообще?
— Сила ударов, заклинаний или даже выстрела из лука. Все это зависит от количества маны которую ты вливаешь в кулак, оружие, стрелу или заклинание. Я наблюдала за поединком в Октависе два года назад. Я видела, сколько маны вливает в клинок твой доспех. Но ты ни разу не повторил за ним, потому что он не помогает, а сам ты не допер как это делается.
— Ты не права. Мои атаки стали мощнее со временем.
— Неужели? В таком случае доспех сжалился над несчастным и все же поделился небольшой частичкой силы. Но это далеко не его полный потенциал.
— Тебе что-то известно об этой броне? — приложив руку к груди, спросил я.