О моем перерождении в бессмертного (СИ)

Нужно подгадать время… момент… Сейчас!
Я вынырнул верхней половиной тела и схватил его за ноги. Тебе конец!
Постойте… Э? Почему у пацана в груди взрывная стр…
 Глава 11 — Благодарность 
— Часть 1 —
Мы вернулись в Ру’ок, где нас уже ждали местные жители. На всю округу раздался певучий звон горна. Его звук продолжался до момента, пока они не увидели в каком количестве мы вернулись.
Мы спрыгнули с черепах и нам на встречу побежал вождь. Он такой толстый, что я и не думал, что он вообще может бегать.
— Где остальные?! — сорвался на крик он.
Нашим спикером выступил последний оставшийся в живых бабан-морж:
— Погибли…
— И как это понимать?! — в разговор встряли обеспокоенные стражники вождя.
Потому что вождь весь побледнел, и сделав пару шагов назад, свалился на задницу.
— Этого не может быть, — шепотом приговаривал он.
— Охота прошла успешно… Мы смогли свалить бургазу с минимальными потерями, — с опущенной головой, продолжил наш спикер. Его бивни постепенно начали вонзаться под кожу, но он не обращал на это внимания.
— Тогда что произошло?!
— На нас напал паразит.
— И один паразит смог перебить всех наших охотников?!
— Я все понял… — поднялся на ноги вождь. Его голос был хриплым. — Взять их под стражу!
И к каким выводам он там пришел? Думает, мы предатели, что убили своих же? С одной стороны это логично, учитывая что выжил только один бабан, а все остальные, это наемники из других рас. Но с другой стороны, как мы могли сделать это вшестером? А даже если мы такие сильные, то неужели им сейчас стоит провоцировать нас? Но в целом, я ожидал, что нечто подобное произойдет.
Как только бугаи с кандалами в руках начали идти на нас, единственными кто не сопротивлялся были я и бабан. Хотя нет, еще и Трипия была в полном ступоре, но ее защищал Милик, что уже наколдовал острую льдину у наконечника посоха и выставил его перед собой.
— Не приближайтесь к нам! — выкрикнул он на человеческом языке, как будто те понимают.
— Вы предатели!
— Не сопротивляйтесь. Это ничем хорошим не кончится, — в разговор вступил я.
Я сомневаюсь, что в том случае, если Милик убьет этой атакой бабана, его просто так отпустят. Может он заберет еще одного, но в конечном итоге их здесь слишком много. Сопротивление бесполезно, они разорвут его на части.
— Заткнись! Ты вообще не человек! — выкрикнул Милик. — Не смей разговаривать со мной на нашем языке! Чудовище!
Ого как раскричался. У него видимо накопился стресс после произошедшего. Вот только, разве я сделал хоть что-то плохое? Я сражался с ними плечом к плечу, а в конце концов спас их жизни. Если бы не я, то сдохли бы все. И он еще недоволен?
Но мне не обидно. Люди всегда были такими. Они страшатся всего неизвестного. И это не единственный их недостаток.
Я помню…
Помню это чувство ненависти и неприязни. Сколько бы жизней я не прожил, сколько бы воспоминаний о самом себе я не утратил, я все равно помню из какого теста сделаны люди. Вернее их большинство.
В конце концов единственным кто продолжал сопротивляться был хонибир. Они не убили его, но ранили так, что тот больше подняться не мог.
Нас заковали в наручники и увели в темницу, что находится под землей, недалеко от деревни.
— Часть 2 —
Яма, выкопанная в вечной мерзлоте тундры. Раньше это место выступало холодильником, в котором можно подолгу хранить мясо. С масштабами их охоты, уверен, таких холодильников много.
По центру этого помещения расположен лифт, на котором нас и опустили. Стражники дежурят наверху и периодически спускаются к нам, чтобы принести еды. Здесь очень холодно. Дрожащими зубами Трипия бьется об замороженный кусок сырого мяса. Своим дыханием, она пытается хоть немного разморозить его, и в этом ей помогает Милик, что сидит с ней рядом в обнимку. Он не заигрывает с ней, а всего лишь пытается согреть. Магию он использовать не может. На наши с ним руки надеты кандалы, которые отличаются от остальных. Судя по всему именно они и блокируют магию. Они не знают, умею ли я ее использовать и поэтому перестраховались.
 
Льва и хонибира с нами в камере нет, потому что сперва их отнесли к врачу. Но здесь такая просторная камера, что место для них найдется.
Мы завалили зверя, я убил комара, а в итоге вот она, их благодарность. Они даже одежды мне не дали. На мне сейчас только рваные штаны, да амулет, который я все же не забыл подобрать. Хотя может стоит его снять и тогда Тринити прилетит спасти меня?
А толку то? Продолжать путь дальше я не смогу. Потому что я слабак.
Мне же нужно защищать Сайка. Да и дело не только в этом. Даже если бы я был один, рано или поздно, я встретил бы преграду, через которую невозможно переступить.
Неужели я сейчас должен сказать шаблонную фразу любого главного героя? Я так не хочу этого делать… я так не хочу, но…
— Я должен стать сильнее, — скрипя зубами, шепотом произнес я.
Раньше я даже не пытался, потому что не особо заинтересован в причинении вреда остальным. Но что поделать, если все остальные заинтересованы в причинении вреда мне?
На одном бессмертии долго не протянешь. Забавно, наверное, звучит… В общем нужно научиться хотя бы чему-то. Магией пользоваться не могу, а значит пора брать в руки меч? Но в тюрьме с этим будут некоторые проблемы… Да и мужичок, которого я рассматривал в роли своего учителя коньки откинул. Может оно и к лучшему. Наверное, он не был таким сильным, как я хотел думать.
В общем все запутанно. Мне вроде как нет смысла совершать побег, тем более есть вероятность, что они передумают и выпустят нас через какое-то время. Но одновременно с этим, я должен стать сильнее, а здесь это невозможно.
— Кто ты…? — я услышал женский голос позади меня. В нем не было никакой силы.
Это Трипия, что уставилась на меня своими жалкими глазами.
Я бы мог сказать ей, что я сын божий, но никаких доказательств у меня нет. Только слова одной дуры.
— Я бессмертный.
— Это мы уже поняли! — вылупив зенки, продолжил Милик. — К какой расе ты принадлежишь?! Я никогда не слышал о подобном!
Он теперь всегда будет кричать, разговаривая со мной? Он похож на собаку, что пытается защитить своего хозяина. В данном случае, хозяйкой выступает Трипия, перед которой он лебезит.
Если скажу что не знаю, это никак не поможет ситуации. Поэтому лучше уверенно отвечу им, и заявлю о своей позиции.
— Вам это знать необязательно. И хватит так кричать, голова от тебя уже болит.
— Знаешь… Ты в опасности, парень… — украдкой посмотрев на меня, сказал бабан.
Сомневаюсь. А вот Трипии и Милику действительно грозит опасность. Я могу сколько угодно выдерживать холод, хоть это и неприятно. А вот эти ребята…
— Если вождь узнает об этом… Нет… Учитывая болтливый язык хонибиров, лучше сказать: «когда он узнает», ты окажешься в опасности.
— Он у вас садист? Будет издеваться надо мной, чисто ради развлечения? Я терпел и не такое, поверь.
— Нет. Все дело в расе арлекино. Эти ребята уже года так три ищут какого-то бессмертного. Не знаю, конкретную ли личность, или просто бессмертное существо, но в общем ты попадаешь под эту категорию. Для чего он им, понятия не имею.
— Если не знаешь, тогда зачем заикаешься об опасности? Может они поклоняться мне будут.
— Сомневаюсь, что они могут поклоняться хоть кому-то, кроме своего короля.
Если меня вытянут из этой дыры, я буду только благодарен. Но думать об этом пока не стоит. Уж слишком ничтожный шанс, что это действительно произойдет. А может это только я так думаю…
Разговаривая с бабаном, мой взгляд непроизвольно повело в сторону его бивней. На левом, была трещина, и уже было понятно, что скоро он отломится.
— Слушай, а тебе бивень нужен? — спросил я.
— Этот? Хочешь с его помощью замок вскрыть, или что?
— Не вздумай! Или нас всех накажут! — высказался Милик.