Игровой практикум (СИ)

Кроме торгового сословия, в элите также числились партийные и профсоюзные начальники, военные высших рангов, учёные с мировым именем, и конечно представители творческой интеллигенции.
По этому табелю о рангах, Никита занимал весьма скромное положение. Ну да. Полковник в восемнадцать лет, это конечно весьма существенно, особенно учитывая награды, но в Советской Армии генералов –то не считано, а уж полковников и вовсе как кирпичей на стройке. Но пара нюансов меняла ситуацию резко и глубоко. Членство в Совете обороны, что само по себе есть регалия высшего ранга, и слава модного художника, делавшая его близким и понятным для актёров. Ну и последнее по списку, но не по значению, тихая, но весьма устойчивая слава как целителя способного на чудо.
Поэтому вечер прошёл в приятной, дружеской обстановке. Актёры много шутили, а Миронов вообще искрил словно бенгальский огонь, задавая тон всему празднику, но в какой-то момент, вдруг остановился на полуслове и будто замер.
— Андрей? — Ширвиндт, сидевший рядом обеспокоено заглянул в лицо другу, и слегка потеребил его за плечо, и обернулся с растерянным выражением на лице. — Не говорит ничего…
— Ну-ка. — Никита подошёл ближе, и положил ладонь на голову Миронова, запуская узор — диагност, и как только получил ответ, на глазах у присутствующих, в воздухе начал собираться светящийся знак, окутывая фигуру актёра, словно коконом, и через секунду впитался в тело, а ещё через пять минут Андрей Александрович словно включился, и обвёл всех взглядом.
— Что-то случилось?
— У вас, товарищ Миронов был инсульт. — Никита покачал головой. — Совсем себя не бережёте.
— И что, вот так, раз и всё? — Ширвиндт округлил глаза.
— Я Александр Анатольевич, руки — ноги людям отращивал. — Никита усмехнулся, садясь на своё место. Недавно сержанту одному из внутренних войск, руку восстанавливал, вот там сложно было. Некроз от яда уже далеко забрался. — Никита перевёл взгляд на Миронова. — Андрей Александрович, как вы себя чувствуете?
— Если честно, то давно так себя хорошо не чувствовал. — Актёр улыбнулся. — Слушайте, Никита Анатольевич, это же, наверное, очень дорого, что вы сейчас сделали?
— У нас в стране медицина бесплатная. — Никита тоже улыбнулся в ответ. — Вы, на представлении подарили мне чудо, а я лишь подлатал ваш организм. Не считаю обмен равноценным, но у меня же наверняка ещё будут возможности сделать что-то для вас?
Все присутствующие конечно же отметили как посвежело лицо Миронова после лечения, и это произвело в головах театральных работников настоящий взрыв. Нет актёров, спокойно относящихся к своей внешности, а в первую очередь — лицу. Фигуру можно скрыть одеждой, что люди успешно проделывают уже не первое тысячелетие, а вот лицо, можно прятать под косметикой только до определённого предела. Толстый слой краски уменьшает мимику и выразительность, превращая лицо в маску. Так ещё можно работать в театре, но в кино начинаются сложности. Самое печальное заключалось в том, что такого человека как Калашников, актёры ничем заинтересовать не могли, а прямая просьба о такой серьёзной услуге, выглядела невежливо.
Кроме того, ещё на слуху оставалась история со спасением Людмилы Гурченко, тем как он наказал налётчиков, и то, что после нападения, Людмила явно помолодела, и перестала прихрамывать, двигаясь словно и не было тяжёлой травмы на съёмках фильма «Мама». И сразу же люди вспомнили сильно посвежевшую Трубникову, и одну из её подруг, причём все случи лось после встреч с Калашниковым.
Первым опомнился Плучек, озвучивший вдруг пришедшую ему в голову мысль.
— Никита Анатольевич, а давайте мы вам сделаем пропуск в театр? Всё чин по чину, как работнику Театра Сатиры, за кулисы, и вообще везде.
— Спасибо, но я думаю пространство за задником сцены, должно оставаться запретными для зрителей. Помните чем окончилось падение кулис у Великого Гудвина[1]? Волшебство сразу кончилось. Никто же не станет в здравом уме подсматривать за тем как красавица посещает уборную? Но, если вы не против, буду ходить на ваши спектакли почаще. Мне очень понравилось.
  
[1] Великий Гудвин — персонаж сказки Волшебник Изумрудного города — сказочной повести Александра Мелентьевича Волкова, написанной в 1939 году на основе сказки американского писателя Лаймена Фрэнка Баума.
  
Глава 13
 
Новое, ранее неведомое, врывается в нашу жизнь, с ураганной силой, требуя от граждан страны Советов собранности и воли, в проведении планов развития, и партийной дисциплины.
Пространственные разрывы, часто становятся причиной боевых действий, с применением тяжёлого вооружения и авиации, но после боя, наступает время оценки захваченных ресурсов. Иногда это новые минералы, иногда биологические объекты, а в портале открывшимся рядом с совхозом имени десятого съезда КПСС, под Рязанью, оказалось большое озеро богатое рыбами с золотыми глазами и зелёной чешуёй. После тщательного анализа, в ведущих лабораториях СССР, рыба признана не только безопасной, но и полезной, для пополнения энергетического резерва пробуждённых, и рекомендована для восполнения энергобаланса.
Совхоз, по согласованию с Советом Министров, построил перерабатывающее предприятие, и теперь консервы с рыбой Золотоглазкой, стали основным источником дохода совхоза, позволив ему закупить грузовики для автомобильного цеха, начать стройку новой школы, оздоровительно — физкультурного центра, и дороги к районному центру и трассе Москва — Рязань.
Учёные ещё разбираются в природе пространственного пробоя, а советские люди уже поставили силы природы на службу стране, добывая ценнейшие ресурсы.
Правда 4 ноября 1981 года.
Торопливость нужна только при ловле блох. Эту несложную истину в него таки вбили преподаватели Лесной Школы, и к распределению огромного бонуса Никита приступил, отключив городской телефон, и предупредив живущих у него вертолётчиков, что беспокоить его можно лишь в крайнем случае.
Двадцать два миллиона с копейками, конечно огромная сумма. Вроде бы. Но на самом деле не слишком. Где-то серединка на половинку. Ничего действительно серьёзного не купить, но уже можно присмотреться к существенным улучшениям тела. Устойчивость к пси-фактору у него и так находилась на максимуме от возможностей, и он взял усиление кожных покровов, в виде постоянно действующего энергощита, и изменения структуры тканей, усиливая их стойкость к повреждениям, традиционно влился в скорость мышления и глубину просчёта ситуаций, память и другие параметры сознания. Прокачал мышцы на скорость и силу, нервную систему на скорость реакции и энергоканалы на пропускную способность. Ну и кроме того, установил адаптивные усилители на органы чувств, помогающие лучше слышать, воспринимать запахи, и видеть расширенный спектр цветов.
Сделав все давно планируемые улучшения, наконец открыл добавленный сегмент каталога, и первое на что наткнулся — «Открытие торгового узла».
Вроде понятная вещь. Пробуждённые несут в него свои заработанные единички прогресса, покупая всё нужное, поступающие через специальные доставочные контейнеры. Такая своеобразная лавка. В чём суть? А в том, что Никита Калашников как владелец торговой точки, получает процент с каждой сделки. Размер процента устанавливается им лично, и ничем не ограничен. Хоть тысячу процентов сверху. Но здравый смысл говорил Никите, что процент должен находиться в диапазоне от пяти до пятидесяти процентов, несмотря на то, что он являлся монополистом. Цена должна быть такой, чтобы люди покупали, и лучше стричь газон на стадионе, чем один куст.
Торговый узел начального, нулевого уровня стоил три миллиона, и представлял собой небольшое сооружение типа сельпо, с тремя креслами, и коробами доставки размером в кубометр. Второй уровень, уже выглядел получше. Одноэтажное задание размером десять на десять метров с десятком кресел и коробами в два куба, стоил восемь миллионов. Поразмышляв, Никита остановился на магазине третьего уровня — двухэтажном здании общей площадью в тысячу сто квадратных метров, портальными коробами в три кубометра и ценой в пятнадцать миллионов. Выхлоп от всей системы ему виделся прежде всего в не в доходе от торговли, а в возможности для роста пробуждённых Союза, так как иначе доступа к кладовым торговой сети не получить, ведь у всех кроме него, стоял аргатский имплант не имевший функции доставки.