Подпольный Алхимик 2 (СИ)
Эйва ездили к отцу несколько раз. Каждый раз, возвращаясь оттуда, она была бела, как полотно, и необычайно тиха. Печаль стала неизменной спутницей девушки, и мое сердце сжималось, не зная, как притупить ее боль.
Графиня металась между глубоким состраданием к отцу, вызванным дочерней любовью, и потрясением, что он, самый дорогой для нее человек, столько лет носил маску, занимался темным делом и едва не застрелил меня, того, кого Эйва выбрала в качестве спутника жизни.
Перспектива в скором времени занять полноправное законное место главы рода ничуть не прельщала графиню. Она даже как-то выразила сожаление, что является единственной наследницей отца. Да, Эйва не грешила честолюбием и тщеславием, в отличие от меня.
А что же я? К чему меня привела гонка за властью и богатством? Стоило ли все, чего я добился, рек крови, пролившихся в бессмысленной борьбе за право считаться сильным?
* * *В следующий месяц произошло сразу два переломных для наших жизней события.
Во-первых, состоялся суд над графом Бергом. Его признали виновным в наркоторговле и покушении на мою жизнь, из-за которого едва не погибла Эйва. Приговор был суров — пятнадцать лет тюремного заключения. На самом деле, срок мог быть куда дольше, но смягчающим обстоятельством послужило чистосердечное признание графа в преступлениях и содействие судебному разбирательству.
Эйва будто высохла и съежилась во время и после суда. Она уже выплакала свое горе и теперь носила его в сердце безмолвно. Я старался чаще быть рядом с ней. Слова не могли помочь, поэтому я просто обнимал ее, заваривал ей травяной чай, алхимически усиливая его успокаивающий эффект, держал ее за руку, сидя напротив камина в гостиной дома Бергов.
Постепенно Эйва начала оживать.
Мне думалось, что смена обстановки благотворно повлияла бы на исцеление ее души. И в один из солнечных дней, когда мы прогуливались по одному из городских парков, я сделал Эйве предложение.
Прежняя Эйва, та, которая любила заразительно смеяться, та, которая краснела и опускала глаза вниз, когда смущалась, наверное, кинулась бы мне на шею, попыталась бы задушить меня в объятиях, завизжала бы от восторга и счастья на всю улицу. Но нынешняя Эйва, раненая печалью и тревогами, лишь уронила несколько слезинок и с улыбкой ответила мне тихое «да».
* * *Приготовления к свадьбе шли полным ходом. Они заняли ум Эйвы, и это пошло ей на пользу — у нее осталось меньше времени печалиться и тосковать.
Пока моя невеста-графиня составляла списки гостей, рассылала приглашения, выбирала себе платье, готовила особняк и прочее, прочее, прочее (список ее дел был настолько длинным, что я в ужасе сбежал бы, поручи она мне заняться всей этой рутиной), я занимался делами — не только своими.
Эйва попросила меня уладить дела в компании своего отца, точнее, уже в ее компании. Теперь, когда теневой бизнес Берга благополучно закрылся, необходимо было переворошить всю документацию, продолжить фармацевтическое дело рода, пересмотреть персонал, часть из которого занималась в лаборатории синтезированием наркотических веществ, прикрываясь фармацевтикой. Эйва сказала, что со временем разберется во всем, втянется в семейное дело, во главе которого теперь должна была стоять она… но пока у нее не хватало на это душевных сил. Слишком тяжело было, не отошла еще от горя.
Я, конечно, согласился взять это бремя на себя на какое-то время. К тому же, будучи алхимиком, я имел достаточно ума, чтобы разобраться в родовом деле Бергов.
Много было у меня и собственной работы — я продолжал поставлять вино императорскому двору.
Домой я приезжал в основном только поспать, перед сном силы оставались лишь посидеть немного со Скаем. Раны моего шерстяного друга благополучно зажили после поединка со Скегги, и он по-прежнему резво бегал по двору.
* * *Наконец, спустя месяц приготовлений, наступил день свадьбы.
Что я чувствовал? Нечто странное. Будто примерял на себя новый костюм: он мне по нраву, мне в нем комфортно, но ужасно непривычно, будто всю жизнь проходил в футболке и джинсах, а тут надел роскошный костюм, и немного начал беспокоиться, а соответствую ли я образу того нового человека, которым теперь должен стать. Семейного человека, женатого.
Но я однозначно знал одно — я люблю Эйву. А значит, ошибки быть не могло — если и жениться, то только на ней.
Когда формальности закончились и мы стали супругами, пришла пора отправляться в особняк Бергов. Эйва захотела, чтобы торжество состоялось там, ведь она готовила свадьбу, ей было удобнее делать это в привычной обстановке.
— Граф Аксель Ульберг и графиня Эйва Берг — неплохо звучит, а? — Эйва прижалась ко мне, когда мы на некоторое время остались наедине.
— Да мы вообще — лучшая пара из тех, которые я знаю, — отозвался я, целуя ее в лоб.
Гостей было несколько сотен. Самые знатные господа и дамы Альхены. Главными гостями, конечно, были члены императорской семьи.
Я безмерно удивился, когда к нам подошла Астрид.
— Не ожидал вас увидеть, ведь вы должны быть…
— В лечебнице для зависимых, — закончила с улыбкой императорская падчерица. — Меня отпустили домой на несколько дней. В конце концов, я из семьи первого лица государства, потому могу иногда наплевать на правила. Поздравляю вас, дорогие мои друзья!
— Благодарю, очень рада вас видеть! — искренне ответила Эйва, и девушки обнялись.
— Спасибо, Астрид, надеюсь, ваше лечение продвигается хорошо? — поинтересовался я.
— О да! Я готова от чего угодно вылечиться, от каких угодно зависимостей избавиться, лишь бы поскорее удрать на свободу! — Девушка не изменяла своему стилю. — Роскошное торжество вы устроили, выше всяких похвал.
Эйва рассыпалась в благодарностях.
Она действительно постаралась на славу. Столы ломились от изысканных лакомств и напитков; особняк был украшен так искусно и талантливо, что выглядел не хуже какого-нибудь королевского замка.
В самый разгар празднества к нам подошла гостья, которую я никак не ожидал увидеть здесь — Лия.
— Примите мои поздравления! Аксель, можно тебя на минуту?
— Конечно!
Мы отошли в сторону.
— Удивлен, что ты пришла, — признался я.
— Я не ожидала от себя. Думала, буду до конца жизни ненавидеть тебя, но… Аксель, я пришла сказать, что прощаю тебя. — Лия прямо и твердо заглянула в мои глаза.
— Это… это важно для меня, — наконец, тихо ответил я, справившись с эмоциями. — Мне правда очень жаль, Лия.
Она молча улыбнулась и ушла пить шампанское.
Мы с Эйвой кружились в танцах, улыбались гостям, говорили с ними, друг с другом, в общем, всячески наслаждались нашим праздником. Я думал о том, что пора заканчивать со всем дерьмом, что было в моей жизни, и открыть, наконец, новую страницу, на которой будет продолжение истории моей жизни — только уже совсем иной истории, без ненависти и крови.
* * *Наш медовый месяц удался на славу. Мы с Эйвой объездили половину империи.
На время отъезда ответственность за поставки алкоголя императорскому двору нес Хельми: я не сомневался в нем ни на секунду.
За Скаем присматривал Домар, хозяйство было на Веронике, ну а сам особняк был под надежной охраной моих бойцов во главе с Рандом.
Но вот наши беззаботные дни отдыха подошли к концу, и мы вернулись домой. Да, кстати, жить решили в моем особняке, и Эйва была только «за» — ей пока было тяжело находиться в собственном доме, воспоминания последних месяцев давили и мучили ее.
Мы сидели в ресторане, когда к нам подошла и подсела та, которую я хотел бы никогда не видеть.
— Слышала о вашей свадьбе, поздравляю! — неискренне улыбнулась Кая Нильсон. — Жаль, нас не позвали.
— А не пойти ли вам дальше по своим делам, графиня? — спросил я сухо.
— Госпожа Берг, скажите, а ваш супруг уже поделился с вами тайной о своем самозванстве? — обратилась Нильсон к Эйве.