Замуж за миллионера (ЛП)

— Спасибо. Это… даже больше, чем я ожидал.
Я киваю, принимая благодарность.
— Мне не сложно. Я просто делаю свою работу.
Стерлинг смотрит на меня, прищурив глаза, как будто ему не нравится то, что я называю это работой.
Вокруг нас воцаряется тишина, и, хотя раньше я никогда не лезла за словом в карман рядом со Стерлингом, сейчас теряюсь. Он смотрит на меня так, словно я загадка, которую он не в силах разгадать. Официант возвращается с едой, спасая меня от неловкого момента, который, кажется, растянулся на целую вечность.
Стейк с тушеными грибами и козьим сыром кростини. Два бокала красного вина. Мы снова заказали одно и то же.
— Чувствую себя немного глупо. Извини, что так долго болтала, но зато мы закончили обсуждать все еще до того, как подали закуски. — Я смотрю на свою тарелку, сожалея, что мы не закончили со всем этим по электронной почте, но еще больше о том, что испытываю столько противоречивых эмоций.
— Эй. — Его голос звучит тихо, Стерлинг тянется к моей руке. — Давай не будем давить друг на друга больше, чем уже есть. А еще лучше, давай даже не будем думать о завтрашнем дне. Пожалуйста, просто насладись ужином со мной.
У Стерлинга такой нежный голос, что невозможно сказать «нет», когда он так умоляет меня.
Я киваю.
— Ты прав. Прости. — Делаю глубокий вдох и беру вилку.
Стерлинг качает головой.
— Что я тебе говорил насчет извинений?
Улыбаюсь впервые за вечер.
— Заканчиваю с этой хренью.
Его смех звучит тепло и приятно, тогда-то я и понимаю, что это мой самый любимый звук на свете. В этом смехе есть что-то волшебное.
— Не нужно громких слов, но да. Сегодня никаких извинений. Давай просто насладимся хорошим ужином и обществом друг друга.
Положив в рот кусочек нежного бифштекса, я не могу удержаться от стона.
— Боже милостивый…
— Черт, ты хочешь, чтобы у меня встал посреди ресторана? — говорит Стерлинг страдальческим тоном.
Я сглатываю, у меня отвисает челюсть.
— Я не… что?
— Тот тихий звук, который ты издала. И, конечно, когда ты появилась в этом платье. У терпения мужчин есть свои пределы, красавица.
— Прости. — Я вздрагиваю, понимая, что снова нарушила его правило.
Стерлинг качает головой, его темные глаза не отрываются от моих.
— Ты практически умоляешь, чтобы тебя сегодня отшлепали.
Резкий вдох — моя единственная реакция. Я чувствую, как мои щеки краснеют, поэтому сосредотачиваюсь на еде, нарезая маленькие кусочки бифштекса, жуя и глотая. Но все это время я постоянно ощущаю присутствие сексуального Стерлинга напротив.
Кое-как, но мы расправляемся с едой, а потом Стерлинг заказывает нам еще вина и просит принести десертное меню.
— Моя мама спрашивала о тебе.
— Обо мне?
Он кивает.
— Она хочет знать, когда мы соберемся посмотреть «Индиану Джонса».
Я смеюсь.
— Это было бы весело. Интересно, сможем ли мы найти кинотеатр, где показывают старые фильмы?
Он потирает подбородок.
— А это хорошая идея. Думал, что мне придется купить его на DVD или что-то в этом роде.
— Ну, скоро у тебя будет достаточно денег, чтобы купить собственный кинотеатр. Тогда ты сможешь показывать ей любые фильмы, какие захочешь.
Как только эти слова слетают с моих губ, я жалею, что не могу забрать их обратно. Стерлинг бросает на меня грустный взгляд, который говорит, как сильно он хочет, чтобы эти деньги вообще никогда не появлялись в его жизни.
— Я так и не поблагодарила тебя за то, что ты отвез меня к ней. Твоя мама просто прелесть, — говорю я.
— Думаю, твой визит понравился ей больше, чем мой. — Стерлинг делает глоток вина, наблюдая за мной поверх ободка бокала.
Кусок шоколадного торта, который мы заказали, доставляется с ложкой воздушного крема и завитками стружек темного шоколада.
— Божечки, выглядит потрясающе. — Осторожно беру свою ложку.
— Смелее, красавица, пробуй.
Я стону.
— В последнее время мне так нравится ходить в спортзал. Но добром это не кончится.
— К черту все это. Я же говорил тебе, мне нравятся женщины с аппетитными формами. — Стерлинг откусывает большой кусок. То, как его губы движутся по ложке, очень отвлекает.
Я возвращаю ему хитрую улыбку.
— То есть, ты говоришь, что я толстая?
Он отрицательно качает головой.
— Не передергивай мои слова. Я говорю, что ты — совершенство. Эротический сон каждого мужчины. Так что просто ешь этот чертов торт вместе со мной, ладно?
Я невольно смеюсь.
— Ну раз ты так просишь. — Как будто я могу сопротивляться.
Мы ныряем ложками в торт и вскоре возвращаемся к беззаботным дразнящим разговорам, которые, как мне кажется, я веду только со Стерлингом. Это кажется таким правильным, между нами все просто и легко.
Одна ложечка превращается в четыре, и не успеваю опомниться, как уже слизываю остатки глазури с тыльной стороны ложки.
— Было очень вкусно. — Я вытираю уголки рта салфеткой и кладу ее на стол рядом с пустыми тарелками.
— Спасибо, что пришла сегодня. За ужин, вообще за все.
— Извини, я на секундочку, — говорю я и встаю.
Два бокала вина и охлажденная вода, и вот уже мой мочевой пузырь бунтует, несмотря на то, что мне не хочется пропускать ни секунды времени, проведенного со Стерлингом. Где-то глубоко внутри я понимаю, что это мой последний вечер с ним.
Как только оказываюсь в туалете, я глубоко вдыхаю. Не хочу, чтобы вечер заканчивался. А еще больше ненавижу, что завтра мне придется наконец сыграть роль свахи и свести его с другой женщиной. Часть меня хочет, чтобы я нашла в себе силы остаться за этим столом, смеялась и пила вино и просто всегда была рядом с ним.
В зеркале уборной на меня смотрит девушка с мрачным выражением лица. Да, мои волосы все еще лежат шелковистыми волнами, а макияж по-прежнему в идеальном состоянии, но кое-что я вижу в своих глазах. Там глубокая печаль, которая может сломать меня.
Но я не буду плакать сейчас. Поэтому делаю глубокий вдох и бросаю тюбик губной помады в сумочку.
Выхожу из дамской комнаты и обнаруживаю, что Стерлинг стоит в коридоре и ждет меня. Я замираю. Его присутствие доминирует, сексуально подавляет, а во взгляде плещется неукротимая похоть. Темная дрожь желания пронзает меня насквозь.
Стерлинг подходит ближе и кладет руку мне на поясницу. Становится невозможно удерживать последние крупицы контроля, за которые я цеплялась весь вечер.
— Я не готов пожелать тебе спокойной ночи, да и ты, по-моему, тоже.
Я хлопаю ресницами, глядя на него, и опьяненная страстью на мгновение теряю дар речи.
— О чем ты говоришь?
— Пойдем со мной, — говорит Стерлинг, его голос скорее похож на грубое рычание.
Я не уверена, вопрос это или утверждение, но без колебаний вкладываю свою руку в его. А потом мы направляемся к лифтам так быстро, как только можем.
Стерлинг нажимает на кнопку пятнадцатого этажа. Меня охватывает предвкушение. Должно быть, он снял номер на ночь, когда я пошла в туалет. Ужасно дерзко с его стороны. Как он успел оплатить наш счет и забронировать номер в отеле, я не знаю.
Двери лифта закрываются, и мы остаемся одни в маленьком пространстве. Мой пульс зашкаливает. Мозг кричит, чтобы я прервала эту идиотскую встречу. Что нельзя оставаться наедине со Стерлингом Куинном в гостиничном номере, что нужно сопротивляться тому, чтобы не совершить ошибку.
— Ты выглядишь обеспокоенной, — замечает Стерлинг, становясь рядом со мной. Кончиками пальцев он касается моего подбородка, притягивая меня для нежного поцелуя. — Не стоит.
Его дыхание на моих губах такое невесомое и нежное, что мне хочется растаять в его объятиях.
После еще одного дразнящего поцелуя лифт останавливается. Когда двери открываются, Стерлинг прижимает ладонь к моей пояснице и ведет меня по коридору.
Мы словно готовились к этому моменту с нашей первой встречи в том вычурном, шикарном ресторане. Мне вдруг приходит в голову, что, возможно, он хотел этого с самого начала.