Эволюция формы (СИ)

Я перелез выше и скрючился среди ветвей. Весь мой бойцовский запал исчез, хотелось спрятаться, скрыться и спокойно выстрадать свою боль. Что делать дальше я не представлял и честно говоря, не отказался бы от помощи. Вот только те, кто мог бы сейчас помочь, были надежно укрыты Системой от любых опасностей, сидели в безопасном виртуальном мирке и пережидали угрозу. А я снова был один на один с игрой.
Поддавшись отчаянию, я не сразу услышал тихие скребущие звуки за спиной. И лишь когда они раздались почти у самого уха, понял, что кто-то из весписов все-таки забрался на дерево и пытается меня достать. Скосив глаз, увидел паука, размером не больше грецкого ореха. Он медленно двигался ко мне, подняв вверх переднюю конечность с крошечным когтем. Я машинально сосчитал полосы и, черт побери, их оказалось пять! Это веспирис! Адреналин на мгновение притупил боль, и я едва сдержался от попытки уничтожить его. Он слишком близко и успеет отравить меня, а значит, нужно действовать умнее. Веспирис всего лишь насекомое и он не станет нападать на неподвижную цель. Тем более в улье, после того как рой уже закончил охоту. Я вдруг отчетливо осознал, насколько правильными были рекомендации Системы дождаться, когда весписы снова покинут гнездо. В открытом столкновении с роем невозможно справиться, пока крупные особи отвлекают на себя внимание жертв, маленький и незаметный веспирис наносит точечные удары и приканчивает добычу. Придя в себя в улье, который покинула большая часть насекомых у нас был шанс спокойно покинуть ареал их обитания. Тем более, что Система не давала заданий относительно роя весписов. Они были нам не по зубам. И игрокам рекомендовалось избегать схватки с ними. Но прямо сейчас у меня был шанс убить ведущую особь и лишить противника главного преимущества.
Веспирис дважды обежал вокруг меня по раскидистым ветвям. Как я и предполагал, атаковать неподвижную мишень он не догадывался, и суетливо перебирал ногами, в попытке определить свою роль в сложившейся ситуации. Наконец, убедившись, что жертва не шевелится, начал отступать. Я терпеливо дождался, когда он отойдет на расстояние вытянутой руки и растопырив пальцы, накрыл его ладонью. Сжал твердое, немного колючее тельце и с удовольствием ощутил, как оно расползается в моей руки. Ноги веспириса судорожно задергались, затем обмякли и я увидел системное сообщение:
  Вы уничтожили Веспириса 
  Период: Ранний Аггеликар 
  Класс: реликтовый, полноценный 
  Уровень 30. 
  Начислен опыт – 100. 
Я разжал пальцы. Дохлая тварь соскользнула с влажной ладони, плюхнулась вниз и повисла, зацепившись ногами за одну из древесных веток. А я неожиданно пожалел о содеянном. Может стоило потратить последнюю жизнь, но возродиться с двумя здоровыми глазами? Рана полыхала обжигающей болью, реагируя на каждое движение века. Моргать одним глазом не получалось, и я снова прижал глаз ладонью. Посидел немного, пытаясь абстрагироваться от боли, но поняв безрезультатность этих усилий, громко выругался. Чем заставил снующих внизу весписов возобновить попытки забраться на дерево. Соваться к ним больше не имело смысла, поэтому я просто сидел, периодически посматривая в сторону мертвой тушки веспириса. И полностью признавая, что уступаю боли и слабости, всерьез подумывал пустить в ход коготь поверженного врага и отправиться на возрождение. Но всплывшее сообщение заставило меня передумать.
  Патрон Хаунд отправил вам сообщение 
  Открыть Да/Нет. 
Да, разумеется, Открыть.
  Егерь, чувак, ну ты и крут! Система обновила данные и прислала нам уведомление о гибели веспириса. Поверить не могу, что ты завалил его! Надеюсь, ты сейчас в добром здравии, и ждешь нас. Не падай духом, мы возродимся через несколько минут и присоединимся к тебе.  
Сначала я обрадовался, но вспомнив собственное возрождение и возню в коконе, не на шутку встревожился. Фемида, Хаунд и Душегуб придут в себя, в полностью застывших коконах, не имея возможности пошевелиться, раскачать кокон или как-то его разрушить. А иллюзий по поводу того, зачем весписы подвешивают свои жертвы я не испытывал. Справочник дал исчерпывающую информацию о способе питания этих тварей и оставалось только удивляться, почему никто из друзей не озаботился прочтением этой информации. С другой стороны, они знают, что я возродился и устранил главную опасность улья. И вероятно, рассчитывают на мою помощь в освобождении. А значит, мне придется собрать волю в кулак, спуститься и помочь им.
 
Я сполз веткой ниже, подхватил тело веспириса и оторвал ноги с ядовитыми когтями. Множество подвижных суставов делало их непригодными в качестве колющего оружия, но в голове у меня возник план. Отсоединив последние фаланги, зажал три когтя между пальцами и свесившись с ветки, ударил ближайшего весписа кулаком. Тот резво отпрыгнул в сторону, но через секунду задергался в конвульсиях и затих. Работает! Я спрыгнул вниз и встретил прыгнувшего на меня паука новым ударом. И тут же зашипел от боли – любое движение головой отзывалось в поврежденном глазу мучительной вспышкой. Весписы лезли со всех сторон, но большинству высокоуровневых особей хватало одного удара ядовитыми когтями, более мелких же я сбивал себе под ноги и безжалостно давил. Конечно, им тоже удавалось меня достать, я чувствовал, как когти прорезают костюм и царапают кожу, но не собирался останавливаться. А услышав спустя несколько минут испуганные возгласы товарищей и вовсе попытался ускориться.
Добравшись до коконов, я увидел, что Душегубу удалось высвободить одну руку. Он что-то кричал и нелепо размахивал ею в воздухе, по всей видимости, пытаясь раскачать кокон. Я отогнал трех пауков, поймал обезумевший вытаращенный взгляд Хаунда и со всей силы двинул кулаком по тусклой зеленой поверхности кокона. Безрезультатно. Еще один удар. Снова никакого эффекта. За несколько часов оболочка кокона затвердела так, что наощупь напоминала уже не пластик, а самый настоящий камень. И кулаками его было не одолеть.
– Давай, Егерь, не тормози! – закричал Душегуб из недр своего кокона. – Помоги мне!
– Я пытаюсь, – прошипел я, одновременно отбиваясь от весписов и соображая, как вытащить его оттуда. Мое положение значительно осложнялось тем, что я ни черта не видел поврежденным глазом и успевал заметить пауков, лишь когда они непосредственно нападали на меня. Но внезапно, благодаря этому мне и удалось понять, как нужно действовать.
Один из пауков – здоровенный веспис двадцать восьмого уровня набросился на меня и оттолкнувшись от кокона ногой, попытался вонзить когти мне в живот, но неожиданно повис на той самой ноге. Я пригляделся и увидел, что его коготь пронзил кокон и застрял в нем, частично лишив паука подвижности. Разобравшись с пауком, я оторвал ему ногу и принялся разрезать кокон застрявшим когтем. Это потребовало усилий, но вскоре Душегуб вывалился на землю. Увидев мое лицо, он криво ухмыльнулся и покачал головой.
– Скажи мне, есть ли у тебя предел прочности, верзила? – хохотнул он, отрывая коготь дохлого весписа. Я не ответил, и мы вместе принялись освобождать Хаунда и Фемиду. И меньше чем через час, в улье не осталось практически ни одной живой особи.
Я сел под дерево, чтобы перевести дух, но почти сразу оказался под прицелом вопросов Хаунда, желающего узнать все подробности моих приключений. Он искренне интересовался, но у меня его внимание вызвало лишь досаду и злость. Я устал, мне было больно и я, мать его так, ослеп на один глаз! При всем желании не назвал бы это приключениями. Но винить в случившемся я мог исключительно себя, поэтому угрюмо молчал до тех пор, пока Хаунд не отвалил. Однако его место тут же заняла Фемида.
– Тебе очень больно? – сочувственно спросила она, рассматривая мое лицо. Мне захотелось отвернуться или уйти. Их жалость, как и интерес, казались неуместными. Игра в очередной раз раскатала меня в лепешку, заставила ощутить себя никчемным и невезучим. И несмотря на то, что Душегуб задал мне шуточный вопрос, я чувствовал, что почти достиг своего предела прочности. А ведь мы даже не вышли за пределы первой локации.