Командор Советского Союза (СИ)

Александр вообще не препятствовал созданию или пересборке управляющих звеньев, но за все допущенные косяки, спрашивал с руководителей полной мерой.
Он как раз закончил совещание, когда в кабинет зашёл Григорий Янаев.
- Александр Леонидович.
- Да, Григорий. Заходите. – Мечников отложил документы в сторону и внимательно посмотрел на начальника охраны. – Что у вас там? Серьёзное что-то?
- Да. – Григорий кивнул, и как-то неуверенно замялся, что в его исполнении смотрелось довольно странно. Почти два метра ростом, широченные плечи, и крупные руки. – Риту Талаеву, ну девушку вашу бывшую. Захватили отступники орденские. Требуют вашего присутствия и всякое прочее. Но есть персональная команда товарища Берии вас не пускать, и обеспечить повышенный режим охраны. Волкодавы из Партконтроля уже прибыли. А туда, в Новосибирск уже вылетели. И из партконтроля, и спецы из ГРУ, и орденская спецгруппа во главе с Гурджиевым. В общем там скучно не будет.
- Григорий Николаевич, если с ней что-то случится я буду очень зол. – Мечников внимательно посмотрел на начальника охраны. – Помните наш договор с товарищем Кузнецовым? Я не лезу разбираться с разными придурками, но безопасность моих людей - это ваша забота. И вы уже второй раз нарушаете наш договор. Жаль, что товарищ Кузнецов, не нашёл возможности связаться со мной.
- Николай Иванович возглавил группу. – Коротко ответил Янаев.
- Да что там чёрт возьми происходит! – Александр прикрыл глаза и медленно вдохнул, выдохнул и так несколько раз пока не отступила пелена ярости.
Сигнал телефона правительственной связи прозвучал требовательно и настойчиво.
- Мечников у аппарата.
- Здравствуй товарищ Саша. – Глуховатый, но мягкий голос Сталина был слышен так ясно словно он находился в паре метров. – Я надеюсь вы приняли правильное решение и никуда не сорвались, чтобы мстить и наводить справедливость? 
- Нет, но очень хочется Иосиф Виссарионович.
- Ты же понимаешь, что единственный способ защитить твоих бывших, текущих и будущих подруг – это не скакать в поисках виноватых, а каждый раз посылать такую ударную группу, которая выжжет там всё до пепла?
- Да, Иосиф Виссарионович, понимаю, но душа всё равно жаждет шашку и коня.
- Это нормально. – Сталин негромко рассмеялся. – Это даже хорошо, что вы умеете держать в руках шашку. Но сейчас ваш конь — это наша оборонка и производство станков, а ваша шашка — это всё то новое что вы привносите в жизнь страны. И у нас очень много сорвиголов которые могут и должны лететь в атаку с шашкой наголо, но всегда было мало тех, кто способен эту шашку выковать, и ещё меньше тех, кто способен шашку придумать. А за вами уже не одна шашка. За вами уже очень много всего. И я понимаю, что вам всё это кажется незначительным, но вот мы с Лаврентием, сидим и думаем. Если мы вас не убережём, какая тогда цена всем нашим защитникам? – Сталин помолчал. – Ну и самое главное. Генералы в атаку не ходят, товарищ Саша. А вы, по армейским меркам уже даже не генерал-майор, а вполне генерал-полковник или даже маршал. У вас достаточно солдат, и офицеров, чтобы решить эту и другие проблемы, не выходя из кабинета. Вы же не летите на завод чтобы разрешить очередное производственное Че – Пэ? 
Риту привезли в Москву через три дня. Взъерошенную, растрёпанную, но собранную и сердитую. Люди, похитившие её, подожгли квартиру чтобы скрыть преступление, и девушка осталась не только без жилья, но и без вещей. – Александр больше всего боялся, что с ней что-то такое сделают, но к счастью никто ничего не успел. Бывших орденских магов уничтожили на месте, как и их прикрытие, взяв в плен нескольких человек, чтобы было кому рассказать и поделиться сокровенным.
Мечников уже договорился с ЦентрКоопСтроем, и выкупил большую двухкомнатную квартиру в районе Сокольников в новом доме, куда и повёз девушку первым делом.
- Так. – Он помахал у Риты перед лицом. – Ты меня вообще слышишь? – Это твоя квартира и вот твои ключи. Документы на квартиру вот, лежат на подоконнике. Мебель, обстановка, и тряпки купишь сама. По мебели завтра приедет Виктор Пыхалов такой толстенький смешной, но дело своё знает. Выберешь всё что тебе нужно, они привезут и соберут. По одежде – вот визитка – подъедешь к Осипу Лейзеру, он предупреждён. Насчёт работы - в городском госпитале Министерства по чрезвычайным ситуациям, тебя ждёт Борис Николаевич Фурсов. Им сейчас кадры нужны, так что будешь при деле.
 
- Сашка, зачем ты всё это делаешь? Это же всё стоит огромных денег… - Рита опустила голову.
- Ты дура, что-ли? – Александр рассмеялся и легко обнял девушку. – Мы с тобой действительно близкие люди. Куда уж ближе. И я делаю то, что сделал бы любой мужчина на моём месте, будь у него деньги и возможности. Так что не дури, и принимайся за строительство новой жизни. А деньги – ерунда. На что их ещё тратить как не на друзей и подруг?
- А ты… - Она вскинула голову заглянув ему в глаза.
- Ритка. Тебе уже давно замуж пора, и деток нянчить. А я вот этого совсем не хочу. – Александр улыбнулся. – У меня на шее тысяч пятьсот народа, а если с семьями, то за миллион. И ещё лет двадцать, я точно не женюсь.
- Но сегодня я тебя точно не отпущу. – Рита, не освобождаясь от объятий, встряхнула волосы, поправила чёлку и улыбнулась, словно по волшебству становясь привлекательнее и краше. – Не пешком же мне ходить?
Как и предполагалось покупка мебели, одежды и украшений, начисто выбили все плохие воспоминания, а новая работа в госпитале МЧС, вообще не оставила от переживаний следа. К тому же в госпитале было полно мужчин врачей и к сожалению, уже и пациентов, так что русоволосую красавицу окружили заботой и вниманием.
В марте шестьдесят пятого, на приём к Мечникову неожиданно запросились командиры гражданского авиастроения, такие как Ильюшин, Туполев, Бартини, Яковлев и руководитель Аэрофлота Евгений Фёдорович Логинов. 
Александр принимал их в новом кабинете, который полностью переделали под него. С высокими потолками, футуристической мебелью, и огромными прозрачными панелями, на которые можно было выводить телевизионное изображение во время телеконференций.
Со всеми положенными реверансами и уважением, которое он действительно чувствовал к заслуженным авиаконструкторам, он встретил их у дверей, и проводил в конференц-уголок, где уже пыхтел настоящий дровяной самовар, и был сервирован стол для чаепития.
Разговор, как и положено начался с всякой ерунды, и постепенно подошёл к главному.
- Ты, Александр Леонидович, извини, но что-то нужно делать. Твои антигравы, практически убивают всю авиационную отрасль. – Начал Андрей Николаевич Туполев. – Всё что раньше возилось на коротких отрезках местной авиацией уже подмяли твои гравибусы, а тут Алексеевское КаБэ, выпустило магистральник с дальностью в десять тысяч, и грузоподъёмностью в четыреста тонн, и это крах для нас всех.
- Давайте разделим проблему. – Александр допил чай, и поставил чашку на блюдечко. – Региональные перевозки местных грузов. Это пара- тройка тонн, скорость до трёх-четырёх сотен, и расстояние в несколько сот километров. И здесь однозначно лидируют антигравы. Они надёжнее, они быстрее, они поднимают больше груза. А поскольку там фактически нет необходимости в такой весовой экономии как в самолётах, то и стало быть клепать их может любой завод автобусов. Что собственно сейчас и происходит. Теперь посмотрим на межрегиональные перевозки. Это где-то в пределах тысяч – двух тысяч километров, около ста человек пассажиров, тысяча километров в час и полсотни тонн нагрузки. Тут уже автопредприятия справиться не смогут, и нужны специалисты по аэродинамике, и нормальны прочные корпуса. Что нам собственно и демонстрирует товарищ Алексеев. Его ближнемагистральники это реально прорыв в логистике и перевозках людей. Но, - Александр улыбнулся, - только над морем. Если разогнать такой корабль над сушей, нужно обеспечить полосу отчуждения шириной метров в триста – пятьсот. Скорость конечно дозвуковая, но удар там такой, что и тараканы сдохнут. Поэтому над землёй всё упрётся в скорость. Не выше четырёх – пяти сотен. Ну шестьсот километров в час это край. А самолёт как известно нормально летает до волнового порога, который наступает на скорости звука, что составляет примерно тысячу двести километров в час. И вот на наших расстояниях это реальный выигрыш во времени перевозки. Трасса Москва – Уральск имеет протяжённость тысячу четыреста километров. А значит даже гипотетический антиграв развивающий шесть сотен километров будет добираться от города к городу вдвое дольше. Дав с лишним часа против полутора часов у самолёта. Но и вам придётся изменить подход к перевозкам, подняв скорость самолётов, сократив время подъёма на эшелон, и спуска, а как следствие – стабильность давления в салоне и кабине экипажа. Ну и на дальних маршрутах, альтернативы самолёту практически нет. От Москвы до Владивостока шесть с половиной тысяч километров. Поезд и антиграв имеют шансы только в том, что будут останавливаться и высаживать пассажиров и таскать грузы. Даже портальные комплексы не смогут тут соперничать с самолётом, поскольку жрут энергию в три горла. Но опять-таки, вам, товарищи авиаконструкторы придётся изменить свою политику. Улучшать комфорт авиаперевозок, улучшать сервис в воздухе и в аэропортах, уменьшать шумность в салоне и так далее. Времена, когда можно было долететь из Москвы во Владивосток за десять часов, или тащиться в поезде десять суток, прошли и больше не вернутся. Кстати. – Александр обвёл взглядом гостей. – А на чём сейчас учатся наши курсанты лётных училищ?