Командор Советского Союза (СИ)

После чтения проектов правовых документов, всем казакам предлагалось составить список военных специальностей, которых сможет предоставить казачья община или круг. В приоритете были водители, командиры мотострелковых отделений, взводов и рот, снайперы, пулемётчики, танкисты, пилоты вертолётов и штурмовиков, и так далее. И вот на этом списке, казаки и буксовали больше всего. Ну положим метких стрелков в любой станице немало. Но это ещё не снайпер. Пулемётчиков поменьше, но тоже были, а вот с водителями уже напряжённо, и с танкистами, пилотами и операторами ЗРК, совсем плохо. Заодно, лихие наездники понимали, что война если и будет, то вероятнее всего без сабельной рубки, которая случалась даже в годы второй мировой, а их навыки в джигитовке вообще никому не нужны. И вот тут сразу и сильно вырастало значение военных специалистов ранее к казакам не относящихся. Что тоже снимало массу вопросов и проблем.
Вообще наблюдая за тем как Жуков виртуозно лавировал между финансистами, не желавшими отдавать ни копейки, министерством обороны, страстно хотевшими съесть рыбку и сидеть на мягком, и прочими участниками оргии, учился высшему пилотажу аппаратной игры, который давал действительно настоящий маэстро. Конечно маршалу было далеко до того же Сталина, но Иосиф Виссарионович учеников не брал, к огромному сожалению Мечникова, а Жуков, понятно и доходчиво объяснял, как, что и почему.
Но всё двигалось и двигалось быстро. Моряки, которые ещё полгода назад от жадности пригнали из Европы три десятка французских, немецких и прочих военных кораблей, преимущественно среднего и большого класса и не знали, что с ними делать, были счастливы избавиться от крейсеров и фрегатов, которые совершенно не совпадали с нашими кораблями ни по боеприпасам, ни по системам управления, а бюджеты проедали почти как строевые единицы.
Эти корабли и два десятка сухогрузов, пригнанных оттуда же, стали основой флота Советского Казачьего Корпуса, а передаваемые со складов хранения танки, артиллерия, в том числе и самоходная и прочая техника, основой для вооружения.
Базу Корпуса, решили делать в проливе Дарданеллы, в азиатской части бывшей Турецкой республики, на берегу Эгейского моря. Там уже существовало два порта, и обширные территории где можно было отстроить не один город.
Таким образом главная база Казачьего Корпуса запирала проход в Чёрное море, заодно прижимая контрабандистов и пиратов, которые последнее время расплодились по всему Средиземноморскому бассейну в невероятном количестве.
Черноморский флот, который перебазировался на стоянки в проливе Босфор потихоньку осваивал Стамбул. Да, флоту было далеко до мест базирования, но с учётом полного вымирания населения Турецкой Республики, отели и дома рядом с базой заселяли семьи моряков, а ремонтные мощности турецких портов достаточно быстро подтягивали до требований флота.
Буквально на глазах, Жуков который уже лет десять ходил чернее ночи, расцвёл, и обрёл не внешнюю, а настоящую вторую молодость, погрузившись в дела Корпуса, который на глазах разбух от первоначальных ста тысяч, до полумиллиона, и пока не собирался останавливаться. Огромное количество людей в СССР тяготилось размеренной жизнью, и желало добавить в неё перчика. А ещё, как и предполагал Мечников, в ряды Казачьего Корпуса запросились иностранцы, пребывавшие на территории СССР. Оказавшиеся в ходе эпидемии и после неё фактически запертыми, многие из них захотели получить советское гражданство и быстрее всего это было сделать, служа в Корпусе. Много было американских моряков, которые прибыли с баз США в Окинаве, и Корее, и примерно половина из них, не вернулась на родину, а нашла себе занятие в СССР.
Сразу после появления в СССР вакцины, через границы страны стали пускать всех, кто добирался к пропускным пунктам, и в стране было много европейцев, в том числе славян и даже турков. И эти люди тоже желали попытать счастья в Корпусе, чему СССР не препятствовал, а даже помогал.
Таким образом Казачий Корпус решал не одну, а сразу десяток проблем, что потихоньку разлагающе действовали на общество. Даже самому деструктивному гостю нельзя было указать на дверь, так как вытолкнуть человека через границу - это просто способ убийства. Зато теперь можно было направить его служить в Корпус, ну а там либо тот станет человеком, либо очень быстро станет удобрением.
 
Для организации Корпуса Минфин выделил целевой кредит в три миллиарда рублей, и команду финансистов которые должны были помочь потратить эти деньги с максимальной эффективностью. Минобороны открыло склады долгосрочного хранения куда уходила вся пригодная для войны, но устаревшая техника, но и Мечников подсуетился, показав для руководства Корпуса целую выставку военного снаряжения, вооружения и имущества которое было не принято Минобороны, или закупалось в мизерных количествах, и сразу заработал для своего министерства дополнительные средства, пополнившие премиальный фонд.
Когда основная волна забот с Корпусом спала, Александр вернулся к своему министерству, решая проблемы, возникшие за время его вынужденного отсутствия. Хотя серьёзного ничего не случилось. Заместители вполне ответственно и компетентно решали все задачи, так что механизм не останавливался ни на секунду. Но всё равно дел, которые мог разрешить только Мечников, поднакопилось и он пару дней провёл в кабинете разгребая затор.
Закончив с последней бумагой – жалобой от генерального прокурора на недопуск работников прокуратуры на режимный объект, Александр потянулся, и прижал клавишу интеркома.
- Наташа?
- Слушаю Александр Леонидович.
- На сегодня всё. Можете сворачиваться сами и сворачивать секретариат. А завтра можете приехать к десяти.
- Спасибо Александр Леонидович. Тогда я заеду с утра к Виктории Семёновне, и передам от вас цветы и подарок.
- Она как? – Александр действительно переживал как там его верная секретарша и незаменимый помощник Виктория Янкель.
- Цветёт и пахнет. – В интеркоме раздался звонкий раскатистый смех Натальи. – Но думаю она слетает на пару недель на юг, заскучает и вернётся к работе.
Подарок для Виктории Семёновны получился вполне приличным. Она проживала в небольшой двухкомнатной квартире вместе со взрослой дочерью и её семьёй, и им конечно категорически не хватало площади. Вопрос решил Александр через строителей, и его помощнице выделили ордер на четырёхкомнатную квартиру в районе шоссе Энтузиастов.
Мечников вообще своих людей ценил и всячески поддерживал, в том числе и вот в таких непростых вопросах, как жильё в Москве. Также не забывал и своих подруг, даже очень бывших, и когда у Риты Талаевой, возникли серьёзные проблемы с уличными хулиганами, бригада МУРа в течение суток взяла всех за мягкие места, а через месяц, неугомонные знатоки пацанских понятий, уже ехали осваивать лагерную культуру.
Благодаря тому, что Мечников был не болтлив, чистоплотен, и всегда готов был помочь своим подругам, у него в Москве сложилась репутация идеального любовника, что в свою очередь привлекало дам, и в целом, проблемы с девушками и дамами не было никакой, кроме выбраковки тех, кто непременно хотел замуж любой ценой. Но к счастью и это решалось довольно просто с помощью противозачаточной магемы, которую Мечников освоил одной из первых. А вот проблема с разного рода провокациями, была куда более насущной, и однозначного ответа не существовало, хотя Александр и исключил из списка посещаемых мероприятий внутритеатральные мероприятия.
Ситуацию разрешила Крупская, которая сначала долго беседовала с Александром на тему того, что ему теперь можно, а что категорически нельзя. И дело тут было не в занимаемой должности, а в той степени внимания которое ложилось на Мечникова, как на одного из подающих надежды лидеров страны. Рабочий класс, который всегда ценил уважительное к нему отношение, вообще превозносил Мечникова за его политику в отношении кадров. Зарплаты, премии, детские сады и подшефные школы, всё это было у работников Точмаша на зависть остальным рабочим даже такой серьёзной и богатой конторы как Минсредмаш. Ну и многое другое, из чего складывалась репутация руководителя высокого ранга. Да, подавляюще большинство готово было ему простить постоянную круговерть девушек и женщин, но в целом это ему популярности не добавляет в особенности в среде работающих женщин, нацеленных на семью и детей.