Командор Советского Союза (СИ)
Слушая адмирала Александр по привычке делал наброски в блокноте, и Кузнецов зная про эту привычку Мечникова всё поглядывал на рисунок.
- И в общем мы в тупике. Даже если построим авианосец, такой как у американцев, что кстати тот ещё номер и по деньгам, и по срокам, то что в итоге получим? Молоток там, где нужна мухобойка. А там даже не мухобойка нужна, а такая связка мухобоек. Ну как ещё с этим москитным флотом бороться? Не противокорабельную же ракету запускать. А даже крупнокалиберный пулемёт на них слишком жирно. Мои из пятьдесят третьего ЦКБ, предложили сделать носитель лёгких катеров с пулемётным вооружением, или вообще заделать вертолётоносец. Такой же, как и крейсер Москва, но с ударными вертолётами. Есть у нас пара корпусов почти достроенных. Но у него те-же проблемы. Пока дойдёт, пока включится в боевую работу. Тот же молоток только полегче. А ты парень головастый, ты придумаешь. А то у нас уже пятый сухогруз угоняют.
- А зачем вам вообще корабль? – Александр закончил рисунок, и подвинул его адмиралу.
- Давайте построим экраноплан – авианосец. Но с парой важных дополнений. Летать он будет не только за счёт экранного эффекта крыльев, но и за счёт антигравов. Да, расход будет серьёзным, но у нас же полно места? Значит воткнём атомный реактор, как на подводной лодке. А не хватит одного, поставим два. Плюс преобразователь электричества в эфирную энергию. Кораблю не нужно будет долго и нудно разгоняться по волне, чтобы выйти в полётный режим. Он просто поднимется над водой, и начнёт полёт. А в процессе полёта, можно будет снижать нагрузку на гравитроны, по мере того как плоскости будут брать на себя нагрузку.
- Ага. – Судя по загоревшимся глазам главкома идея ему понравилась. – А на палубу вертолёты…
- Зачем? – Александр усмехнулся. Те же гравилёты, только более защищённые, чтобы их пуля винтовочного калибра вообще не брала, и с оружием на борту. НУРСы[3], пулемёты, да всё что хотите, вплоть до противотанковых ракет. Такой летательный аппарат сможет зависать как вертолёт, но будет защищён лучше, а за счёт бесшумности подъёмной установки ещё и куда более скрытным. Но для скорости можно будет поставить пару турбин. А для вящей радости начальства я рекомендую поставить на него ещё и хорошую камеру на поворотном основании, и мощный телевизионный передатчик. Тогда командование сможет увидеть картинку того, что происходит и гравилёты можно будет использовать как разведчики причём не в записи, а в реальном времени. Скажем для корректировки ударов корабельной артиллерии, или действий морской пехоты. Катера конечно тоже предусмотреть. Пару штук. Ну порыбачить там, или девчонок покатать. А для дела иметь на борту пару рот морпехов, да летающие десантные транспорты. Чтобы мог высадить сразу отделение со всем барахлом. Ну и естественно помещения, для организации работы штаба соединения.
Таким образом, корабль получается центром силового воздействия на неразумных, путём проделывания дополнительных вентиляционных отверстий в организме.
- А зачем противокорабельные ракеты? – Кузнецов ткнул в ракетные пеналы.
- Я предполагал здесь не ПКРы, а ракеты поверхность – поверхность. Скорее что-то для доставки тяжёлых аргументов. Но в принципе можно и противокорабельные. Сейчас-то воевать пока не с кем. А вот завтра, кто знает.
- Ага. – Кузнецов, поднял взгляд от рисунка. – Я знаю, что ты ничего не принимаешь, в смысле подарков, но вдруг что-то тебе нужно?
Александр рассмеялся.
- Спасибо товарищ Кузнецов, но вот как на духу. Действительно ничего не нужно. И так уже весь как ёлка в подарках. Даже вот, звезду героя дали, хотя я считаю, что реально не за что. Считайте, что я помог флоту от души. Да так оно и есть. Кому как не армии и флоту, дарить нашу помощь и поддержку? Кстати, когда я как-то попросил полковника Закира Рифатовича Шарифуллина помочь, он просто сделал это.
- Да, я читал об этой истории. – Кузнецов кивнул. – Но, понимаешь, что так, мы лишаемся возможности обратиться к тебе впредь?
- Это почему ещё? – Удивился Александр. – Я вам здесь только картинку набросал. Так себе помощь. Теперь людям из ЦКБ флота ещё предстоит такой корабль придумать, а фактически изобрести, потому что аналогов нет, затем продуть и прогнать в бассейнах десятки моделей, согласовать наполнение, вооружение и характеристики, да ещё миллион дел. И вот это будет работа. Даже гравилётов, которые должен нести такой корабль нет ещё в природе. А ведь там всё непросто. Нужно сделать весьма хитрое изделие. Можно кстати обратиться к Камову из Объединённого Вертолётного КаБэ. У него в принципе похожая компоновка машин.
Говоря с Кузнецовым, Александр делал ещё один набросок, а закончив, оторвал листок по перфорации, и отдал адмиралу.
- Садиться и взлетать птичка будет на антигравах, а на скорости идти с помощью винтов. И дел здесь, что называется начать и кончить.
- А винты почему так странно стоят?
- И чтобы снимать нагрузку с антигравов, и чтобы складываться на ангарной палубе. Чего это он с растопыренными ушами стоять будет?
- Понял. – Главком кивнул и взяв второй листок в руку, аккуратно сложил его с первым.
- Спасибо, Александр Леонидович. – Кузнецов крепко пожал руку Мечникову. – От всего флота спасибо.
Когда адмирал вышел из здания Точмаша, и сел в поджидавшую его Чайку, он откинулся на спинку и замер, глядя куда-то за горизонт.
- Что, товарищ адмирал Флота, не получилось? – Адъютант, секретарь и охранник в одном лице, подполковник Сыромолотов, вопросительно посмотрел на начальника.
- Наоборот. – Кузнецов мотнул головой. И помог, и подсказал основные узловые точки будущих проблем. Просто… - Главком задумался. – Словно было у него готовое решение моей проблемы. Но ведь так не бывает, что он знал заранее, или ему кто-то сказал. Очень сомнительно что он держит в поле внимания наши проблемы в проливах. Да и вообще человек далёкий от наших дел. Тут что-то другое. Знаешь Серёг, был бы верующим, точно поставил свечку в храме. А так… Если всё что он нарисовал заработает так как нужно, я не знаю. Я ему адмирала выбью! Будет у нас свой флотский энергетик уровня командор.
- Не дадут. – Рассудительно ответил адъютант.
- А это мы посмотрим! – Кузнецов зло ощерился и тронул водителя за плечо. – Коля, давай в наше КаБэ. Не захотели сами думать, будут чужие идеи воплощать.
В Советском Союзе, одной из очень важных частей работы крупного начальника, было чтение газет. Не просто выписывать партийную Правду, как рядовой член партии, и не получать вдобавок теоретический журнал Коммунист, как у всего нижесреднего руководства, а именно читать, чтобы быть в курсе партийных дискуссий и решений по ним. Некоторые семьи, где двое или более человек занимали ответственные посты, в начале подписной компании распределяли что из государственных изданий будет выписывать муж, что жена, а что дети, которые даже в случае малолетства должны были получать хотя бы газету Пионерская Правда. И в некоторых случаях семья каждый месяц получала столько прессы, что дети каждый раз сдавали макулатуру в числе передовиков этого дела, что ходили по домам собирая те же газеты у пенсионеров.
Александр выписывал почти всю Союзную прессу, и временами почитывал что-то из республиканских изданий. Известия, Правда, Труд, Орган Ордена - Красная Звезда, Газета Минобороны – Защитник, и так далее.
Пресса в СССР была не вообще, а каждое издание предназначалось своему читателю, плюс общеполитические темы. Труд был печатным органом ВЦСПС[4] и газета эта обращалась прежде всего рабочему классу, поднимая темы интересные пролетариату, а вот Гудок, начинавший как печатное издание НКПС, работал с работниками железных дорог. Газеты часто дублировались, например, если Труд был газетой, ориентированной на младший и средний начальствующий состав, то Рабочий, ориентировался именно на рабочих и мастеров.
