Потерянное дитя (СИ)

Зал утопал в вечернем полумраке, и только приглушенный свет с люстр под потолком освещал пустые столики. За барной стойкой неторопливо работал бармен, протирая пыль с полок и бутылок алкоголя. Единственная официантка раскладывала чистую посуду и приборы по буфетам, проверяя запасы оной. В дальнем конце зала на всю стену разместился аквариум с легкой синей и желтоватой подсветкой.
Движение экзотических рыб завораживало и успокаивало, привлекая все внимание единственного гостя, занявшего ближайший к аквариуму столик. Реборн попросил у заметившей его официантки чашку эспрессо, а сам направился к ребенку.
Девочка отдала предпочтение черному чаю, но он мало ее привлекал в тот момент, нежели семейство неоновых рыбок, группкой скользящих в воде между длинными водорослями. Движение рядом не осталось незамеченным, и подросток вскинула голову, наткнувшись на цепкий взгляд черных глаз.
Реборн занял стул напротив, испытывая внимательный взгляд Виктории, замечая, как в глубине глаз вспыхивали алые искры. Ее раздражало, что ее покой и отдых прервали. А киллер ждал реакции.
Девочка сощурилась, замерла и задумалась, но потом отступила и ничего не сказала. Удивительное чувство самосохранения. Или интуиции.
— Я — репетитор-киллер Реборн, и с сегодняшнего дня я займусь твоим обучением, — в конце концов, представился бывший Аркобалено с усмешкой на губах.
Многие будущие ученики на этих словах смеялись над ним и его нелепым видом ребенка, и он уже привык к такой реакции, отвечая на нее должным образом. Поэтому он с нетерпением ждал, что предпримет эта девочка.
— Мой отец… вас нанял? — запинка Виктории не прошла мимо Реборна, как и интерес, с которым она изучала внешность киллера.
Было видно, как в ней боролись сомнения — глаза показывали одно, но чувства твердили, что в этом человеке перед ней двойное, а то и тройное дно. Всю жизнь девочка доверяла лишь тому, что видела перед собой и могла ощутить. И сейчас такое колебание больше вызывало опасение.
Этот человек был темным омутом, и лучше его чертей не злить.
Поразительная интуиция — между тем заметил Реборн и тонко улыбнулся.
— Твой отец желает сделать из тебя достойную наследницу, — четко сказал киллер, что с его детским голосом звучало довольно забавно. — И я помогу в этом.
— Что входит в ваши обязанности?
Реборну понравилось, какие вопросы она задавала.
— Подготовка к выживанию в мире мафии и управлению Семьей.
— Звучало, как выживание в дикой природе с аборигенами в их родной среде с последующим их завоеванием, — усмехнулась девочка и приподняла чашку с остывшим чаем. На вкус оказался гадкий и горький.
— Это тоже, — предельно серьезно произнес Реборн и принял чашку с кофе из рук официантки. — Кроме того репетиторство в школьных предметах, итальянский, японский и английский языки. И защита.
Виктория при последнем слове смерила его долгим испытывающим взглядом и медленно кивнула, вернувшись после к созерцанию аквариума.
— Тогда чем мы займемся сегодня?
— Знакомством, — с усмешкой ответил киллер и тоже развернулся в сторону аквариума, удобно устроившись на мягком стуле. — И домашним заданием. Разве тебе его не надо делать? — лукаво скосил взгляд на собеседницу.
Та раздраженно скривилась. То ли от слов киллера, то ли от холодного и противного чая, который она отчего-то с упрямством пила.
Девочка ему, признаться, понравилась. Будет интересно огранить этот алмаз.
Комментарий к Яблоко раздора. Глава 6
Приятного чтения!
И… жду ваших отзывов)
========== Яблоко раздора. Глава 7 ==========
— Вик! — догнав в коридоре школы, накинулся на меня Серега с беспокойством. — Как ты?
Вот именно сейчас ему надо было лезть с вопросами, а предыдущие пять уроков отсиживаться в тишине, притворяясь ветошью.
Я раздраженно дернула плечом и кинула косой взгляд на друга, шедшего по правую руку.
Как я?
Отвратительно!
Когда утром встала и увидела за окном снегопад, то была категорично настроена вернуться в постель спать дальше, послав школу к черту. Все равно последние дни там ничего толкового не происходило, разве что валяние дурака — четвертные оценки выставлены, контрольные написаны, доклады и рефераты сданы и защищены. Тем более документы почти на руках были, а сама я попрощалась мысленно с этой школой. Поэтому не понимала, что мне там еще делать.
 
Но моим планам не суждено было сбыться — репетитор, однако, умел убеждать, заставляя скрипеть зубами и посылать проклятия. Снег в постель — не то, что хочешь получить с утра, забравшись под одеяло в попытке согреться.
Реборну было абсолютно плевать на мои намерения оставаться весь день в комнате подальше от холода, снега и гололеда, подняв меня на смех и задев гордость парой неосторожных фраз. В этот момент хотелось смертельно стукнуть этого киллера, но чутье просто орало, что это пиздец как опасно для моего здоровья. Пришлось сжать кулаки и идти в душ.
Еще и отец обрадовал за завтраком, что после школы мы поедем к Лебедевой, а там уже их сборище начиналось.
И что я там забыла вообще? Нахуя меня туда тащить?!
— Ты не забыл, что сегодня в семь у старших соревнования с московскими? — вскинув брови, спросил Сергей.
— Блядь! — вырвалось у меня, и я поморщилась от досады. — Совсем из головы вылетело за всем этим.
— Что за соревнования? — как черт из табакерки выскочил из-за угла Реборн, заставив нас остановиться, чтобы в него не вписаться.
Какого?..
Сергей в удивлении смотрел на киллера. А я нахмурилась.
— Ты что тут делаешь? — мрачно спросила у репетитора.
Но тот отвернулся от меня, переключив все внимание на моего друга.
— Я — Реборн, репетитор Вика, а ты, должно быть, Сергей, верный Хранитель?
— Э-э-э, — не очень красноречиво протянул Серега и неуверенно произнес. — Да, наверное?
— Так что за соревнования? — мелкий киллер перевел взгляд на меня, а во мне уже загоралось желание пнуть надоедливого репетитора.
Когда мы вечером познакомились, совсем не ожидала такого напора и вездесущества этого создания, по глупости прозванного репетитором. Я полагала, что он будет заниматься лишь уроками да тренировками, а не лезть в мою жизнь, которая последнее время не пестрела спокойствием и везде, куда бы ни пошла, начинался какой-то безумный балаган. Так теперь вообще все перерастало в первостепенный хаос.
И где отец откопал этого назойливого ребенка-не-ребенка?
— Та-ак, — голос Сергея дрогнул. В его взгляде вместе с изумлением, узнаванием и откровенным восторгом соседствовал и испуг. Парень встрепенулся, не зная, как сдержать эмоции, учитывая, что он никогда не был сдержанным человеком. — Так вы тот самый Реборн? Бывший Солнечный Аркобалено? Сильнейший из семерки сильнейших?! Лучший в мире киллер?!
Друг с трудом не срывался на восторженный крик, чтобы не привлечь внимание других школьников. Конечно, мы были в пустовавшем коридоре, в переходе между корпусами, до вынужденной остановки направляясь в кабинет химии с алгебры.
На все слова Сергея Реборн, задрав нос, высокомерно кивал.
— Можно вам пожать руку? — в глазах друга счастливый блеск, а сам он трясся от нетерпения.
Рефлексы. Это просто рефлексы.
И рука дернулась.
Удар Сергею прилетел в плечо, отбрасывая парня к стене. Он с кряхтеньем упал и теперь потирал ушибленный бок, стыдясь поднять на меня взгляд. Ничего, он крепкий и выносливый, на нем как на собаке все заживает — через пару минут снова как заведенный скакать будет.
 
— Прекрати этот цирк, — раздраженно дернулась я, встряхнув кисть, которой и ударила друга. — И скоро уже звонок.
Благо последний сдвоенный урок, а потом к черту школу до понедельника — последнего учебного дня в этом году, когда нам выдадут листы успеваемости, чтобы мы передали те на подпись родителям или опекунам, а уроки будут чисто символические. Во вторник уже будет тридцать первое. И спустя еще несколько дней ждал перелет в Италию — третьего числа.